Вера сидела на кухонном табурете, опустив плечи, словно под непосильной ношей. Когда-то красивое лицо было изможденным и рано состарившимся. Вера смотрела в одну точку и не знала, что ее делать. Хотелось зарыдать, завыть по волчьи, закричать. Денег не было ни копейки. Не на что было даже хлеба купить. Михаил денег не приносил, хотя Вера просила. Он отмахнулся от нее, как от назойливой мухи:
- Сейчас нет. Ка будут – отдам.
Вера получала за мытье офисов наличные деньги, откладывала их: заплатить за садик сыну, за кружок дочки в школе. И сегодня обнаружила, что денег нет, Михаил забрал их, заявив:
- Мы с мужиками по делу в кафе встречались, что же я, с пустыми карманами пойду. Заработаешь еще.
Слезы душили ее, Вера разрыдалась.
- Чем я кормить детей буду? Миша, ну пожалуйста, дай хоть немного на хлеб. Хлеба с кашей поедим.
Михаил лежал на диване, смотрел телевизор, и ответил:
- Да что ты все прибедняешься. Сегодня вечером наличку получишь, как офисы отдраишь. Отстань, надоела хуже горькой редьки.
- Но, Миша, надо за садик заплатить.
- Сказал, отстань, нет у меня денег.
Вера знала, что Миша врет, деньги у него есть, но спорить было бесполезно.
Вера с детства была тихой и безответной, не могла постоять за себя. Если кто-то повышал голос, просто сжималась, испуганно хлопала глазами. Михаил ей показался сильным, решительным. Она думала, что будет за ним, как за каменной стеной. В принципе, лет пять Михаил работал и в доме все было хорошо.
Когда родился младший сын, Егорка, Михаил уволился, чтобы больше времени проводить с сыном, да и заявил:
- Надоело пахать на чужого дядю, буду на себя сам работать.
В доме денег фактически не стало. Чем занимался Михаил, Вера не знала.
С той поры все легло на хрупкие плечи Верочки. Днем она преподавала, взяв две ставки, вечерами мыла полы. Тут ей предложили подрабатывать иногда няней. И она согласилась, при этом оставляла дома одних своих детей, а сидела с чужим.
Она кормила, одевала и обувала детей, Миша так же любил дома хорошо покушать.
Долги копились, и Вера завела две кредитные карты, высчитывала дни, когда можно избежать комиссий и процентов, перекидывала деньги с одной карты на другую. Это была не жизнь, а выживание.
Очень редко Вера забегала к подруге детства, Лене. Стыдно было признаться, чтобы раздобыть что-то вкусное для детей. Лена обязательно давала ей с собой пироги, пакет с конфетами, пакет с продуктами «для детей». Лена не давала советов, только сказала недавно:
- Половина дома бабушкиного пустует, мне бы поселить кого-то туда, чтобы присматривали, чужим сдавать не хочу.
Михаил жил так, словно все в порядке, ничего плохого не происходит. Деньги в дом не приносил, зато мог взять у Веры, съесть обед, и не стеснялся ведь, совесть не мучила.
- Ты бы шел работать, - говорили знакомые.
- Я работаю, но на себя.
- А на жену и детей поработать не хочешь?
- Я Верку в декрете содержал, теперь пусть она содержит, а у меня сегодня важная работа – отдых дома.
И вот, сегодня надо было вносить платежи за садик и кружок, а Миша деньги утащил и потратил на кафе.
Это была та самая точка кипения, последняя капля, когда терпение заканчивается. Внутри Веры что-то сломалось.
- Все, хватит с меня, я ухожу.
- Да куда ты с двумя-то детьми пойдешь? Без денег-то.
Вера усмехнулась, позвонила Лене:
- Ты еще в половину домика никого не вселила?
- Тебя ждут ключи. Только там удобства во дворе, газ привозной и печка.
- Справлюсь, у моих родителей в деревне так же. Зато без Михаила.
Вера переехала. Лена к ее приезду все вымыла, привезла откуда-то не новый, но хороший холодильник, заполнила его продуктами:
- Давай-ка, из долгов выпрыгивай, я помогу, если что, за детьми присмотрю. Вот деньги: то на Новый год и день рождения на подарки. Отдаю сейчас, так как тебе нужнее именно в этот момент. Но потом будешь год без подарков.
Вера обняла подругу, расплакалась.
- Да хоть сто лет без подарков, ты меня просто спасла.
Потихоньку долги Вера погасила, с детьми у нее денег уходило меньше, никто не трогал отложенное, на еду уходило немного: на детей и себя Вера тратила немного, а кормить разносолами здорового мужика не надо было.
