Они шли и шли, и вскоре тропинка привела их к подъему, вот тогда Рина угрюмо попросила:
– Простите, что задерживаю, но нельзя ли хотя бы десять минут передохнуть?
Здоровяк Андрей хохотнул:
– Конечно, самые старые сдаются первыми.
Рина приняла этот удар молча, но попросила Ксану:
– Помоги мне перевязать платок. Я сама не могу, сил нет.
– Не обиделась? – Ксана расстроенно взглянула на неё.
– Нет! Он старше меня лет на семь или больше, вот и комплексует, – Рина усмехнудась, но уверенно продолжила. – Я увидела на его лице следы пластики. Моя знакомая очень боялась старости и делала подтяжку. Вот она имела под волосами шрамы. Их не видно в норме, но Андрей очень вспотел и вот поэтому-то, и я увидела. Шрамы порозовели. Ксана, заметила, что спускаться тебе помогал Савва? Не верь ушам и глазам. Верь телу и сердцу.
Ксана вытаращила на неё глаза, но промолчала. Рина легко перевязала платок себе, а потом также завязала платок Ксане. Они обе встали.
– Мы готовы! – проговорила Рина.
Андрей, который проклинал свой язык, стиснув зубы, поднялся. У него очень болели суставы, и он давно хотел попросить всех остановиться и передохнуть. Ляпнув, он решил, что Рина даст ему сдачи, будет скандал, и они задержатся. К сожалению она промолчала, а её питомец – удав внимательно посмотрел на него.
– Тоже мне защитника нашла, ведьма! – Андрей был уверен, что эта ведьма хочет помолодеть, и его смутило, что удав выгнул бровь, хотя он точно знал, что никаких бровей у змей не бывает.
Андрей злился из-за её равнодушия. Он-то видел, как мужики поглядывали на её аппетитную фигуру. Конечно, хрупкость и нежность девичьего тела всегда влечёт, но уж если захочешь сумасшедшую ночь, то нужна не девочка, а женщина, чтобы её тело можно было…. Андрей покраснел и обернулся на шорох. С кошачьей гибкостью Рина и Ксана поднялись и направились ко всем.
Андрей прошептал себе под нос:
– Ну почему бабам так всё легко дается? Ну ладно эта молодая, а эта… Ведь сама просила помочь, и тут же понеслась доказывать, что она крутая. Могла бы и попросить помощи! Я бы, конечно, после её возмущений, уговорил всех посидеть подольше. Не женщина, а вездеход!
Повернулся к красавице Нине, на лице у той было отчаяние, и она глотала какие-то таблетки. Оказывается, красавица Нина также тяжело переносит дорогу, как и он. Это было приятно. Просто эта Рина – лошадь ломовая, решил он, и совершенно забыл, как хотел обидеть её.
– Ниночка я помогу Вам! – провозгласил он.
Как они поднимались по скользкой тропе наверх, лучше не вспоминать. Самое обидное, что они при этом постоянно съезжали вниз, хотя дождя не было, но предыдущие дожди всё пропитали влагой, и они поднимались, хватаясь за кусты и какие-то лианы. Те, кто не успевал уцепиться за растения, падали лицом вниз и ехали вниз. Зрелище было впечатляющее – все были похожи на чертей, выскочивших их Ада. Всем уже было всё равно, потому что мечтали об одном – дойти.
Андрей уже не изображал из себя богатыря, не помогал Нине. У него было одно желание, чтобы никто не видел, как он устал, и он должен был, как угодно, но дойти до скрижалей. Ему были нужны деньги. Много денег.
Сначала он жил как все. Женился в студенчестве на молодом преподавателе, и считал, что она должна была прыгать от счастья, что он моложе её на пять лет и подобрал её. Нет, он даже любил её, потому что именно в её объятьях он буквально улетал от восторга, но потом она забеременела, а потом располнела. Это его взбесило. Она всё время возилась с ребенком, оправдывая толщину тем, что ей некому помочь, а пища даёт силы.
