Клим спокойно вылез из машины и достал ещё коробку.
– Мужики, тут фасовка другая. Можете это вашим домой отвезти, только распишитесь, что мы вам это отдали. Они все подотчетные, – заинтересованные мужики разобрали яркие пакетики. Клим им мурлыкал. – Эти таблетки большие их можно разрезать на шесть частей.
Подъехала белая машина, и из неё выпорхнула знакомая девица, она осмотрела нас:
– О! Привет! Старые знакомые! Я Лана! Вы на этой тачке собирались соревноваться?
Я ей улыбнулась и одобрительно осмотрела её экипировку, потом дала возможность рассмотреть мои кольца и следы пары укусов-засосов на шее, она немедленно продемонстрировала свой засос в том же месте, что и у меня, и качнула золотыми серьгами, усыпанными мелкими бриллиантами. Мужики не понимали, что мы сообщили друг другу в каком мы социальном ранге, и похвались своими самцами. Признав друг друга равными, мы с жалостью посмотрели на Тоньку. Конечно, она не выдержала.
– Вы что это вытворяете?
Мужики, ничего не понимая, воззрились на нас с девицей, мы понимающе улыбнулись и безмолвно пообещали поддержку друг другу.
Вообще-то я раньше в этом не разбиралась, но одна моя знакомая – очень известный зоопсихолог раскрыла мне глаза на то, как себя ведут женщины, не осознавая, на уровне инстинктов, и поводила по разным приёмам и клубам, чтобы научить меня, как правильно себя вести. Я поэтому, когда разводилась, довела мужа до точки кипения, собственно, и тех, кто меня предавал. Я прилюдно унизила своим надменным и снисходительным поведением их, показав им каков их ранг. Когда меня вышибли с работы, все были уверены, что я ушла сама, потому что нашла более крутую работу, а похудела, потому что у меня где-то крутой мужик, ведь никто не знал, что мне было нечего есть.
Клим немедленно обнял меня за талию. Теперь я должна была пройти по тонкому лезвию и разговаривать, как женщины из... Из почти высшего света.
Да-да, по выражению Надюшки Назаровой, той самой зоопсихологини, я должна показать, что я самка самого высокого ранга, и местные мужики должны смиренно вожделеть обо мне и трепетать.
Для этого я немедленно задрала бровки, чуть качнулась, чтобы все увидели, как самец самого высокого ранга поддержал меня, подхватив под локоть. Посмотрев на Тоньку, как на заговорившую курицу, чуть улыбнулась и кротко возразила:
– Не волнуйтесь, Антонина Фаддеевна! Мы не собираемся соревноваться, – и чтобы эти самцы трепетали от власти моего самца, я робко промурлыкала. Ведь он же мог в любой момент порвать меня, он же крутой! О-го-го! – Я правильно сказала, Клим?
Молодец, он все понял. Мимоходом, Клим чуть тронул мое бедро, но, чтобы парни видели это, сообщив, что еще не наигрался со мной, и вежливо, но снисходительно пояснил:
– Не волнуйтесь! Новая технология получения нашего препарата, а там разные экстракты и мёд, позволяют их использовать детям и молодежи. Вам тоже можно их использовать.
Он с сочувствием посмотрел на Вадика, типа понимаю мужик, трудно отвязаться от такой прилипалы. На лицо Вадика упала тень всеобщего сочувствия. Вадик скорбно вздохнул и оглянулся на парней, чтобы они поняли, что он с Тонькой держится из последних сил. Я протянула прибывшей девушке замечательную коробку с конфетами и шепнула:
– Вы с вашим бойфрендом примите, пожалуйста! Ведь вирус косит всех, и ему не важно, что вы красивы и у вас планы, – я повернулась к Тоньке. – Антонина Фаддеевна, возьмите и Вы!
Вот так! Парень захрустел конфеткой, а девица, рассосав её, удивилась:
– Я таких не видела в продаже!
– Что вы! В аптеки они не скоро поступят. Это же абсолютный новый препарат! Можно сказать, прорыв в отечественной фармакологии. Представляете, иммунитет на всю жизнь к любым вирусам. Аналогов в мире нет, а самое главное, что при активации природных веществ использовали наночастицы золота определенной формы.
Это уже было запредельно, потому что девица взвизгнула:
– Это удачно, что здесь на всех вирус напал!