Страх у нее прошел, жить стало легче.
Она подала на развод с Михаилом. Судья, глядя на Веру в суде, кивнула помощнику, и та дала бланк:
- Пишите, что просите взыскать алименты в процентах от заработка.
Вера написала, и судья развела Веру с Михаилом, взыскала с него алименты.
Михаил алименты платить не собирался, считал, что сама ушла, пусть сама и крутится.
Детям он звонил, встречался, просто «соловьем разливался». На день рождения сына снял у друга дом, и там, пригласив 15 человек родственников и друзей, отпраздновал детский праздник с шашлыками. Дочке Светочке день рождения отметил в кафе. Он говорил детям:
- Вот на следующей неделе получу хорошие деньги, открою на вас банковские карты, буду деньги вам перечислять. Матери только не говорите, потратит на себя или на всякую ерунду.
Но проходила неделя, вторая, третья, тянулись месяцы, но никаких карт и денег не было. Первой осознала ситуацию Света. И когда отец, встретив их у бабушки, позвал в кафе, прямо сказала:
- Лучше бы ты нам деньги на жизнь пересылал, алименты. Что это кафе? На один раз пирожное съесть.
Михаил раскричался, чуть не ударил Свету, напугал маленького Егора.
Вера после этого происшествия детей к бабушке не отпускала:
- Лучше уж вы к нам приходите, детям так будет лучше.
Вера получила исполнительный лист о взыскании алиментов, направила его по месту регистрации Михаила. Там этот лист пролежал у пристава два года, и тот ничего не делал, даже Михаила ни разу не вызвал.
- Мне туда ездить далеко, чтобы еще с приставом ругаться, - решила Вера.
Она забрала исполнительный лист и отнесла его по месту своей регистрации. Пристав ей попался достаточно толковый. Михаила вызвал, пристыдил, объяснил последствия неуплаты алиментов, но Михаил только посмеялся.
После этого пристав привлек его к административной ответственности. Михаил отмахнулся, обжаловать не стал.
- Скажу, если что, болел к.о.в.и.д.ом.
Сестра у него хмыкнула:
- Год болел? Значит, после выздоровления оспаривай. Предъяви справку, что долг погасил.
- Вот еще, не буду я Верке деньги платить. Чтобы я ещё ей платил? Да ни за что.
Пристав оформил привлечение Михаила к уголовной ответственности за неуплату алиментов. И тут он забегал. Вы думаете, заплатил долг? Нет. Он позвонил Верочке, и повелел:
- Сходи к приставам, напиши заявление, что я весь долг по алиментам тебе погасил.
- Ты не погасил.
- Тебе что, жалко? Меня к уголовной ответственности привлекают.
- Врать не буду, алименты ты не платил.
Дело поступило в суд. Пристав выступил:
- Михаил алименты в добровольном порядке не платил. Было несколько принудительных взысканий при поступлении на карту, но это маленькие суммы. Добровольно он не заплатил ни копейки. Дважды Михаил привлекался к административной ответственности, но своего поведения не изменил.
- Я так помогал, детям праздники устраивал, два раза.
- За все годы два праздника? Дети разве едят раз в год?
- Я помогал, поэтому алименты платить не должен. Да и у меня финансовые трудности, я не могу платить алименты. Пусть Вера в суде подтвердит, что я помогал.
Вера выступила в суде:
- Не помогал и не помогает, никаких договорённостей у нас с ним не было. Алименты добровольно не платил ни разу, подарков детям не дарит, ничего не покупает. Дети общаются только с мамой Михаила и его сестрой, то есть с бабушкой и тетей. С самим Михаилом сейчас не общаются, тот ведет себя недостойно.
- Ты все врешь.
- У тебя есть документы по оплатам? Нет, я говорю правду.
Суд все документы рассмотрел, да и признал Михаила виновным по ч. 1 ст. 157 УК РФ и приговорил:
к наказанию в виде исправительных работ сроком на 8 месяцев с ежемесячным удержанием в доход государства 10% заработной платы.
- Я все равно платить не буду.
- Реально сядешь, - прошипел пристав. – Я тебе это устрою.
Вера живет одна с детьми намного лучше, чем с Михаилом. Денег удивительным образом, хватает на все, еще и запас остаётся. В кредиты она больше не лезет, старается справляться своими силами.
*имена взяты произвольно, совпадения событий случайны. Юридическая часть взята из:
Апелляционное постановление Московского городского суда по делу N 10-8814/2022