Через месяц нашей дружбы с Дорианом мы очень сблизились. Он понимал меня с полуслова, а я, в свою очередь, понимал пса. Его преданность и инстинкты, казалось, могли заменить любые технологии и навыки. Но я также начал замечать, что его присутствие в Зоне вызывало странные слухи и байки, будто я его личный зомби, и он конкретно схватил меня за мозги. В места скопления сталкеров я его не брал. Почему? Да потому, что любой нормальный дозорный при виде псевдособаки сразу стреляет, а потом уже спрашивает. Он всегда ждал меня в условленном месте, а во время выброса вырывал себе нору и пережидал его там. Я, в свою очередь, брал его любимые лакомства – пару батонов «Краковской» и несколько кусков плавленого сыра. Дориан, хитрюга, бывало, ходил на охоту один и воровал рюкзаки у сталкеров. Как он это делал, не знаю, но то, что не убивал, знаю точно… …Однажды, когда мы исследовали старую деревню, я почувствовал что-то неладное. Уж слишком тихо было в этот день. А в Зоне, если все слишком гладко –