Партенопа против Субстанции
Несколько раз выдела тизер «Партенопы» в кинотеатре — ничего не екнуло, кроме как «Сарентино, сукин сын, опять воспевает молодость»… Но слава богу я до него добралась.
После просмотра хотелось его как брошюру раздать каждому «западному» человеку, чтобы каждая клеточка почувствовала итальянский подход к старости, зрелости и молодости.
Почему это важно? Если вы посмотрите сейчас по сторанам, увидите молодых и старых… и ноль зрелых людей. Западная культура своей «Субстанцией» провозглашает молодость единственной разменной валютой жизни. Ставит на пьедестал отчуждаемый актив и запрещает «стареть» и даже «созревать»! Человек начинает бояться зрелости как огня.
Те из вас, кто смотрел «Субстанцию» помнит эту комвульсию желания сохранения того, что не может быть сохранено. А любое желание заиксировать развитие — уродливо.
Отсюда мы получаем «уродство» малолетних людей в телах сороколетних. Натянутую кожу в попытке остановить стрелку часов. Совместный запрет друг другу проявлять любые формы увядания — болезни, старения, возрастных изменений. И это все, как вы понимаете, следствие боязни исчезнуть. Умереть.
Поэтому «Партенопа» и другие фильмы Сарентино настолько прекрасно показывают зрелость и старость, которая смотрит на молодость, нет, не с завистью. С легкой настальгией, принятием, любованием течения жизни. Принятием своих свершений, богатства, зрелой сексуальности, пониманием своих желаний.
Помню, как мы с любимым сидели на Лидо (кусочек Венеции) и думали о Италии, как о женщине за 40/50, в роскошных украшениях, с чашечкой кофе и сигареткой. Которой точно некуда спешить. Она смотрит вокруг и понимает, что она вечная. И для это не обязательно быть вечной именно ей — достоточно чтобы жила жизнь!
