Зачем психологу, во что бы то ни стало, нужно "залезть" к человеку в его детский опыт? Действительно. Приходит клиент – живой, здоровый – просто с небольшими проблемами. Имеет желание разобраться с тем, что происходит в его жизни ровно здесь и сейчас. Не имеет желания ковыряться в том, что было там, в далеком детстве. Разумеет, что прошлое осталось в прошлом, его лучше вовсе забыть и преспокойно жить себе дальше. Родительская семья? Да нормальная была семья. Всё как у всех. Давайте же скорее вернемся к проблемам в настоящем!
Бывает и так (из примеров, приведенных в комментариях): ходила к психологу. Психолог настойчиво допытывалась, что же там такого было в семейной истории. Общими усилиями наковыряли какое-то количество весьма травматичных эпизодов. В связи с этим в настоящее время возникли обиды на родителей. До того момента их не было. Зачем вообще ходила и что теперь делать с обидами?
Предлагаю вам в этой и ближайших статьях попробовать разобраться, почему же у психологов присутствует неодолимая тяга заглянуть за ширму детского опыта клиента. Нужно ли такое делать в принципе – или вполне себе можно обойтись и без этих изысканий?
В сегодняшней, а также в последующих статьях я буду базироваться на EMDR или ДПДГ-терапии (Десенсибилизация и переработка движением глаз). Соответственно, для объяснения причин и следствий происходящего в жизни человека буду обращаться к модели, которая лежит в основе данного подхода. Статьи условно поделю на смысловые блоки, поскольку в одном материале всего не уместить.
Итак, начну с главного: такой задачи как беспорядочное и бессистемное копание в детском опыте клиента у психолога нет. Вызывать у клиента сложные переживания, пробуждать старые обиды – более того, погружать клиента в травму – просто так, ради самого процесса смысла никакого не имеет. Сами по себе разговоры о травмах травмы не исцеляют. Если только в результате таких бесед психологу не удается создать эмоционально-корректирующий опыт для клиента. Но данный процесс является длительным, за несколько сессий новый опыт не сформируется, особенно если по жизни человека сопровождал исключительно опыт отвержения со стороны значимых для него людей.
При этом, проанализировав на пару с психологом своё прошлое, клиент начинает понимать, откуда растут ноги у его нынешних проблем. Видит истоки особенностей восприятия им различных ситуаций и причины его индивидуальных поведенческих реакций. Что-то начинает брать под контроль. Однако само по себе это не избавляет его от сложных реакций (эмоциональных, телесных) при встрече с тем, что триггерит лично его. Травму нужно перерабывать (а по-научному этот процесс называется реконсолидацией памяти).
Если же психолог «достал» травматические воспоминания, но не переработал их, то в данном случае можно предположить два варианта. Либо психолог не владеет методикой переработки травматического опыта. Либо клиент спешно завершил терапию, столкнувшись с первыми болезненными переживаниями. О том, что терапия не похожа на весёлую прогулку в погожий летний денёк я буду писать отдельный материал. Это тоже важно понимать.
Итак, вернёмся к вопросу «Зачем?». Приходит клиент и приносит своё настоящее. А психолог через некоторое время понимает, что, по правде говоря, клиент имеет дело со следами собственного прошлого, проявляющимися в его настоящем. И с этими самыми следами человек сталкивается регулярно. Что ж за следы такие? А это тот самый опыт (чаще всего действительно именно детский), который так и остался не переработанным и теперь мешает человеку двигаться дальше. Иными словами, ухудшает качество его жизни.
Как именно это происходит? В первую очередь что-то из этого опыта прогружается в настоящее в форме флэшбеков. Какие-то картинки, образы, воспоминания, интрузивные мысли, звуки, запахи, ощущения в теле – это как раз и опрокидывает человека в его травму. Он проваливается в состояние потерянности, одиночества, беспомощности, которые не всегда соответствуют его нынешней действительности – при этом проживаются весьма болезненно. И это один момент.
А второй момент заключается в том, что на основании своего прошлого опыта клиент сделал определённые выводы о себе, о мире, о людях – и он чему-то в рамках этого опыта научился. То есть это те самые копинги (стратегии совладания), которые со временем образуют типичный (или типичный для определенных, триггерных ситуаций) рисунок его поведения. То есть, по факту, мы здесь имеем дело с системой научения.
И в зависимости от того, каким был прошлый опыт, научение будет либо адаптивным, либо неадаптивным. Оно будет либо помогать человеку по жизни принимать верные решения, совершать правильные для него выборы – либо же наоборот, будет потихоньку снижать качество его жизни и усиливать страдания.
