Я путешествовал в одиночестве на рабочую конференцию и забронировал Comfort Inn рядом с конгресс-центром. Ничего особенного — просто чисто, недорого и близко.
В вестибюле пахло выдохшимся кофе и лимонным средством для пола. Парень на стойке едва поднял глаза, когда я регистрировался, просто скользнул ключ-картой по стойке и пробормотал: «Номер 309. Лифт слева».
Поездка на лифте прошла без происшествий. Никто не вошёл со мной. Когда двери распахнулись на третьем этаже, я сразу заметил, как там тихо. Слишком тихо. Ни далёких телевизоров, ни хлопков дверей, ни приглушённых разговоров — только длинный коридор с ковром в узор и тусклыми жёлтыми лампами, негромко жужжащими.
Мой номер был в самом конце — 309, за всеми остальными одинаковыми дверями.
Катя чемодан, я увидел нечто: у выхода на лестницу стоял мужчина. Лицом ко мне, неподвижно, просто смотрел.
Я замедлил шаг. Может, он кого-то ждёт или оказался заперт снаружи. Я продолжил идти, стараясь не разглядывать его. Когда подошёл ближе к своей двери, оглянулся: мужчина повернулся без звука и скользнул в лестничную дверь. Исчез.
Я отмахнулся. Наверное, пустяк: не хотел смущать меня или ему стало неловко.
Внутри номера всё казалось слишком неподвижным. В воздухе стоял слабый запах старого моющего порошка, будто ковры вымыли, но не проветрили. Кресло у стола оказалось повернутым к окну — не так его оставляют горничные. Деталь мелкая, но запомнилась.
Я включил телевизор для фона, оставил сумку на кровати и устроился. Вечер прошёл спокойно: заказал ужин, ел на кровати, щёлкая каналы. Порой слышал лёгкие шаги в коридоре — очень тихие, прекращавшиеся, стоило мне убавить звук и прислушаться.
Около 1:50 ночи зазвонил телефон. Резкий, старомодный звон рассёк тишину. Я вздрогнул, снял трубку:
— Алло.
В ответ — шорох, статический треск.
— Алло? — повторил я громче.
На том конце лишь тяжёлое дыхание. Потом щелчок — линия оборвалась.
Я уставился на телефон. Может, чья-то шутка или сбой старой системы.
Лёг, повернувшись лицом к двери. Минут через двадцать — стук: три медленных, вымеренных удара. Я сел, прислушался — ещё один. Подошёл к двери, заглянул в глазок — пусто. Ни шагов, ни звука лифта, ни хлопка лестничной двери. Я стоял дольше, чем следовало, затаив дыхание. Ничего.
Отступив, набрал ресепшен:
— Кто-то стучал и звонил в номер, — сказал я тихо.
— Номер комнаты?
— 309.
Пауза. — С внешних линий звонки в номера не проходят, — ответил служащий. — Оставайтесь в комнате, сейчас поднимется охрана.
Минут через пять слышу звон лифта, тяжёлые шаги. Стук:
— Охрана отеля, сэр.
В глазке — мужчина средних лет в чёрном поло с логотипом, рация на поясе. Я приоткрыл дверь на цепочке. Он предложил осмотреть этаж. Я согласился.
Охранник медленно прошёл коридор, проверил двери, заглянул в лестницу, даже emergency-выход в конце. Вернулся, покачал головой:
— Никого. Похоже, кто-то балуется. Бывает ночью. Держите задвижку закрытой.
— Держу, — ответил я.
Двери лифта захлопнулись, я снова всё запер и сел на кровать. Телевизор без звука — хотел слышать любое шевеление.
Около трёх услышал, как повернулась дверная ручка. Сначала медленно, потом решительнее, будто проверяли, не открыто ли. Я подошёл к глазку — он был закрыт чем-то с другой стороны. Сердце ушло в пятки. Я подпер ручку стулом и набрал ресепшен:
— Кто-то у двери, пытается войти.
— Оставайтесь внутри, охрана уже поднимается.
Не прошло и двух минут: шаги, стук.
— Охрана отеля, сэр.
Крышка глазка открыта, тот же сотрудник. Я открыл дверь на цепочке.
— Когда я вышел, никого, — сказал он. — В коридоре пусто.
Я потребовал камеры. Он связался с ресепшеном, вернулся:
— Камеры на этом этаже не работают, проводка барахлит. Починят завтра.
Я молча заперся, укрепил стул и сел, не сводя глаз с двери. Час тянулся бесконечно. К четырём понял, что сна не будет.
Решил спуститься в лобби, переждать до рассвета. Взял ключ, отпер дверь, вышел. Коридор — совершенная тишина. Я направился к лифтам.
Дойдя до середины, оглянулся в противоположный конец.
Он стоял там.
С головы до ног в чёрном.
Совершенно неподвижный.
Глядел прямо на меня.
Я застыл.
Он сделал шаг.
Ещё один.
Затем бросился в полный спринт прямо ко мне.
И я побежал.