Через неделю Денис вернулся из клиники.
— Я сделала свой выбор, — Евгения стояла посреди кухни, скрестив руки на груди. Её голос звучал непривычно твёрдо. — Теперь тебе нужно сделать свой. Или бутылка, или наша семья. Другого пути нет, Денис.
Денис сидел за столом, опустив голову. Его грузные плечи поникли, пальцы нервно постукивали по столу. За последнюю неделю, проведённую в клинике, он похудел, под глазами появились тёмные круги, а щетина превратилась в редкую неряшливую бороду.
— Я очень постараюсь, — его голос был едва слышен. — Я больше не могу… Как мне стыдно за всё...
— Знаю, — Евгения села напротив, не смягчаясь. — А сейчас ты должен выбрать: или ты борешься со своей зависимостью всерьёз, или собираешь вещи и уходишь. Я больше не могу так. И внучки мои точно не должны видеть тебя... таким.
Денис поднял глаза – покрасневшие, слезящиеся.
— Я очень хочу остановиться, — прошептал он.
— В этом и проблема, — Евгения подалась вперёд. — Ты хочешь. А нужно делать. По-настоящему захотеть этого и сделать.
Денис медленно кивнул, пряча лицо в ладонях. Его плечи затряслись от беззвучных рыданий.
Ольга стояла за приоткрытой дверью, прислушиваясь к разговору. Она не хотела подслушивать, но когда проходила мимо, случайно услышала голос матери, такой решительный и непреклонный... Это было так не похоже на обычно мягкую, и во всём уступчивую Евгению.
Тихонько прикрыв дверь, Ольга вернулась в гостиную, где Маша и Саша рисовали цветными карандашами. Обе выглядели спокойнее, чем в предыдущие дни – новость о том, что дядя Денис лечится от «своей болезни», восприняли с детским оптимизмом.
— Мама, смотри, я нарисовала наш дом! — Маша протянула лист бумаги, где двухэтажный дом был окружён голубой водой. Но вместо тревоги в рисунке чувствовалась какая-то сказочность – вода была усыпана блёстками, которые Маша выпросила у бабушки, а на крыше сидела улыбающаяся русалка.
— Красиво, — улыбнулась Ольга, присаживаясь рядом. — А кто это на крыше?
— Это русалка Сияна, — важно сказала Маша. — Она защищает наш дом, пока мы не вернёмся. Отгоняет злых водяных.
Ольга обняла дочь, растроганная детской фантазией. Маша всегда умела находить светлую сторону в любой ситуации.
— А у меня солнышко! — Саша протянула свой рисунок – большой жёлтый круг с неровными лучами. — Оно водичку высушит, и мы домой поедем!
— Обязательно поедем, — кивнула Ольга. — Папа звонил утром, сказал, что вода уже немного отступила. Видно крыльцо.
Саша радостно захлопала в ладоши:
— А Мурка вернётся?
— Конечно! — Ольга поцеловала дочку в макушку. — Всё вернётся – и Мурка, и мы, и наша нормальная жизнь.
***
На рассвете Роман вышел проверить уровень воды. Вода ещё отступила! Ступая по первому этажу, он чувствовал, как вода теперь плещется у колен — не то что вчера, когда приходилось брести по пояс, рискуя потерять равновесие на каждом шагу.
Зрелище, конечно, удручало – размокшая мебель, испорченные обои. Но всё это можно было исправить. Главное, что сам дом стоял крепко.
Роман пробрался на кухню, осматривая ущерб. Холодильник придётся выбросить. Плита тоже пострадала. Шкафы разбухли от воды... Он прикинул предстоящие траты и поморщился. Немало. Но что поделать – всё равно восстанавливать придётся.
Выбравшись на улицу, он увидел, что соседи тоже начали возвращаться. Кто-то вычерпывал воду из погребов, кто-то оценивал ущерб. Невдалеке пожилая женщина безуспешно пыталась втащить на крыльцо тяжёлый насос.
— Давайте помогу, — Роман подошёл к ней.
— Спасибо, милок, — благодарно улыбнулась старушка. — Сама не справляюсь, а сын только вечером приедет.
Помогая соседке, Роман вдруг поймал себя на мысли: надо бы организовать общую уборку. Им всем предстоит восстанавливать свои дома, так почему бы не объединить усилия? Сегодня он поможет одному соседу, завтра другому, а потом они – ему. Так и быстрее, и веселее.
До заката Роман успел обойти соседей. Договорились собраться утром. Следующий день встретил их грохотом инструментов и людскими голосами. Фёдор со старшим сыном приволокли мощный насос, теперь шланг выплёвывал мутную воду далеко за огородами. Мужики из дома напротив разбирали разбухшую древесину — ту, что недавно было мебелью. Молчаливые женщины в резиновых перчатках скребли ил со стен, а дети помогали таскать вёдра. Женщины организовали полевую кухню – прямо на возвышенности развели костёр и готовили еду для всех работающих.
