с благодарностью к Зорикто
ПЬЕТА
Я держу его на руках, неподвижного и тяжелого.
Мой сын.
Когда-то я носила его внутри себя, теперь держу на коленях – полный круг жизни. Его кожа ещё теплая, но остывает под моими пальцами. Я не плачу. Слезы остались где-то позади, в другой жизни, когда ещё было о чем просить.
Люди вокруг шепчутся. Их голоса – далекий шум моря, не имеющий значения. Существуем только мы вдвоем в этом застывшем мгновении, между уже случившимся и тем, что будет после.
Я смотрю на его лицо, на морщинку между бровей, которая не разгладилась даже сейчас. Его руки, некогда сильные, безвольно свисают. В холодеющих кончиках пальцев – вся моя боль.
Но внутри меня теплится что-то большее, чем скорбь. Вера, неистребимая, как сама жизнь. Я знаю то, чего не знают они. Я верю. И это странное милосердие – держать его в последний раз, зная, что это не конец.