Я напомнила:
– Анна Фадеевна! Что же Вы? Так переживали, по городу бегали…
Та фыркнула:
– Я не экспериментальная крыса, чтобы вы испытывали на мне своё варево.
Замечательная терминология для женщины, торгующей в магазине. Нет! Я не считаю их кем-то ниже меня. Ничего подобного! Но просто есть набор слов общеупотребимых, а вот словосочетание «экспериментальная крыса и испытывали» – это что-то чужеродное для её круга. Если бы она не использовала всю эту триаду, то я бы ещё сомневалась в своем поведении.
По лицу Клима мелькнула коварная усмешка и он повернулся к парню:
– А ставки принимаете?
Теперь всем было плевать на Тоньку, как и Вадику, ведь тут такое. Все с уважением посмотрели на Клима, а я, перебрав кучу вариантов, чуть выдохнула:
– Ну, ты же говорил, что будешь играть только на ипподроме!
– Кей. Детка! Ты знаешь сколько здесь лошадей в каждом моторе. Так что, я не нарушаю своё обещание, – он снисходительно потрепал меня по затылку и пояснил мужикам. – Продул я ей в шахматы и пообещал, что не сяду за карточный стол.
Все с интересом уставились на меня, я потупилась.
– Я же помогла тебе и в экспериментах… – и отошла подальше к девице и доверительно шепнула ей. – Я Кей! Он такой азартный… Во всём!
– Класс! – ей надо тоже было надо похвалиться. – Славик, тоже. Знаешь какой он изобретательный. Он меня как-то на руки поставил… Понимаешь когда?
– Да ты что?!
Тонька только усмехнулась. Я была в недоумении, ну хоть какие-то гормоны у этой Тоньки должны быть! Тот, кто её делал, все равно брал за основу её тело и её сознание, она же не те упыри в деревне, а более продвинутая модель. Между тем я уже использовала почти весь арсенал рычагов воздействия.
Ну что же, раз зависть работает слабо, а взаимоотношения между мужчиной и женщиной ей, видимо, не интересны, там скорее всего какая-то программа поведения жестко зарегулированная. Иначе, чем она Вадика держит? Что же происходит в муравейнике этих упырей?
Бог мой! Как я забыла? Надюшка-зоопсихолог мне же рассказывала, как у мартышек бьются за ранговость в стае. Вплоть до убийств. А если…
Но как это сделать? Что может заставить эту упырицу додуматься до повышения ранга и захотеть этого повышения? Да что это я?! Она уже давно хочет поднять уровень, ведь как она меня ненавидит! А если ей подкинуть мысль, что сам повелитель колонии, может стать её самцом, ну не самцом, а другом. Что там Вадька с его деньгами! Ей нужна власть.
Мельком взглянула на Клима, они что-то обсуждали с ещё двумя мужиками, подъехавшими на иномарках. Значит надо мне раздвоиться, улыбаться этой Лане, слушая её болтовню, как они были на выставке самоцветов Уральских мастеров и про обнаруженные изумруды. Чувствую, что почти весь мой жирок, в области животика стал на глаза исчезать. Что там тренировки и бег, когда мозг так работает! Стоп! Кто-то же из больницы доносил, и он должен быть очень высокого ранга.
О! Придумала, я заставлю её всё рассказать.
Вижу бешенство в глазах Клима. Да что не так? Провела рукой по лбу. Провалиться! Я вся в поту. Конечно! Шел же гидролиз жиров. Ныряю в машину допиваю чай в термосе. О! Целая палетка воды на заднем сидении. Выпиваю полбутылки. Фу! Хорошо пошло! Вылезла и лепечу:
– Лана, ты невероятна! Я и не представляла, сколько ты знаешь о драгоценных камнях.
Она снисходительно мне улыбается, ведь я на глазах всех признала, что её ранг выше, а уж как она смотрит на Тоньку. Мне ту даже жалко. Сколько ненависти в глазах у Тоньки! Это и понятно. Там в муравейнике-человейнике ранговость превыше всего.
Смотрю на мужиков. Отлично! Азарт, всех разгорячил. Все обсуждали соревнующихся, которых было четверо. Я из всех сил демонстрировала свою женскую тупость и хрупкость. Мужики от этого спорили ещё жарче. Наконец, машины взревели.
Спустя двадцать минут деньги Клима перекачивали в карман какого-то толстяка. Народ отправляет куда-то это праздновать. Я демонстрирую всяко-разно свой страх и робость перед проигравшим самцом. Если Клим всё понял, он должен разораться на меня.
