Марина поправила воротник пальто и поежилась от холодного сквозняка, гуляющего по лестничной площадке пятого этажа. Весна в этом году выдалась на редкость противной – то снег, то дождь, то промозглый ветер, от которого, казалось, не спасали даже стены старой панельной девятиэтажки.
"И зачем только вышла?" – подумала она, но тут же одернула себя. Как это зачем? Аркадий Павлович пропал. Просто взял и исчез, будто растворился в воздухе.
– Я вам точно говорю, – громким шепотом вещала Антонина Сергеевна из квартиры напротив, – дверь была приоткрыта уже в восемь утра. Я на работу выходила, думала – может, газету забирает. А потом в два часа вернулась – все так же!
Марина невольно посмотрела на злополучную дверь. Обычная, обитая коричневым дерматином, с номером 53 и старомодным глазком. Только вот щель эта... Сантиметра три, не больше, но в образе жизни Аркадия Павловича это было совершенно немыслимо.
– Военная косточка, – покачал головой Петр Ильич с первого этажа, будто прочитав ее мысли. – Я за ним пять лет наблюдаю, как по часам можно время сверять. В семь тридцать – за хлебом, в двенадцать – в парк на прогулку...
– И собаку выгуливать три раза в день, – подхватила Людмила с третьего, прижимая к груди пакет с молоком. – А Джек со вчерашнего вечера не лаял. Я еще удивилась – обычно в это время они гуляют.
Марина машинально отметила, как быстро собрались соседи. Впрочем, что удивительного? Аркадий Павлович был... нет, она не могла думать о нем в прошедшем времени. Аркадий Павлович есть человек-камертон их дома. Всегда подтянутый, несмотря на свои семьдесят два, всегда вежливый, готовый помочь. После смерти жены пять лет назад он не замкнулся, как многие, а, наоборот, стал душой их небольшого сообщества.
– Может, в больницу попал? – предположила Марина, но тут же осеклась под скептическими взглядами.
– Телефон на тумбочке лежит, – возразила Антонина Сергеевна. – Я заглядывала. И документы все на месте, в серванте.
– Вы что, в квартиру входили? – встрепенулся участковый Сергей Николаевич, появившийся несколько минут назад.
– А как же! – всплеснула руками женщина. – Конечно, входили! Втроем – я, Петр Ильич и Людмила Васильевна. Мало ли что случилось? Вдруг инсульт или сердце? В его-то годы...
Участковый нахмурился, достал блокнот:
– Так-так. Значит, нарушили возможное место преступления...
– Какое преступление?! – возмутился Петр Ильич. – Вы что такое говорите? Аркадий Павлович – боевой офицер, мастер спорта по самбо. Кто б на него руку поднял?
Марина почувствовала, как по спине пробежал холодок, и дело было не в сквозняке. В словах участкового была своя логика. Квартира не разгромлена, ценности на месте, но человек исчез. И эта приоткрытая дверь...
– А собака? – вдруг спросила она. – Где Джек?
Все замолчали. Действительно, куда делся черный немецкий дог, неизменный спутник Аркадия Павловича?
– Так, – решительно сказал участковый. – Прошу всех разойтись. Будем оформлять – пропажа человека. И вызывать следственную группу.
– Может, еще подождать? – неуверенно предложила Людмила. – Вдруг объявится?
– Сутки прошли, – покачал головой Сергей Николаевич. – Это уже серьезно.
Марина последней уходила с площадки, и что-то заставило ее обернуться. Может, показалось, но в щели приоткрытой двери как будто мелькнула тень. Она моргнула – нет, просто игра света из окна на лестнице.
Уже дома, заваривая чай, она не могла отделаться от навязчивого ощущения, что за этим исчезновением кроется что-то большее, чем просто несчастный случай. Слишком уж не вязалась приоткрытая дверь с педантичным характером Аркадия Павловича. И где его верный Джек? Почему не лает, не воет, не ищет хозяина?
Телефон зазвонил так неожиданно, что Марина вздрогнула и пролила чай. На экране высветился незнакомый номер.
– Алло?
– Марина Сергеевна? – голос был мужской, незнакомый. – Извините за поздний звонок. Я из военной прокуратуры. Нам стало известно об исчезновении подполковника Воронцова. Скажите, вы не замечали в последнее время ничего необычного в его поведении?
