Как то рассказали мне про одну семью, где родителям приходится уговаривать детей, поехать с ними в деревню, к бабушке с дедушкой.
Старший то ещë понимает, что ему деваться некуда, а вот младший, которому три года, отказывается наотрез.
Говорит - там тырнета нет.
В деревне, куда они приезжают, действительно плохо с интернетом, мобильный не ловит, а домашний еле тянет.
Но зато природа, хозяйство, красота и ляпота.
Первые три дня, дети адаптируются, тычат в телефон, в котором не работает интернет и не понимают что им делать.
Но потом, полностью втягиваются в деревенскую жизнь, забывая как со слезами ехали в деревню.
Родители говорят, что по приезду домой, дети становятся более спокойными, но потом всë начинается по новой.
В моëм детстве, конечно же никакого интернета не было, зато была деревня и не одна, где я проводил самые счастливые моменты детства.
Жили мы тогда все дружно, проводили время со своими многочисленными двоюродными братьями и сëстрами, а ещë обзаводились большим количеством друзей, среди местных и приезжих.
Как такового, распорядка дня у нас не было, во сколько проснулся, во столько и проснулся.
Но если надо было выводить корову на привязь или пасти стадо, то вставать приходилось рано.
Домой заходили очень поздно, самыми последними.
Пили парное молоко с хлебом и ложились спать.
Но если в доме были другие дети, то засыпали глубокой ночью.
Нам всем стелили на полу в одной комнате, а взрослые спали в других.
Мы лежали и о чëм то долго разговаривали шëпотом, переходя на хохот и думали что взрослые давно спят и нас не слышат.
Пока кто нибудь из взрослых не вставал и не гаркал на нас.
Тогда то мы не понимали, что своими разговорами, мешаем спать взрослым, которым надо было рано вставать.
В деревне какой только не было техники - грузовые машины, трактора, комбайны.
Но если сначала, на всë это смотришь открытым ртом, а если ещë тебя на них прокатят, то ты вообще счастливый, то потом уже даже не обращаешь внимания.
Своих дел было полно - ловить ящериц, пойти на поле за кукурузой, дрыпать с поля, от председателя.
Залезть в заброшенный дом с привидениями и с визгом от туда бежать, потому что кто то, что то увидел.
Мы вообще всë время от кого то бегали - от председателя, от привидения, от гусей, которые пытались укусить за задницу.
Море эмоций, солнца, настроения.
Но и болели от этого тоже часто.
Набегавшись и наигравшись, организм говорил - стоп, угомонись малой.
Несколько раз и я очень сильно болел.
Температура сорок, горло горело, даже доходило до галлюцинаций.
Лежал дома больной и несчастный.
Все бегают и только ради приличия, глядя на тебя, с сочувствием вдыхают.
А ты лежишь, лапки на груди сложил и думаешь - ну вот, свои десять лет пожил, пора и честь знать.
Взрослые конечно жалели, но никто возле тебя не дежурил, все делами заняты были.
Что бы попить, надо было на дрожащих ногах дойти до бака с водой, а туалет и вовсе был на улице.
Наверное если бы тогда была опека и она увидила, что с нами детьми было, взрослым бы сильно попало.
А мы ничего, что бы с нами не случалось - бежали дальше, роняя тапки.
Глубокие раны лечили подорожником.
На ссадины вообще внимания не обращали.
Обгарали на солнце и потом как змеи, снимали с себя кожу.
Всегда ходили по краю и как будто кто то невидимый, нас всегда спасал от непоправимого.
Да, адреналина мы тогда словили сполна.
Во всех деревнях, где я был, везде была какая то река и о чëм я всегда жалел, так это о том, что так и не научился плавать.
Но вот думаю, что может меня тогда это и спасло, что не умел плавать и не заходил в воду.
Потому что ситуаций, когда и без этого, с тобой могло что то случиться, было достаточно.
Наверное на всë, был свой лимит и поэтому вода, там была непредусмотренна.
Про укусы насекомых, я даже не говорю - раздувался как шар, чесался неделями, был весь красный и в расчëсах.
Но даже это, не было причиной, бежать из деревни без оглядки.
Руки вытирали о себя же, грязного и шли кушать.
Огурцы запивали молоком.
Морковь оттряхивали от земли и в рот.
Ничего, организм продолжал работать как часы.
Всегда было грустно уезжать обратно домой, где уже не было таких друзей, такой еды, такого раздолья.
Никакие неурядицы, которые тоже происходили, не были способны сломать в тебе любовь к деревне.
Всë это, давно осталось там, в счастливом детстве, без интернета и телефонов.