Вот так! Я получаю свирепый шлепок по заднице, и Клим прорычал:
– Это ты виновата!
– Но почему?
На заправке осталось две машины, одна их них явно Вадика, ловлю сочувствующий взгляд Вадика. Надо же, а мужик-то не плохой! Опять свирепый шлепок, я от неожиданности взвизгиваю!
– За что, Климушка?
– Ты куда это смотришь? Полагаешь, что у меня нет денег?
Ой! Да он ревнует. Приятно! Бог мой, как приятно! Погладь меня, пожалей! Он, покраснев, пробормотал:
– Обещала же, меня остановить! – и погладил мою попку.
– Дорогой, поехали в гостиницу, попьем чайка! Я тебе массажик сделаю. А деньги фuгня. У меня премия, не тронутая, лежит. Ну, неужели ты думаешь, что твой папа рассердится? Мой повелитель, мы ему ничего не скажем. Он не узнает про игру, – и чтобы Вадька видел, я поцеловала руку Клима. – Дорогой мой, найдем рецензента, и он тебе отзыв напишет. Смотри, как здорово получается! Силантьевич подпишет статистический анализ, ну и посоветует какого-нибудь врача ещё. Защита твоей диссертации пройдёт на ура!
Лицо Тоньки стало бледным, она всё время вертела в руках телефон, видимо, обдумывая, что с нами делать. Ничего, я знаю, как тебя заставить! Я немедленно спросила у неё:
– Антонина Фаддевна, а не посоветуете уважаемого врача с заслугами, чтобы он мог написать рецензию на работу? Мы можем оплатить рецензию! Вы же знаете здесь всех. Нам надо скоро уезжать. Здесь всё уже налажено.
Попалась! У Тоньки глаза стали по полтиннику.
– Думаю, я смогу вам помочь! – она заговорила строго и по-деловому. – Здесь есть очень уважаемый врач. Он работал в центральной больнице, бывший главврач Антон Федорович Мешана.
– Далеко ли он живет? Простите, а может мы сегодня к нему заглянем? Антонина Фаддевна, удобно ли это?
Она великодушно отмахнулась.
– Конечно! Он по-стариковски долго не ложиться спать. Мы с Вадиком у него мёд покупаем.
Хм… Интересное у неё лицо, лисье. Не умеет контролировать эмоции, надо запомнить.
– Как замечательно! Подождите! Я предупрежу нашего коллегу, что приедем в Гостиницу поздно, чтобы он не искал нас. – беру телефон и торопливо выбираю номер. – Саша! Добрый вечер! Мы нашли рецензента. Мы сегодня с тобой не встретимся. Не волнуйся, мы потом обсчитаем результаты. Ладно?
Голос Саши встревоженный, понимаю, что его может слушать эта Тонька, включаю громкую связь.
– Как это? Сама знаешь, время в обрез. Мы свою часть выполнили. Зачем куда-то ехать?
Клим подшел ко мне и вступил в разговор:
– Саша, не ругай её. Это я уговорил её прокатиться. Но мы все равно набираем нужное количество людей! Несмотря ни на что.
– А где вы?
– Мы автозаправке, а потом поедем…
Саша прерывает его, он гений, потому что нашел нужный вариант поведения и прощупывает Клима, чтобы не попасть впросак.
– А что это ты такой понурый? Клим, неужели? Слушай, ты?
– Саша, ну я сделал это единственный раз! Я же не в карты играл!
– И сколько ты продул?
– Не продул… Слушай, просто у парня что-то с мотором не заладилось.
– Скажи Кей, что я разочарован. Я требую ваши результаты!
– Саша, мы привезем. У нас много.
– Где вас найти?
– Не надо, это далеко. Антонина Фаддевна! Ну скажите, что это далеко!
Та скривила губы, обдумывая, как не ответить, а простодушный Вадик, пожалев Клима, пришел к тому на помощь.
– Это действительно далеко, если Вы у Лёки, то это за Парковой. Они к Машане едут, к старому главврачу. Это такие концы!
– Клим, мы же каждый вечер должны отсылать отчет! – сердится Саша. – У нас же договор!
– Кафе, – прошептал Вадик Климу.
Клим торопливо проговорил:
– Саша, там кафе и наверняка есть Интернет. Мы или по дороге за рецензией, или на обратном пути всё тебе отправим. Мы успеем!