Он, конечно, сразу нашел себе утешение на стороне, но всё никак не мог с женой расстаться. Причин было много. Квартира была её, зарабатывала она больше его, и в постели он, по сравнению с ней, был, как столица Камбоджи – пнём пень. Сына он любил, если тот подавал успехи, а если не подавал, то он брал в руки ремень и закалял у того характер. Обычно он был аккуратен, но как-то забылся и от души вломил детищу, запретив кричать. Нельзя же позориться, рукоприкладство как-никак! Когда жена увидела у сына следы его воспитания, то она устроила ему допрос с пристрастием, а так как она была мастером спорта по баскетболу, то предложила мужу оценить силу удара мяча.
Он немедленно подал на развод и потребовал сына оставить с ним, к сожалению, ему не повезло, мерзкий мальчишка попросился в детский дом, объяснив, что женщины – это отстой (со слов отца), а его отец – чудовище (со слов матери). Андрей рассчитывал, что она будет плакать, но жена стояла с окаменевшим лицом, потом они получили решение об определении жизни ребёнка в школе-интернате. Это адвокат Андрея расстарался по просьбе матери Андрея. Жене назначили алименты, как и ему, что его крайне возмутило, к тому же он оказался на улице. Мать Андрея умудрилась попасть под машину и умереть, оставив сыну только долги.
Андрей какое-то время приезжал к квартире жены и колотился в монументальную дверь, пытался её подкараулить, но бесполезно – ему не открыли. Как оказалось, жена уехала в какую-то экспедицию.
С сыном у Андрея как-то не сложилось. Для сына было потрясением, когда он понял, что никому не нужен, кроме матери. От неё он получал письма, написанные на бумаге, где она ему рассказывала про тайгу. Андрей к сыну заглядывал раз в три месяца и то после напоминания и говорил, что женщины – твари и не стоит хранить письма предательниц. Сын, поверив отцу и озлобившись, выбрасывал письма матери.
Когда сын кончил школу-интернат, он уже кое-что стал понимать, к тому же последний год Андрею было не до него. Он женился, и, для того чтобы выглядеть достойно, взял крупный кредит в банке. Засидевшаяся в девках дочка его начальника была влюблена в него, как кошка, и он, чтобы порадовать её, кое-что продал из её же бирюлек, чтобы сделать своё лицо более моложавым. Она бы не вспомнила про бирюльки, но, к сожалению, вспомнила теща, и он ляпнул, что продал эти украшения, потому что готовит более грандиозный подарок.
Андрей попытался уговорить сына продать квартиру матери, которая оказывается была подарену ему, но сын, потрясенный этим подарком, не поддался на уговоры и тратил почти все заработанные деньги на то, чтобы найти мать. В квартире он нашел дневники матери, и они произвели на него сильное впечатление. Сын почувствовал себя мерзавцем. Он искал мать, работая и тратя деньги на детективов.
Андрей не понимал этого, сын обидел его, сказав, что тот никогда не поймет, что они сделали. Теперь Андрей был вынужден тащиться по мерзким оврагам и джунгям, потому что возвращаться без денег ему было нельзя, это был бы для него конец.
Андрей посматривал то на Нину, то на Рину и скоро понял, что, если ему просто пару раз улыбнуться Нине, ночью ему обеспечат полное удовлетворение его потребностей, однако Рина после его намёка скорее всего сломает ему нос. Ксана его не интересовала. Ему всегда нравились зрелые и сильные женские тела. Встретился со взглядом Хаука, который наблюдал за Риной и подмигнул ему. Тот в ответ взглянул так прицельно, что Андрей испугался, если такой ударит, то прощай зубы. К Нине он так и не стал намекать на отношения, с ней всё время рядом шел Толик. Невзрачный Толик его пугал, у него был взгляд, как у удава психопатки Рины, остальные были ошарашенными
– Надо мне быть подальше от этих психопатов. Хорошо, что здесь только грязь и никакой мистики, – Андрей вспомнил призраков и исправился. – Хорошо, что здесь только мистика во всей красе. Главное, что нет плотоядных динозавров.
Монах, услышав это, сокрушенно покачал головой.
– Я и немцам говорил, и Вам скажу. Нельзя в таких местах говорить так неосторожно. Кстати, плотоядными бывают не только динозавры.
Всю остальную дорогу Андрей шел, как сомнамбула, просто переставляя ноги.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: