Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
На завалинке

Главный по финансам. Рассказ

В нашей семье давно шли негласные дебаты о том, кто здесь настоящий добытчик. Я приносил зарплату из офиса, жена подрабатывала фрилансом, а наш сын-подросток гордо вручал нам тысячу рублей — свою первую стипендию. Но всё изменилось в прошлом месяце. — Опять счета за ветклинику?! — жена в отчаянии размахивала бумажкой. — Триста тысяч! — Это не просто счета, — важно заметил я, — это инвестиции. Наш рыжий «финансовый директор» тем временем нежилась на подоконнике, вылизывая лапу. Кошка Маркиза — обычная дворняга, подобранная когда-то у мусорных баков — неожиданно оказалась породистой «британкой» редкого окраса. — Ты представляешь, — шептала жена, показывая объявление в интернете, — за одного её котёнка предлагают пятьдесят тысяч! Первое «совещание акционеров» прошло бурно: — Мы же не будем её разводить как на фабрике! — возмутилась жена.
— Но это же целое состояние! — вставил я.
— Можно на новый велосипед? — спросил сын. Маркиза тем временем демонстративно перевернула свою пустую миску. —

В нашей семье давно шли негласные дебаты о том, кто здесь настоящий добытчик. Я приносил зарплату из офиса, жена подрабатывала фрилансом, а наш сын-подросток гордо вручал нам тысячу рублей — свою первую стипендию. Но всё изменилось в прошлом месяце.

— Опять счета за ветклинику?! — жена в отчаянии размахивала бумажкой. — Триста тысяч!

— Это не просто счета, — важно заметил я, — это инвестиции.

Наш рыжий «финансовый директор» тем временем нежилась на подоконнике, вылизывая лапу. Кошка Маркиза — обычная дворняга, подобранная когда-то у мусорных баков — неожиданно оказалась породистой «британкой» редкого окраса.

— Ты представляешь, — шептала жена, показывая объявление в интернете, — за одного её котёнка предлагают пятьдесят тысяч!

Первое «совещание акционеров» прошло бурно:

— Мы же не будем её разводить как на фабрике! — возмутилась жена.
— Но это же целое состояние! — вставил я.
— Можно на новый велосипед? — спросил сын.

Маркиза тем временем демонстративно перевернула свою пустую миску.

— Всё, голосуем, — вздохнул я. — Кто за то, чтобы... эээ... временно воспользоваться ситуацией?

Лапа кошки легла мне на колено. Голосование было окончено.

Через месяц наша квартира напоминала элитный питомник:

— Не трогай этого котёнка! — кричала жена, отбирая у меня серый комочек. — Его уже забронировали за семьдесят!
— Пап, а почему тётка из Москвы плачет в трубку? — спрашивал сын.
— Потому что мы продали «её» котёнка новосибирскому олигарху.

Маркиза восседала на специально купленном диванчике, наблюдая за суетой. Её новый рацион теперь включал лосося и сливки, а ветеринар приходил на дом как к члену королевской семьи.

Вчера вечером мы сидели за ужином:

— Итак, — поднял я бокал, — за нашего главного кормильца!

— Мяу, — сказала Маркиза, ставя лапу на мой ноутбук.

— Она требует отчёт за расходы, — перевёл сын.

Жена вздохнула и достала папку:

— Ветврач — 30 000
— Корм премиум — 15 000
— Новый диван (после когтей) — 20 000

— Итого чистый доход — 85 000, — закончила она.

Наступила тишина.

— Всё-таки она главная, — признал я.

Маркиза одобрительно мурлыкнула и спрыгнула мне на колени, оставив на брюках шерсть. Видимо, это был её способ поставить печать на нашем финансовом отчёте.

P.S. Сейчас мы выбираем ей партнёра для следующего «проекта». Кандидатов трое: чемпион выставок, потомок шоу-кота и просто очень пушистый красавец из соседнего подъезда. Маркиза благосклонно принимает их фото, как истинная королева, выбирающая фаворита.