— Смотри-ка, — удивлённо сказал Иван Петрович, подходя к Роману. — К нам тут делегация прибыла.
Роман обернулся и увидел Ольгу с девочками. Они шли по подсохшей дороге, держась за руки. За ними, немного отставая, следовали Евгения и... Денис.
— Папа! — завопила Саша, вырываясь из руки матери и бросаясь к Роману. — Мы приехали помогать!
Роман подхватил дочь на руки, улыбаясь. Маша, более сдержанная, просто крепко обняла его за ноги.
— Вы-то как сюда добрались? — удивился Роман, целуя Ольгу.
— Автобусы уже ходят, — объяснила она. — Мы решили, что тоже хотим помочь. И девочки соскучились по дому.
Роман окинул взглядом Дениса. Тот держался поодаль, неловко переминаясь с ноги на ногу. Разительная перемена с прошлой их встречи — гладко выбрит, в свежей рубашке. Но главное — глаза. Чистый, осмысленный взгляд.
— Здравствуйте, Роман, — Денис сделал шаг вперёд. — Я... хотел бы помочь. Если позволите.
В его голосе не было ни былой развязности, ни агрессии. Только усталость и что-то, похожее на смирение. Роман поколебался, но потом кивнул:
— Рук не хватает. Особенно мужских.
Денис благодарно кивнул и направился к группе мужчин, разбиравших завал из брёвен и мусора, принесённого водой.
— Он держится уже почти две недели, — тихо сказала Евгения, когда Денис отошёл. — Я знаю, вы не верите, что он изменится. Но... я хочу дать ему шанс.
Роман пожал плечами:
— Время покажет.
К концу дня произошло нечто неожиданное. Денис, помогавший разбирать завалы, вдруг подошёл к Роману, вытирая потный лоб:
— Слушайте, тут такое дело... Я посмотрел на ваш фундамент. Там трещина с южной стороны, видели?
Роман насторожился:
— Нет, не видел. И что?
— Просто, — Денис замялся, — я же инженер по образованию. Строительством занимался когда-то. Могу посмотреть, чем помочь. Латать фундамент – дело тонкое, без технического понимания можно только хуже сделать.
Роман с сомнением посмотрел на него:
— Вы правда разбираетесь в этом?
— Хотите, покажу? — Денис неожиданно оживился. — Пойдёмте, я вам объясню, в чём проблема и как её можно решить.
Роман слушал затаив дыхание. Денис говорил о фундаменте со знанием дела.
— Видите эту линию? Здесь нужен армированный пояс. И гидроизоляция другая, прежняя никуда не годится.
Роман сам неплохо разбирался в ремонте, но сейчас чувствовал себя новичком. В словах Дениса звучала та уверенность, которую дают только настоящие знания и опыт.
— Если хотите, я помогу, — предложил он, когда они вернулись к остальным. — Это не очень сложный ремонт, но требует точности.
Ольга, наблюдавшая за ними издалека, подошла ближе. Она замерла на полушаге — непривычная картина предстала перед ней. Роман и Денис, сидели рядом, почти касаясь плечами, и что-то увлечённо чертили на смятом листе бумаги. Ни напряжения, ни злости — только рабочий азарт.
— Всё в порядке? — спросила она, подходя к мужу.
— Да, — Роман выглядел слегка растерянным. — Оказывается, Денис Михалыч действительно разбирается в строительстве. Он предложил помочь с ремонтом фундамента.
Ольга переглянулась с матерью, которая стояла неподалёку, помогая девочкам лепить куличики из подсохшей глины.
— Он правда был хорошим инженером, — тихо сказала Евгения. — До того, как... всё началось.
Вечером, когда соседи разошлись, а Евгения с Денисом и девочками уехали обратно в город, Роман и Ольга остались вдвоём во дворе. Они сидели на лавочке, которая чудом уцелела, и смотрели на всё-таки выстоявший дом.
— Знаешь, — задумчиво сказала Ольга, — я сегодня заметила странную вещь. Маша впервые за две недели смеялась как раньше. И Саша не вздрагивала, когда Денис проходил мимо.
— Это потому что он трезвый, — буркнул Роман. — Посмотрим, надолго ли его хватит.
— Мама говорит, что он изменился. Что кодировка – не просто укол, а какая-то серьёзная программа с психологом и всё такое.
Роман пожал плечами:
— Хорошо, если так. Но я бы на это особо не рассчитывал.
Ольга протянула руку и сжала его ладонь:
— Иногда людям нужен шанс.
Роман улыбнулся, притягивая жену к себе:
— Я скучал по тебе. По девчонкам. Как же я хочу, чтобы вы скорее вернулись домой.
— Скоро, — прошептала Ольга. — Вода отступает, а с таким количеством помощников мы быстро всё восстановим.