О выборе профессии, мастерстве и счастливом детстве в Магадане рассказал в интервью колымский художник Александр Пилипенко. Он создаёт живописные полотна в стиле романтического сюрреализма, главной темой выбирая отношения между людьми. Работы знаменитого колымчанина хранятся в Магаданском областном краеведческом музее, областной библиотеке, частных собраниях в России и за рубежом.
Не пропусти свежие новости. Нажми, чтобы подписаться
Александр Васильевич — коренной магаданец, детство известного художника проходило на Марчекане. И об этом периоде он говорит с невероятной теплотой, как о самом счастливом времени, когда рядом были родители, дедушки, бабушки.
«Это радость в семье для ребёнка, когда столько людей, которые тебя любят, и я действительно вырос вот в этом состоянии. Самое раннее, что я помню, это катание на санках, природу. Дедушка работал на МРМЗ, он ремонтировал подводные лодки и брал меня с собой. Ну и представьте себе это: пацан, который может гулять по подводной лодке. Дикий восторг. И вообще, к подводникам отношение у меня особенное. Во-первых, папа служил подводником, во-вторых, в детстве у меня был очень острый коклюш, и врачи не давали гарантии, что, вообще-то, я выкарабкаюсь. Тогда один из капитанов дедушке с папой посоветовал отнести меня на подводную лодку и положить в барокамеру, потому что где-то они слышали, что это помогает. Папа ночью меня выкрал из больницы, отнесли на лодку, сделали там какое-то атмосферное давление, и из меня вылетело всё, что могло. После он также тихонечко отнёс меня в больницу, а наутро врачи сказали: „Свершилось чудо. Мальчик будет жить“», — рассказывает Александр.
Кроме этих событий из детства, в памяти художника всплывает любовь к рисованию и чтению с малых лет. Как отмечает Александр Васильевич, всегда манил домашний книжный шкаф. Изучая книги, собранные в нём, мальчик знакомился с творчеством Шекспира, Пушкина, Барто. Сюжеты произведений настолько захватывали маленького Сашу, что стремился оживить персонажей, и стал создавать иллюстрации.
«Родители взяли и отослали эти рисунки в журнал „Весёлые картинки“. Они попали на международную выставку в Индии, и мне присылали шикарную грамоту, на которой были все весёлые человечки из этого журнала, и, дабы поделиться своей радостью, и отнёс эту большую грамоту в детский садик, взял ножницы и каждому из детей вырезал по человечку на память», — с улыбкой рассказывает художник.
Юный творец становился старше, но своим увлечениям не изменял. В школе оброс единомышленниками, с которыми разделял любовь к книгам. Школьные годы вспоминает как насыщенное, интересное время, когда успешно удавалось совмещать и увлечения, и получение знаний. Параллельно с общеобразовательной школой посещал художественную.
«Учеником я был усердным, занятия не пропускал. Мне это нравилось, и был азарт. Мне хватало времени на всё, и в детской художественной школе мне повезло с преподавателями. Самое главное — это вот тот восторг от рисования, и в тот же момент хочется сделать ещё лучше.
Я учился у Валерия Станиславовича Циртес, а он холерик. Это громко, сочно и с огромным азартом было всё.
В институте я, по сути, не получил профессионального художественного образования, потому что это художественно-графический факультет — это педагогическое образование. Но опять повезло с преподавателями, огромная им благодарность за поддержку этого азарта», — рассказывает Александр Пилипенко.
Рано повстречал свою любовь и создал семью. Отмечает: «Я выбрал самую красивую девушку и начал ухаживать. Каких-то очень красивых жестов, белых коней и карет не было. Но вспоминаю, как на свадьбу я договорился с восточными ребятами на рынке, купил у них корзину белых гвоздик, и девчонки сплели шикарный венок вместо фаты. Это было очень красиво», — вспоминает художник.
