К полуночи захмелевшая компания, наконец, угомонилась. Устав от возлияний и пьяной трескотни, женщина и двое мужчин захрапели, устроившись вповалку на диване.
В наступившей тишине послышались шорохи, и из-за шкафа вылезла маленькая худенькая девочка. На цыпочках, стараясь ненароком не разбудить пьяную маму и ее гостей, она подошла к столу, на котором громоздились пустые бутылки, валялись огрызки и хлебные корки.
Девочка хотела найти на грязных тарелках хоть какую-то еду, но ничего съестного обнаружить не удалось. Тяжело вздохнув и крепко прижав к себе старенького мишку, малышка забралась под стол, стоящий у окна. Там она прислонилась спиной к теплому радиатору, закрыла глаза и попыталась заснуть.
Однако мысли о еде мешали задремать, очень уж хотелось съесть молочной каши или куриного супчика. Она помнила, как их в детском саду кормили такой вкуснятиной.
Но на улице – ночь, все спят, к бабушке Маше, соседке, идти нельзя. Если мама проснется, тогда не поздоровится не только девочке, но и баб Маше. Мама всегда ругалась, когда узнавала, что дочка украдкой ходила к соседке, которая жалела девочку и угощала вкусным «детсадовским» супом. Увидев вернувшуюся чистую и накормленную дочку, мама выбегала на лестничную площадку, стучала ногой в соседскую дверь и истерично орала: «Я тебе дверь подожгу, старая перечница! Узнаешь, как чужого ребенка переманивать, ведьма!»
А когда дядя Боря, мамин друг, молча погрозил кулаком перед лицом испуганной соседки, та уже не решалась водить девочку к себе, только при встрече гладила по голове, крестила и совала в кармашек печенье и конфетки.
***
– Ох, как кушать хочется, – чуть слышно вздохнула девочка и, обращаясь к мишке, прошептала, – вот если бы мой папка нашелся… Он бы этому злому дядьке руку бы сломал.
Она почему-то мечтала, чтобы неизвестный отец ломанием руки наказал этого противного дядю Борю за то, что тот громко ругается на добрую баб Машу и смотрит на нее, девочку, масляными глазами. Трогает ее за плечики, гладит по спине, приговаривая: «Мала еще, вот подрастешь маленько…»
При этом дядька закатывал глаза и даже пускал слюну. Девочка точно не знала, что будет, когда она подрастет, но чувствовала: произойдет что-то нехорошее.
***
Лунный свет, струившийся в незанавешенное окно, тускло освещал обшарпанную комнату, захламленный стол, спавших вповалку людей. Немного согревшись, девочка все-таки, как мышка, вылезла из-под стола, выбрала из объедков самый большой кусок хлеба и начала жевать. После хлеба стало еще хуже – теперь захотелось пить, сухой хлеб с трудом глотался. Но на кухню идти, чтобы попить воды, опасно - можно разбудить маму. Тогда она рассердится и начнет кричать: «Ленка, зараза, всю жизнь мне поломала». И говорить обидные слова, что, если бы не было этой непослушной девки, ух, как она бы зажила. Теперь вот приходится с этой маленькой паскудкой валандаться: то макароны варить, то куртку и ботинки выпрашивать у соседей. А если вконец разозлится, может и за волосы оттаскать.
Но ведь Ленка всегда слушалась маму, старалась лишний раз не попадаться ни ей, ни дяде Боре на глаза. Даже нашла себе укромный уголок за шкафом.
Нет, вообще-то мамка добрая, когда не пьет. Девочка даже вспомнила, как когда-то они ходили гулять в парк, и мама купила ей мороженое. Еще разрешила покататься на карусели, на лошадке. Но сейчас мама пьяная, поэтому Ленка даже не пыталась раздобыть воды. Стараясь не шуметь, девочка рассматривала бутылки. Вдруг там что-нибудь осталось, и можно будет запить этот сухой кусок.
В одной бутылке, действительно, бултыхалась жидкость, и Ленка хлебнула из нее. Горький напиток обжег горло, но малышка знала этот вкус. Мама иногда предлагала ей глотнуть из бутылки и говорила, что это пиво, которое очень полезно даже детям. Ничего, что горькое, главное, удалось проглотить прилипший к нёбу кусочек. Она допила всю жидкость и почувствовала, что голова как-то странно закружилась.
Между тем взрослые продолжали храпеть, и девочка стояла в раздумье: залезть под стол, прилечь там на куртку и дождаться маминого пробуждения, или потихоньку выйти на лестничную площадку и подождать баб Машу, которая рано утром выходила из подъезда кормить живущих в подвале кошек. Тогда, если взрослые все еще будут спать, Ленке повезет – соседка позовет ее к себе. Уж там они с бабушкой Машей будут пить сладкий чай с печеньем и говорить о папке. Баб Маша рассказывала, что папка Ленкин хороший, но он уехал работать куда-то далеко и «застрял» там. А мамка с этим противным дядей Борей связалась, и вот теперь надо что-то делать с ней, с Ленкой.
Девочка по-взрослому вздохнула и приняла решение: идти на улицу и ждать там соседку. . .
. . . ДОЧИТАТЬ>>