Плиты с братских могил нашли на свалке в Волгограде. Это уже не первый случай утилизации исторического объекта в регионе. Оказывается, такая практика почти не контролируется в России. Почему так происходит, и как с этим бороться — обсудили с председателем волгоградского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Валерием Котельниковым и историком архитектуры Николаем Васильевым.
Что случилось?
В Волгограде на свалке нашли мемориальные плиты с именами воевавших в Сталинградской битве солдат. Позже выяснилось, что плиты были частью братской могилы в посёлке Октябрьский в 150 км от обнаруженного места.
Как они там оказались?
Плиты демонтировали около двух лет назад во время реконструкции мемориала. Реставрацию проводило ООО "Ренессанс" с бюджетом в 3,3 млн рублей. Утилизацию плит прописали в проекте — на неё выделялось 50 тысяч рублей.
Валерий Котельников отметил, что плиты в сам Волгоград вывозить бы просто так не стали — вероятно, рабочие забрали их для личного пользования, а после за ненадобностью избавились.
А что, так было можно?
Памятники действительно списывают, если они заменяемы и не представляют большой ценности. В России нет прописанных норм их утилизации. Так что решение остаётся за подрядчиком-реставратором, аккредитованным Минкультом, и его совестью. Получается, памятник действительно может вполне законно оказаться на помойке.
И как это происходит?
Во-первых, Минкульт может лишить любые памятники статуса охраняемого объекта. В нашем случае — ради их замены на новые.
Во-вторых, после принятия в 2002-м закона об объектах культурного наследия появилось понятие, которого не было в СССР — "предмет охраны". По нему в документе об охраняемом объекте прописываются все детали этого объекта, подлежащие обязательному сохранению, будь то двери или пол. А поскольку памятники Российской империи или СССР автоматически становились памятниками РФ — за опись большей их части не взялись до сих пор.
По словам Николая Васильева, часто выходит так, что за заполнение "пробелов" берутся только на этапе реконструкции. Здесь у недобросовестных подрядчиков возникает большой соблазн не вписать в список защиты то, что они особо не хотят реставрировать, — например, деревянные окна. Так на их месте и появляются белые пластиковые.
Ещё один пример
В 2000-х с Мамаева кургана демонтировали девятиметровые бетонные пилоны с гравировкой лиц советских военных. В 2023-м конструкции случайно обнаружили на пустыре в Волгограде. Директор комплекса тогда ответил, что пилоны не являлись объектами культурного наследия, были лишь декоративными элементами и представляли угрозу конструкциям зала воинской славы.
Валерий Котельников рассказал, что обращался по этому вопросу в прокуратуру, но та только подтвердила отсутствие нарушений. По сей день расколотые пополам пилоны лежат там же, а внутри них спят бездомные.
Как на это повлиять?
Как рядовой гражданин вы можете обращаться в прокуратуру с просьбой проверить исполнение реставрационных работ, но в любом случае почти всё упрётся в закон. Так что, как считает Васильев, предметы охраны стоит прописывать заранее. И даже после самой реставрации.
Описывать важно даже освещение. Так, на московской станции метро "Октябрьская", которую архитектор Поляков задумывал как памятник революции, в 2010-м были заменены оригинальные светильники, сам свет сменился с тёплого на холодный:
"Это кажется мелочью, но она совершенно меняет восприятие. Не говоря уже о праве автора, пусть и почившего, на своё видение".
Альтернативные методы
Раз по закону утилизация возможна, все недовольства её способами пока остаются вопросами этики. Валерий Котельников приводит в пример волгоградские поселения, где местные администрации хранят таблички у себя на складах.
Николай Васильев заключает, что наиболее корректной утилизацией любого памятника будет его вторичное использование в самом же архитектурном ансамбле, из которого он был взят:
"Единого правильного ответа тут нет. Но выкинуть памятник на помойку или унести себе на дачу, это, наверное, худшее, что может с ним стать".