– Там тоже играют? – подозрительно спросил Саша.
– Ну что ты право? – вмешалась я в разговор. – Ты только не говори папе, что Клим играл. Он же будет спрашивать, когда попозже позвонит. Саша, это – просто случайность. Это я виновата! Мы справимся.
– Даже не знаю. Ну как же так, что он опять сорвался?
– Мы справимся. Не волнуйся! Сашенька! Пожалуйста!
Длинные гудки, посмотрела на Вадика, а у него в глазах такая печаль и… Страх?! Не может быть! Он боится. Нас? Эту упырицу? Боже! Я не поняла оказывается! Он боится за нас. Почему? Кто же он? Один из них или подчиненный ими?
– Замечательно, помощники нашлись, – я намекаю Тоньке, что её славу и значит ранг могут украсть.
Тонька странно улыбнулась мне.
– Вадик! Тебе же за сестрой ухаживать!
– Да неужели?! – прорычал Вадик.
Голос Тоньки стал более жестким.
– Ей же станет хуже без тебя! Ты езжай домой! Я на своей машине провожу врачей.
Клим, скользя рукой, поправил мои волосы, и вижу в кольце отражение лица Вадика. М-да… Видимо придется ему туго, потому что на лице Вадик стыд и облегчение и... Ярость? Что же происходит?
Его буквально за горло держат. Вот как! Значит его прижали сестрой… А не в заложниках ли она у них? Можно сразу узнать. Опять звоню и вижу, как Тонька сделала стойку. Просто лиса над норкой мышки, да и только. Боится!
Правильно, меня надо бояться. Ничего слякоть Нергала[1], ты не знаешь с кем связалась! Стоп! Откуда это имя? Ах! Поняла. Это Иштар! Спасибо богиня за страсть и ярость! Однако у меня и самой этого добра хватает! Надо же, что Иштар мне напомнила. Бог мора и истребления. Дивная женщина! Ой! У меня грудь стала более тугой! Вон как Клим посмотрел на меня. Спасибо, Богиня
Неожиданно тявкнул парень-заправщик:
– А бензин-то нужен?
Ах, Клим! Мечта любой женщины, не вышел из образа. Он хмуро процедил:
– Кей, заплати!
Я сунула ему кошелек в руки, хлопнула себя по лбу и позвонила. Саша, видимо, держал в руках телефон.
– Кей? Что ещё.
– Саша, прости! Мне же в гостиницу, наверное, будет звонить племяшка. Она же маленькая и болеет. Я ни разу так надолго не оставляла её.
– Где она у тебя лежит?
– В травматологии, в первой городской. У неё…
Он перебил меня:
– Почему ты все время с ней возишься?
– А кто еще? Брат развелся с Анькой и уехал на заработки, а эта мерзавка считает, что в больнице всё обязаны давать и ищет себе нового мужа. Она ей не нужна. Брат далеко, он не может приехать к дочке! Племяшка и не знает, что я в командировке! Придумай что-нибудь.
– Ладно, понял. Я приятелю позвоню. Какая палата?
– Седьмая. Это третий этаж. К ней можно пройти, не по основной лестница, а по боковой. Принесите ей апельсиновый сок, помидорку и, если можно, красную рыбку! Знаешь, ту нерку! Ей это разрешили. Хлеб у них там есть и масло, а вот изысков нет. Можно томатный сок.
– Все?
Саша всё понял, что оранжевые по нарастающей это –тревога, а семерка – это большая опасность. Я поэтому сообщаю, что мы очень близко к упырице;
– Слушай, пусть захватит твой приятель ей мороженое. Может ей позволят. Поставь рядом с ней, пусть она ест по ложечке!
– Посмотрим.
Я увидела, как скрываясь от нас, и не замечая, что отражается в витрине с выпечкой, Тонька внимательно слушает разговор.
Клим раздраженно дернул меня.
– Вот если бы ты думала обо мне, а не о чужих тебе людях, то не забыла бы меня остановить.
– Но Клим! – вздохнула я.
– Ну что Клим? Всегда так!
Тонька отправилась к своей машине. Я почему-то думала, что она у неё будет красной, но она у неё серебристая. Вспомнила недавно сгоревшую серебристую машину… М-да… Это тоже информация…
Мы заправились под завязку. Тонька помахала нам, и мы помчались за её серебристой ладой в ночь.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав:
[1] Нергал – бог мора, истребления и смерти аккадской мифологии