Восемнадцатое января. Я просыпаюсь и кубарем скатываюсь по лестнице со второго этажа:
—Так, семья, сегодня мы лепим пельмени!
—Лепим? Зачем? — ноет сын, — В магазине же купить можно, а лучше заказать...
—Я тебе закажу! — горожу я ему кулаком, — Таких ты ни в одном магазине не купишь. Это волшебные пельмени. — Я летаю по кухне. Я в ударе. Я священнодействую.
Идея пельменей опошлена массовым производством. Прессованные шарики сомнительного мяса, обернутые тестом без души, упакованные в цветной целлофан, это ещё не пельмени.
Готовим доски, можно противни — пельменей будет много, очень много, часть съедим, часть вынесем на мороз. В Мурюке у нас были ярусные стеллажи специально под пельмени. Лепили всей семьёй, с запасом, надолго. Берём мясо. Сейчас это свинина и говядина, раньше все, что угодно: зайчатина, лосятина, медвежатина. Пельменей должно быть много и разных. Режем мясо на куски, пропускаем через мясорубку. Солим, перчим, добавляем луку. Но секрет нашей начинки не в мясе.
Восемнадцатого января в Мурюке отмечали праздник. Местные переняли его у шорцев, шорцы подсмотрели у кого-то ещё. Это был день великого гадания, день, в который определялись судьбы каждого в нашем поселке. Это был Мылтык-Пайрам. Большой день пельменей.
Просеиваю муку и насыпаю горку на столе. Делаю углубление, в которое наливаю воду. Разобью туда яйцо. У меня на столе озеро, укрывшиеся между сопок, а яйчный желток похож на откражение солнца в горной воде. Солю и замешиваю.
В этот день мы ходили в гости. И к кому не зайди, казах ты, русский или немец, везде тебя ждали парящие, только с печи, пельмени, миска со сметаной, покрытый росой брусок сливочного масла и плошка с приправой из хрена.
Тесто накрываю чистой тряпицей. Жду. Можно лепить. Лепить нужно обстоятельно. Лепка пельменей не терпит спешки. От моей семьи в этом деле никакого толку, вместо ровных кругляшков выходят жуткие уродцы. Мой недосмотр, не научила. В Мурюке пельмени лепить умели все, от мала до велика. Ведь пельмени это не еда, и не игра. Пельмени это важно.
А теперь секретный ингридиент начинки. Я грустно улыбаюсь. Судьбу не обманешь. С пельменями не схитришь. В этот мы положим монетку, в тот красивую бусинку и бумажку с пожеланием счастья. Но жизнь это не череда счастливых дней, поэтому есть ещё орешек, уголёк, кусочек спички, алый лоскуток. Кому что достанется, пельмени не обманывают. Доставшийся предмет определит самые важные события года.
В тот год Ваньке досталась дробинка, а по весне отец подарил ему ружьё. Леонид Леонидовичу попался уголёк, и молния, попавшая в барак, спалила двадцать три поселенца. Барак пылал, родители убежали под дождь, тушить, а я смотрела в окно, как высоко-высоко, выше верхушек кедров взлетает пламя. Жившие в бараке обгорели до головешек. Марье досталась монетка, и к ней весь год липли деньги, а дядя Шура, утонувший по весне, достал белый речной камушек. Мне попалась буква из азбуки, и к концу года я написала тонкую, из тетрадки, книжку про лайку Бимку с картинками. Маме досталась сверкающая бусина, Ваське Получерту костяная пуговица, а Нюре, мамке Петьке Глухова, той, что зеки отрежут голову и повесят на плетне, кусочек алой ленты. Богатый на события был год.
В последние время я редко леплю пельмени. Зачем? Даже зная судьбу, ты ничего не изменишь, не поправишь. Но руки помнят. Ловко перебирют пальцы края шелкового теста. Хорошие пельмени будут. Сибирские. Настоящие.