Если вам кажется, что ревность – это специя, которая лишь подчёркивает вкус отношений, послушайте, как Алексей однажды проснулся от двухсот непрочитанных сообщений, где слово «люблю» стояло рука об руку со смайликом ножа. И это была всего четвёртая неделя их «необязательных» встреч. Дальше – хуже.
Алексей – тридцатипятилетний инженер-конструктор, циник, выросший среди заводских цехов, где сварка пахнет острее, чем любые духи. Привык просчитывать нагрузки в металле, а не в отношениях. Марина – двадцатидевятилетняя «менеджер проектов в креативной индустрии» (по факту – делает красивые презентации чужих идей). Любит маникюр цвета «бургундское без правил», загружать сторис каждые тридцать минут и мечтать о свадьбе, где шарики и живая скрипка.
Познакомились банально: бар на Лиговском, чужая вечеринка, общий друг орал сквозь музыку:
— Лёха, познакомься, это Марина, она огонь!
Алексей тогда кивнул, поставил кружку пива между ними и решил, что «тема на одну ночь». Спойлер: он ошибся во всём.
С чего все началось
Первый звоночек прозвенел утром после той «темы». Марина прислала селфи в его футболке и подписала: «Смотри, как хорошо села твоя жизнь на меня». Он улыбнулся — и пролистал дальше. Через неделю Марина уже ставила на Алексея пароль в своём айфоне. «Чтобы не забыть дату нашей первой встречи», — хихикала она. Алексей смеялся — до поры.
— Мы вообще-то даже не… — начал он.
— Ш-ш-ш, — прижала палец к его губам. — Не спугни счастье.
На второй неделе, когда он пытался улизнуть на хоккей, она спросила:
— А я?
— Это пацанская тема. Шайба, пиво, селёдка.
— Я люблю пиво! — гордо заявила она и села в его такси.
На трибуне она орала громче комментатора, фоткала каждую минуту, выкладывала и отмечала его. В перерыве шепнула:
— Пусть все видят, какой ты мой.
У Алексея внутри зашипела маленькая бешеная кошка: «Сбавь обороты, мужик, пока не поздно».
Развитие — ловушка захлопывается
К середине месяца телефон Алексея превратился в карманный детектор лжи.
— Доброе утро, солнце! — визжал голосовой в 6:01.
— Марин, шесть утра… я в ночь работал, дай поспать.
— Знаю. Просто хотела первая увидеть твою сонную рожу в сторис.
Утром — милая, вечером — прокурор. Он задержался на планёрке, вышел в коридор: 12 пропущенных.
— Что случилось?
— Случилось, что я волновалась! Отправь мне фото, где ты.
— Серьёзно?
— Абсолютно. В нашем городе полно доступных девушек.
Щёлк — кадр с усталыми коллегами. Сердечко в ответ. Кошка зашипела: «Беги».
Дома Марина бесцеремонно переставляла мебель:
— Диван должен стоять у окна, так положительная энергия течёт.
— Я этот диван тащил с пятого этажа.
— Зато теперь будем пить кофе при свете восхода!
Через день он обнаружил в ванной розовый коврик, чужую щётку, кучу баночек.
— Это что?
— Наш общий быт, милый.
Визит к «будущей свекрови»
Жёстче всего хрустнуло, когда Марина позвала его к маме.
— Просто посидим, ни к чему тебя не обязываю.
За столом мама и тётка рассматривали его, как банк — кредитора без справки о доходах.
— Алексей, а что насчёт серьёзных планов?
— Мост сдаём… серьёзно, — пробормотал он.
— Не о работе, о семье, — тётка ухмыльнулась.
Марина сияла. Спина Алексея прилипла к стулу.
По дороге домой она взорвалась:
— Ты меня опозорил!
— Чем?
— Своим «рано»! Тебе почти сорок!
— Тридцать пять.
— Неважно! Подросток!
Финансовая петля
Наутро Марина явилась с папкой:
— План совместного бюджета. Я всё посчитала: зарплаты, аренда, еда, свадьба, ипотека, отпуск.
— Мы даже не живём вместе.
— Ещё не живём. Вопрос логистики!
— А ипотека на кого вешается?
— На нас. Но банк любит стабильных инженеров, так что…
Кошка в груди рванула: «СЕЙЧАС!»
Побег через командировку
Фирма переводила проект в Нижний Новгород. Алексей подпрыгнул:
— Берёте меня? Хоть завтра.
Вечером сообщил:
— Командировка минимум на полгода.
— Ура! Я найду работу там, оформим брак по месту жительства!
— Марин, объект закрытый, допуск ФСБ.
— Есть знакомый, пробью.
Ночью он заказал грузчиков, утром подписал договор на съёмную квартиру в Нижнем.
Разговор на пороге
Марина пришла без звонка — с розами и чек-листом «30 дел до свадьбы». Увидела коробки.
— Ты куда?
— Переезжаю.
— Надолго?
— Навсегда, Марин.
— Без меня?
Кивок. Тишина густая, как заливное.
— Почему?
— Мы не пара. Ты хочешь полного слияния, а мне нужно дышать.
Марина дрогнула:
— Думаешь, сбежишь? Интернет маленький!
— Ошибаешься. Интернет бесконечный. А номер я сменю.
Розы шлёпнулись на пол. Запах разбитых стеблей набил коридор.
Эпилог — цена воздуха
Через две недели он сидел в нижегородской «однушке», пил чёрный чай. В почте — письмо:
«Я поняла. Прости. Будь счастлив. P.S. Если вдруг ошибся, номер тот же».
Он закрыл письмо. Всплыло уведомление: «Новый запрос в друзья — Марина».
Усмехнулся, нажал «Удалить». На подоконнике лежал договор аренды — символ новой свободы. За окном кружил редкий апрельский снег, свободный, как ему хотелось быть всё это время. Он открыл окно, вдохнул холод и впервые за долгое время не ждал вибрации телефона с вопросом: «Ты где?»