(Учусь писать детектив-головоломку в японском стиле)
Головоломка сломала голову. Банально, но лучше не скажешь.
Восьмёрка. Остановка? Смотрим: есть! Улица 8 марта.
Следующая восьмёрка. Номер дома? Есть! Ого! Это не дом, а домина, закрученная в спираль. Гигантская улитка: многоподъездная, в двадцать четыре этажа.
Последняя восьмёрка. Номер квартиры? А 1000 тогда что? Окно, что ли? Нет. 1000 – номер квартиры. Тогда последняя восьмёрка – это подъезд. Наверное…
Дом номер восемь, номер подъезда восемь, номер квартиры – тысяча. Псих, восьмиугольная ты тварь! Не смог квартиру номер восемь снять?
Посмотрел на часы: три ночи. Звонить Ван-Вану? Будет орать. А девушки? Если они там? Каждая секунда ожидания для них – вечность.
Он набрал номер начальника и отодвинул телефон от уха.
***
– Товарищ полковник!
– Японский волк тебе товарищ! – сразу заорал Ван-Ван, но хрипло и шёпотом. – Ты на часы смотрел?!
– Знаю адрес, где девушки.
– Точно?
– Наверняка. Вроде бы нашёл ответ.
– До утра не мог подождать?
– Нет. Вдруг он их убьёт? Псих же.
– Международного скандала не будет? – Ван-Ван помолчал. – Ладно. Даю добро на задержание. Эх, япона мать, уволят меня без выходного пособия.
***
Многоквартирная улитка не спала. Или уже просыпалась. Вспыхивали окна. Мелькали силуэты людей.
Возле восьмого подъезда бесшумно припарковался чёрный микроавтобус. Из него мгновенно высыпались чёрные фигуры и просочились внутрь. Глеб – с ними.
На двери квартиры номер 1000 – лист:
Восьмой этаж.
Бесконечность в слове.
А дальше - путь в небо.
Кусок дерьма! Глеб нажал на звонок – тишина.
Толкнул дверь – открыто. Его отстранили. Он вошёл последним.
Две девушки, обвязанные металлической проволокой за талии, сидели на полу, привязанные к батарее отопления. Рты у них были заклеены серебристым скотчем. Рядом с ними возле открытого окна стояла азиатка: белое, как маска, лицо, чёрный парик, красное кимоно. На поясе – тоже проволока, ведущая к трубе.
Азиатка заговорила бархатным мужским голосом, обмахиваясь веером.
– Случившиеся дважды, может случиться в третий раз. Но вы, угадали, где приют стрекоз. Похвально. Вы не спешили. Это правильно: спешащий краб в свою нору не попадёт. Успели до рассвета. Это хороший знак.
Азиатка поклонилась.
В небо уйти на рассвете
Бесконечное благо.
Кто я для неба? Ничто.
Она дочитала стихотворение и сломала веер. Сложила ладони вместе, опять поклонилась и … выпрыгнула в окно.
Девушки вскрикнули и потеряли сознание.
Снизу раздались маты и крики ужаса.
Глеб подбежал к окну: пустая проволока раскачивалась, на тротуаре лежали две части тела.
– Восьмёрка, разрезанная пополам, – ничто, – вспомнив, прошептал Глеб.
Продолжение следует.
Рассказ можно прочитать бесплатно: https://www.litres.ru/book/raznoe-4340152/veer-otkroveniy-71466541/
в сборнике "Веер откровений".