Дождь стучал по крыше остановки, когда я сел на скамейку, выжимая воду из мокрых волос. Последний автобус должен был прийти через десять минут. В кармане жужжал телефон — мама снова писала, спрашивала, когда я вернусь. Я не отвечал.
Рядом кто-то зашевелился. На соседней скамейке сидела девушка в промокшем до нитки пальто. Капли дождя стекали по её лицу, но она не пыталась их стереть. Просто смотрела в темноту пустой улицы.
— Автобус задерживается, — сказал я, чтобы разрядить тишину.
Она медленно повернула голову.
— Он не приедет.
— Как так? Расписание висит…
— Расписание врет, — она улыбнулась, но глаза остались пустыми. — Как и всё остальное.
Я хотел что-то ответить, но в этот момент из-за поворота действительно показались фары. Старый автобус, скрипя тормозами, остановился перед нами. Двери со вздохом раскрылись.
Водителя не было.
— Заходи, — девушка поднялась и шагнула внутрь.
Я колебался. Но дождь лил сильнее, а дома ждала только пустая квартира.
Автобус тронулся сам, как только я переступил порог. Девушка села у окна, положив ладонь на стекло.
— Ты часто здесь ездишь? — спросил я.
— Это мой последний рейс.
Автобус выехал на мост. Внизу чернела река.
— Стоп! — я вскочил. — Здесь же нет маршрута через мост!
Девушка повернулась. Теперь я разглядел синяк на её виске и бледную полосу на безымянном пальце — след от кольца.
— Ты прав. Его нет.
Автобус резко дернулся.
Я проснулся в больнице.
— Вам повезло, — сказал врач. — После аварии вы пролежали в коме три дня.
— Какая авария?
— Автобус столкнулся с грузовиком. Вы единственный выживший.
Медсестра подала мне вещи. В кармане куртки лежало обручальное кольцо.
— Это не моё, — пробормотал я.
— Его нашли у вас в руке.
Я вышел на улицу. Шел дождь. На остановке напротив висело новое расписание.
Последний автобус уходил в 23:45.
Я сел на скамейку и закрыл глаза.
— Автобус задерживается? — раздался тихий голос.
Я улыбнулся, не открывая глаз.
— Нет. Он уже здесь.