Затем в семье Пилипенко родился сын. Несмотря на все заботы молодых родителей, которые совмещали и новые обязанности, и учёбу в университете, нашлось время, чтобы навсегда запечатлеть этот новый этап в жизни семьи: Александр трепетно хранит сделанные в то время несколько рисунков новорожденного сына. С ним же связывает одну из своих самых долгих работ.
«Дольше всего я работал над портретом сына. Начал его писать, когда он пошёл в 1 класс, и как-то так затянулось, что я 5 лет писал — откладывал, возвращался. Жена сказала, что я могу продавать всё, но эта картина должна остаться дома», — рассказывает Александр.
Рассказывая о своём творческом пути, художник отмечает, что считает себя счастливым человеком, ведь он всю жизнь занимается любимым делом. Но, конечно, как и у всякого творца иногда появлялись сомнения — правильный ли путь выбран.
«Когда надо было установить дома новый унитаз, я подумал: „Ну что же я в техникум не пошёл, была бы профессия нормальная“. Да, такие вещи бывают на бытовом уровне, они происходят, но так, чтобы изменить в себе, разочароваться, такого не было. Нет, мой выбор совпадает с характером, темпераментом, необходимостью общения. Оно у меня очень ограничено, маленькое, меня это вполне устраивает. Мне комфортно жить. Хотя я понимаю, что люди, которые путешествуют, получают эмоции. Я думаю, неужели мне хватает просто вот с кем-то поговорить и на этом что-то придумать, хватает книг? Я пробовал, но я перестал ездить в отпуск, потому что я понял, что через три дня я начинаю болеть, мне хочется в мастерскую.
Мне нравится магаданский климат, мне здесь дышится хорошо, в мастерской особенно. А когда меня силком вывозят, якобы отдохнуть, а там лето и 30 градусов, я думаю: „Дайте мне магаданской прохлады и свежести“», — рассказывает Александр Пилипенко.
Рассуждая о том, кто такой истинный художник, Александр Васильевич сразу вспоминает об Андрее Рублёве.
«Икон огромное количество написано, а „Троица“ Рублёва одна. Почему? А человек туда вложил то, что у него внутри было. Вот это умение вкладывать в картину, в музыкальное сочинение, в литературу, в любую работу и позволяет человеку подниматься из „маленькой буковки“, его профессия переходит в заглавную букву. Художник — это человек, который умеет себя выразить через свой труд», — отмечает живописец.
Но не только профессиональной деятельности Александр отдаётся с душой, ещё одна страсть колымчанина — кулинария.
«Очень нравится готовить. Всё, что угодно. Первые блюда — это, конечно, у меня конёк. С мясом я могу тоже творить чудеса. Мне это нравится, начиная от готовки, кончая подачей. Я повар на каждый день, и моё фирменное блюдо — это свежеприготовленное блюдо. Я очень доволен тем, что научил готовить внучку. Очень этим горжусь. Когда она шинкует овощи с барабанной дробью, у меня умиление: вот что-то хорошее всё-таки передал», — рассказывает Александр.
Практически каждый день художник проводит в своей мастерской, и всё самое интересное, отмечает, происходит именно там. Рождаются сюжеты, проживаются эмоции, создаются произведения. И ремесло художника будет востребовано всегда, считает Пилипенко, невзирая на развитие современных технологий.
«Нейросеть — великолепная вещь, и она очень нужна. Она поможет огромному количеству людей. Сидит человек, трудится над какими-то там проблемами увеличения поголовья скота, например, и нужна обложка. Нейросеть с этим справится гораздо быстрее и лучше. Но она не заменит настоящего художника-ремесленника. Вспомните в „Москва слезам не верит“ был текст, что театр скоро умрёт. Ага! Вот это примерно о том же, потому что театр — это живое. Искусственный интеллект — замечательный помощник, но всё равно авторство остаётся за человеком. Что в музыке, что в литературе, что в художественном ремесле», — отметил Александр Пилипенко.
Материал создан в партнёрстве с Организацией работников культуры региона.