Оно переехало к нам с помойки.
– Такое же, как было в моём детстве, даже погрызено собакой в тех же местах, – муж радостно плюхнулся в кресло, выпуская наружу пыль из подушек.
И хоть я стояла далеко, в носу засвербило, руки зачесались, а из груди вырвался кашель похожий на вопль.
– Оно же старое и грязное! – брезгливо осмотрела розовый вельветовый чехол
и облезлые ножки, не представляя, как вписать это всё в интерьер.
– Исправим, – заверил муж и тут же принялся распарывать обивку и крошить сухой поролон на пол. Пришлось выселять эту парочку на балкон.
Через неделю, кресло вернулось в комнату с блестящими ножками и чистой белой обивкой. Но каждый раз садясь в него, я продолжала чихать и чесаться, не в силах избавиться от чувства, что за шиворот заползают клопы.
