...и блудливом, чего уж.
Пророк изящного! забуду ль,
Как волновалася во мне,
На самой сердца глубине,
Восторгов пламенная удаль,
Когда могущественный ром,
С плодами сладостной Мессины,
С немного сахара, с вином,
Переработанный огнём, —
Лился в стаканы-исполины?
Умел, умел сказать Николай Михайлович Языков (1803-1846), особенно когда обращался к другу своему Александру Сергеевичу Пушкину (1799-1837):
Я благосклонного привета
В тиши безвестности не ждал
От сына музы своенравной,
Равно-торжественной и славной
И высшей рока и похвал.
Певец единственной забавы,
Певец вакхических картин,
И [….]ских дев и […]ских вин,
И прозелит журнальной славы...
Прозелит — значит новообращённый, принявший новую веру, новый приверженец. ну, а что скрывается за отточиями — каких таких дев и какие такие вина воспевал Пушкин в своих вакхических картинах, — думаю, современному искушённому читателю пояснять не надо.
Когда после смерти Александра Сергеевича Пушкина современники его призабыли, а потом по некоторым причинам стали вспоминать снова и началось формирование пушкинской мифологии, Лев Сергеевич Пушкин (1805-1847) удивлялся: чего особенного в стихах его старшего брата? "Тогда мы все так писали!" — говорил он.
Вот, к примеру, игривые стишки, писанные молодым автором. Но кто он: старший Пушкин, младший Пушкин или тот же Языков?
Разгульна, светла и любовна
Душа веселится моя;
Да здравствует Марья Петровна.
И ножка, и ручка ея!
Как розы денницы живые,
Как ранние снеги полей —
Ланиты её молодые
И девственный бархат грудей.
Как звёзды задумчивой ночи,
Как вешняя песнь соловья —
Её восхитительны очи,
И сладостен голос ея.
Блажен, кто, роскошно мечтая,
Зовёт её девой своей;
Блаженней избранников рая
Студент, полюбившийся ей!
Любовь и внимание братьев Пушкиных друг к другу умиляли современников — и спустя двести лет выглядят трогательно.
В 1827 году Александр Сергеевич писал своему сердечному другу и однокашнику барону Антону Антоновичу Дельвигу (1798-1831):
"Лев был здесь, — малый проворный, да жаль, что пьёт. Он задолжал у вашего Андрие 400 р. и ублудил жену гарнизонного майора. Он воображает, что истощил всю чашу жизни. Едет в Грузию, чтоб обновить увядшую душу. Уморительно. [...]
Я не советую ему идти в статскую службу, к которой он так же неспособен, как и к военной, но у него по крайней мере жопа здоровая, и на седле он всё-таки далее уедет, чем на стуле в канцелярии".
Лев Сергеевич родился на пять лет позже старшего брата, прожил на десять лет дольше и уехал недалеко — хоть на стуле, хоть на седле.
ВНИМАНИЕ!
Читать авторские книги, комментировать эксклюзивные публикации, порой вступать в переписку с автором — эти и другие приятные возможности с начала 2025 года получили подписчики аккаунта "Премиум".
Стартовый минимум — цена пачки дешёвых сигарет.
Подписывайтесь, потолкуем.
★ "Петербургский Дюма" — название авторской серии историко-приключенческих романов-бестселлеров Дмитрия Миропольского, лауреата Национальной литературной премии "Золотое перо Руси", одного из ведущих авторов крупнейшего российского издательства АСТ, кинотелевизионного сценариста и драматурга.
Иллюстрации из открытых источников.