Дорога шла немного под уклон. В окружении весенних деревьев и поросли, в дымке молодой зеленой листвы, она казалась обновленной и чисто вымытой. Ехать было приятно и легко, в машине играло дорожное радио, создающее ненавязчивый ностальгический фон. Знакомые и уютные песни, которые можно подпевать, что я и делал вполголоса, одновременно думая о том, как хорошо, что выехал рано и увидел эту красоту, и смогу уложиться в один день, чтобы вернуться домой.
Я ехал в командировку, за двести километров от дома. Дорога была знакомой, но в последний раз я ехал по ней давно, несколько месяцев назад.
Заиграла музыка. Красивая, проникающая в душу мелодия. «…Ты придешь, ты придешь, ты придешь, но будет поздно… Несвоевременность — вечная драма,
Где есть он и она…
Песня звучала мягким рефреном, она вытянула из подкорки то, что я так тщательно туда запихивал…
Сам не заметил, что свернул с дороги и, проехав несколько километров, оказался у большой овальной клумбы с красными тюльпанами и стоящим рядом рекламным баннером приглашающим посетить небольшой городок N.
Резко затормозил. Что я делаю? С ума сошел? Все уже кончено и через боль запихано в дальние тайники души. Уравновешено и расставлено по местам. Обратной дороги нет…
Какое-то время не мог совладать с собой и просто тупо смотрел на клумбу, не видя ничего. Потом медленно развернулся и поехал восстанавливать нужный маршрут.
Теперь я уже не подпевал в счастливой прострации, а думал. Думал, не в силах справиться с нахлынувшими чувствами, о ней. О женщине, которую любил. Или люблю?
…Любовь у каждого своя, разная. Моя первая была с привкусом вины. Василиса, или Васенька, как я её называл, училась со мной в одном классе. Девочка с прозрачными, русалочьими глазами, при этом не с завораживающим, а каким-то взглядом, отрешенным от реальной жизни, покорила мое сердце чуть ли, не с первой минуты, едва появилась в нашем классе. Это был восьмой, мы уже были достаточно взрослыми, и, едва я увидел её, как понял, что со мной что-то не так. Мощнейший выброс гормонов (это я понял гораздо позже), заставлял меня беспрестанно оборачиваться и смотреть на неё, думать о ней, и первые ночные поллюции связаны с ней же.
Она не обращала на меня никакого внимания. Лишь когда я долго и пристально смотрел в её сторону, она хмурилась и начинала плести кончик туго заплетенной косы.
Внимания ни на кого она не обращала вообще, и была слегка ни от мира сего. Эта загадочность мне нравилась безумно и только усиливала чувства.
Школьные годы прошли впустую, дальше своих притязаний я не сдвинулся ни йоту. Уже гораздо позже, учась в институте, я подкараулил её с целью выяснить отношения и прямо рассказать о своих чувствах.
Она молча выслушала, смотря немного отсутствующим взглядом, и сказала:
- Хорошо, мы можем встречаться.
Я оторопел. Так долго добивался этого, а сейчас, когда она вдруг дала согласие, не знал, что с этим делать.
- Вечером я зайду за тобой, погуляем? – спросил я.
Она кивнула. Мы молча дошли до её дома. От избытка чувств я чмокнул девушку в щечку. Она удивленно посмотрела на меня. Мне, конечно, дико хотелось большего, но и это был прогресс.
…Если бы вы знали, с какого раза она стала моей, в интимном вопросе, то сильно удивились бы. Естественно, первая попытка была строго в день свадьбы, и дней десять я делал пробные подходы. Ей было страшно, больно, неудобно. Она или стискивала зубы от боли, или плакала, и я в отчаянии бросал не завершенное дело, ненавидя себя за то, что причиняю ей боль. Испытывал жуткое чувство вины: двухметровый конь и маленькая хрупкая девочка.
Я очень старался быть ласковым и внимательным, постоянно что-то делал для дома и все нес в дом: и деньги, и что где подвернется.
Васенька не была капризной, не была стервочкой, она просто была на своей волне. Например, часто, я мог прийти домой после работы, а она, выглянув из спальни, тихим голосом говорила:
- Я читаю. Извини. И возвращалась в спальню.
Это означало, что ужин или я сам должен приготовить, или разогреть, если он есть. Чаще - нет. Ни о каком общении в тот вечер речи быть не могло.
И самое главное: она не любила секс. Для неё это была вечная мука. Я вожделеющий её и днем и ночью, просто сходил с ума от её бесконечных отказов. Вечером она устала, утром я мешаю её сну и все в таком духе.
Как вы понимаете, все держалось на моих чувствах, они очень долго были сильными. Все её странности и отказы в близости я терпел стоически, и каждая близость была роскошным подарком. Я много и страстно говорил её о своей любви, и лучшее, что получал в ответ:
- И я тебя. Все!
Чувство вины усиливалось и усиливалось.
-Что я делаю не так? И что сделать ТАК? – метался я в своих отчаянных мыслях. Ведь больше, чем я, любить просто невозможно? А, может, она и не любит меня? И вообще – способна ли она на это чувство?
Автор Ирина Сычева.