Марина положила телефон и несколько минут сидела, глядя в одну точку. Звонок из военной прокуратуры не давал покоя – почему они заинтересовались обычным пенсионером? Что такого было в прошлом Аркадия Павловича?
На следующее утро дом гудел как встревоженный улей. У почтовых ящиков столкнулись Мария Ивановна с первого этажа и Антон из тридцать второй.
– Опять! – всплеснула руками пенсионерка, заглядывая в пустой ящик. – Второй раз за неделю пропадают письма!
Антон, молодой человек в потертых джинсах и футболке с принтом "Python developer", нервно дернул плечом:
– У меня тоже. Важное письмо должно было прийти...
Марина заметила, как он быстро глянул в сторону подвала. Что-то в его взгляде показалось странным.
– А вчера ночью опять в щитовой шумели, – подала голос Ольга Николаевна, спускавшаяся по лестнице. – Я уже и полицию вызывала, да только пока приехали – никого.
Начальница ТСЖ выглядела осунувшейся, под глазами залегли тени. Марина вспомнила, как на последнем собрании Аркадий Павлович настойчиво просил показать финансовые отчеты. Ольга Николаевна тогда странно занервничала...
– Вот! – раздался вдруг торжествующий возглас. Павел Егорович, обычно не участвовавший в общих разговорах, поднял что-то с пола. – Полюбуйтесь!
На его морщинистой ладони поблескивала изящная серебряная серьга с голубым камнем.
– Не ваша? – он повернулся к Марии Ивановне, но та отшатнулась, будто от змеи.
– Что вы! У меня таких отродясь не было!
Марина заметила, как пенсионерка прижимает к груди какой-то конверт, явно пытаясь спрятать его от чужих глаз.
– А вы что скажете, Ольга Николаевна? – прищурился Павел Егорович. – Может, ваша?
– Не смешите! – огрызнулась начальница ТСЖ. – Я такую бижутерию не ношу.
– А, по-моему, очень даже похожа на те, что у вас были на новогоднем собрании, – вдруг подал голос Антон.
Ольга Николаевна побледнела:
– Ты что, следишь за мной?
– А может, это вы следите? – неожиданно взвилась Мария Ивановна. – Я вас видела позавчера, вы под моими окнами ходили!
– Я? Да как вы смеете! Я проверяла состояние фундамента!
– В одиннадцать вечера?
Марина почувствовала, как накаляется атмосфера. Каждый словно пытался перевести внимание на другого, отвести подозрения от себя.
– А вы, молодой человек, – Павел Егорович вдруг повернулся к Антону, – что в подвале забыли вчера ночью?
Программист вспыхнул:
– Следите за мной?
– Окна у меня как раз на подвал выходят. Думаете, не вижу, как вы там свет жжете по ночам?
– Это мое дело!
– Общедомовое имущество – не ваше дело! – отрезала Ольга Николаевна.
– А может, это вы, Павел Егорович, – дрожащим голосом начала Мария Ивановна, – может, это вы письма воруете? Боитесь, что правда о даче всплывет?
Старик побагровел:
– Ты что мелешь, старая карга?! А сама-то...
– Тихо! – Марина не выдержала. – Послушайте себя! Мы же соседи, сколько лет жили мирно!
– Вот именно, – процедила Ольга Николаевна. – Жили. Пока не начали пропадать люди.
В наступившей тишине было слышно, как капает вода из неисправного крана в подвале. Каждый смотрел на других с плохо скрываемым подозрением.
– А знаете, – медленно произнесла Марина, – мне вчера звонили из военной прокуратуры. Интересовались Аркадием Павловичем.
Все застыли. В глазах соседей мелькнул один и тот же вопрос: что еще им предстоит узнать о человеке, которого, казалось, знали так хорошо?
Звук открывающейся двери заставил всех вздрогнуть. На пороге стоял участковый Сергей Николаевич, и выражение его лица не предвещало ничего хорошего.
– У меня новости, – сказал он. – И вам они не понравятся.
Продолжение👇
Оставляйте свои комментарии и ставьте свои реакции, дорогие подписчики!🙏💖 Не забывайте подписываться!✍