Здесь нужно внести уточнение. У любого из нас есть позитивный прошлый опыт, на основе которого мы развили адаптивные навыки (иначе мы вообще были бы нефункциональны). Мы здесь говорим именно об аспектах прошлого опыта, которые не подключились к адаптивной сети – именно эти воспоминания и научение, связанное с ними, снижают качество жизни человека.
Давайте, чтобы было понятнее и интереснее, пару примеров. Итак, по формуле: у меня был какой-то опыт в прошлом, он меня чему-то научил и в похожих ситуациях настоящего времени я это научение как раз и выдаю. И теперь «Каждый раз, когда на меня повышают голос, я чувствую себя ребенком, замираю и не могу ничего ответить». Ярчайший пример дезадаптивного научения. Если двинемся по сети воспоминаний – и к бабке не ходи – найдём в детском опыте клиента Значимого Взрослого, который реагировал на него не совсем адекватно и демонстрировал тенденции к подавлению. Замирание – это паттерн, который человек обычно формирует ещё в детстве в ответ на соответствующие эпизоды. Далее, по мере взросления, эти реакции уже просто подкрепляются, со временем превращаясь в автоматизмы. Важно: во многих ситуациях детства неадаптивные для взрослого человека реакции были адаптивны (в основном из-за отсутствия какого-либо выбора).
«Я всё время выбираю не тех мужчин» – тоже хороший пример научения в ответ на прошлый опыт.
«Каждый раз, когда приезжаю к родителям в гости, и мама говорит мне (что-то типичное), я испытываю сильную обиду». Кстати, обида – это тоже паттерн (в данном случае скорее эмоциональный, но там будет ещё и много сопутствующих ощущений в теле). Почему паттерн? Потому что у этой обиды точно есть функция, например, защитная (а в каких-то ситуациях функция обиды в том, чтобы обратить на себя внимание и т. д.). Всё зависит от контекста – и обиду точно также можно рассмотреть как (внутренний) процесс. («Не могу ничего сказать, потому что бесполезно. Просто обижаюсь и каждый раз после встречи ещё несколько дней плохо себя чувствую»).
Всё это примеры паттернов (дезадаптивных, так как они снижают качество жизни, отражаются на здоровье) – вынесенных из ситуаций прошлого. Даже если человек плохо помнит своё детство, что часто бывает при кПТСР – весь этот опыт всё равно продолжает регулярно на него влиять. Иными словами, проблема как раз и заключается в том, что этот опыт у нас не в прошлом – он у нас в настоящем.
И что же со всем этим делает психолог?
Поскольку человек в своём прошлом чему-то научился, воспроизводит эти паттерны из раза в раз – и они негативно влияют на его теперешнюю жизнь – логично, что эту цепочку надо каким-то образом разомкнуть. Но чтобы это сделать, психологу для начала необходимо определить, где и когда эти паттерны сформировались. Что это были за ситуации и как человек в своём прошлом с ними справился. А также, какие события подкрепляли эти реакции в его последующей жизни.
То есть, по сути, психолог ищет корневую систему этих неэффективных ныне реакций. Он находит ситуации, которые не были адаптивно переработаны клиентом в его прошлом опыте – и перерабатывает их, соответственно. А параллельно «цепляет» и паттерны реагирования (мыслительные, эмоциональные, телесные и поведенческие). И когда у клиента снижается чувствительность к определённым триггерам, он оказывается способен выбирать (а также формировать – если базово отсутствуют альтернативные поведенческие навыки) другое, более адаптивное поведение в ответ на какие-то типичные ситуации. Что и ведёт к повышению качества его жизни.
На сегодня я завершаю. Далее по курсу вас ждут ответы на следующие вопросы (собирала их на основе вопросов клиентов и вопросов, заданных в комментариях):
«Хочу переработать прошлый опыт. Чувствую, что всё время туда возвращаюсь, и это мне мешает. Но боюсь во время работы «провалиться в травму» и что меня «затопит» болезненными эмоциями». (На эту тему выйдут разные статьи про травмы с маленькой буквы «т» и отдельно про кПТСР).
«Почему же всё-таки именно детский опыт влияет на всю последующую жизнь? Ведь бывает же, что травматический эпизод у человека произошел во взрослом возрасте – зачем тогда «идти» в детство?».
Также разберём в деталях на популярной ситуации «страх перед начальником/авторитетной фигурой» – каким же образом непереработанные воспоминания влияют на текущую жизнь человека.
И много другое.
Вы можете также писать свои вопросы в комментариях. Я группирую их и со временем отвечаю на них в статьях.
Надеюсь, сегодня было полезно! Ставьте лайки и подписывайтесь на канал!