В школе я была обычным неприметным подростком, как участница массовки. Нельзя было меня назвать ни тусовщицей, ни душой компании, ни серой мышкой, ни главной красавицей. Просто девчонка с телефоном наготове. Смеялась над шутками, иногда вставляла пару фраз. Пока другие бурно обсуждали школьную жизнь, шутили, курили за школой, пробовали алкоголь, — я не расставалась с телефоном и постоянно делала фотки — посиделки, прогулки, объятия, пранки, даже ссоры.
Я будто собирала фрагменты чего-то, что уже начинало уходить в прошлое. Наше детство. Наша беззаботность. Последние месяцы перед тем, как мы рассыпимся кто куда и станем другими.
Артём был центром всего. Не только для всей компании, но и для меня. Это был красивый парень с растрёпанными темными волосами, вечно с рюкзаком на одном плече, он пах мятной жвачкой и табаком. Казался таким крутым, несокрушимым. Он нравился всем, но я... я просто была тихо влюблена.
Тихо и тайно. Ведь не мог же он всерьез полюбить меня, такую обыкновенную. Я знала, как он говорит «чёрт» еле слышно, почти про себя, когда волнуется. Как теребит шнурок худи. Как делает вид, что не замечает, что Вера — его девушка — целуется с ним всегда чуть на показ.
Я ни с кем этим не делилась. Я просто снимала. И потом любовалась на его фотки по вечерам.
И вот на одном из фото я впервые заметила тень. Она стояла за Артёмом. На первый взгляд — просто игра света и тени. Кто-то мимо прошёл, показалось. Но я ведь помнила, в тот момент и в том кадре — никого лишнего не было.
Тень была размытой, как пятно. Но она там была. Я приблизила — и сердце ёкнуло. Она была как дым, но до жути похожа на человека.
Я показала Тасе — мы с ней были ближе всех в компании. Она фыркнула, сказала: «Телефон уже не новый, темнота, чего ты хочешь?»
Но с каждым следующим фото тень становилась чётче. Уже угадывались плечи, что-то вроде головы, скошенной набок. И всегда — рядом с Артёмом. Только с ним. Как будто чего-то хотела от него. Или ждала.
Артём только посмеялся, когда я упомянула об этом, показывая ему фотки. Он улыбнулся и сказал: «Допустим, это жуткий призрак, думаешь я его боюсь? Пусть рискнёт со мной связаться». И подмигнул.
Я промолчала. Не знала что ещё сказать.
Наступил выпускной. Все были красивые, нарядные, радостные. Я снимала всё — как всегда. Девчонки визжали от фейерверков, парни пили шампанское из пластиковых стаканчиков. Артём как обычно был в центре — классный парень в белой рубашке, небритый, с лёгкой небрежностью.
Я сфотографировала его только раз, когда он стоял у забора, один, покуривал. И в объективе увидела её. Она стояла вплотную. Рука — черная, вытянутая — легла ему на голову.
Я почувствовала, как холод пронёсся по спине. Он стоял, не подозревая, пока тень плотно нависала над ним, как дым. Приблизив снимок, я увидела пальцы. Пять длинных, неровных, страшных пальцев.
Меня отвлек смех одноклассников. Вера смеялась громче всех, поглядывая в сторону Артема, она всегда была излишне демонстративной.
Я хотела поговорить с ним позже. Предупредить. Сказать, чтобы был осторожен, не влезал ни в какие неприятности. Что угодно. Но когда мы остались вдвоём чтобы поговорить, Вера увидела нас и приревновала. Схватила его за руку, увела. А он послушно пошел за ней, как осел на веревочке. Оглянулся всего раз, немного виновато… и больше я его не видела.
Потом всё завертелось: подготовка к поступлению, планы, взрослая жизнь. Я думала, всё обошлось.
Через месяц — звонок. Номер Таси. Голос — дрожащий, хриплый: «Ты… ты…уже слышала?...» Я никак не могла разобрать ее речь, потому что она постоянно прерывалась и всхлипывала, сбивалась.
Но сердце уже было не на месте. Артём. Стройка. Ночь. Зашли через дыру в заборе. В темноте. Наверх кто-то поднялся. Случайно задели какие-то стройматериалы, те соскользнули, а он был внизу.
Смерть была мгновенной, от удара по голове.
Я не рыдала. Не кричала. Я просто опустилась на пол и уставилась в пустоту…
Все это время у меня была возможность его спасти, но я не приложила никаких усилий. Просто отпустила его. И вот его нет.
Продолжение следует...