– Да мелочи, встретили в кафе мою знакомую, а она подумала что Ася моя дочь – сказала, много общего. – Демид слегка ухмыльнулся, но мне снова послышалось сомнение в его голосе.
– Ерунда, конечно. – Я подняла ведро и повернулась к Асе. – Всё, я работать, жди меня тут.
Вернувшись через полтора часа, дочь я естественно на месте не обнаружила.
Но на этот раз у меня уже не случилось паники – только раздражение и злость на то, что она совершенно отбилась от рук и не хочет меня слушать.
– Можно? – Я постучала в дверь кабинета Щербина, и конечно же не ошиблась.
Стоя у окна, Демид посмотрел на меня и улыбнулся.
– Да, но у нас важное совещание.
Сидя за столом на большом кожанном кресле, Ася, придерживая на переносице очки в тонкой золотой оправе, с сосредоточенным видом обклеивает наклейками глобус.
Темный ободок вокруг губ и гора фантиков, предательски говорят о том, что все это время она лопала шоколадные конфеты.
– Ася, нам пора домой.
Дочь недовольно посмотрела на меня, но все же покорно сняла очки и сползла с кресла.
– Пока! – Сказала она Демиду. – Я к тебе еще приду.
Щербин вышел за нами в коридор, прощаясь с девочкой.
– Обязательно приходи. Я учту твое замечание по конфетам – исправлюсь, куплю какие-нибудь повкуснее.
– Демид Викторович, нужно подписать документы. – Разговор Демида и Аси прервала Лена, которая удивленно посмотрела на меня и мою дочь, но при этом сделала вид, что мы незнакомы.
– Да Елена, проходите в кабинет, я сейчас подойду.
Мы с Асей вышли на улицу и направились к автобусной остановке.
– Демид хороший такой, почему ты не хочешь с ним дружить? – Неожиданно спросила дочь.
На этот вопрос я решила не отвечать.
Объяснять четырехлетней дочери сложности взрослой жизни и то, что ее мама когда-то совершила такой постыдный поступок… Ну уж нет, по крайней мере не сейчас.
– Ой, Наташенька! А это твоя дочь? – Лена появилась словно из ниоткуда. После нашей последней встречи возле кабинета Щербина, ее ласковый тон показался мне очень странным.
– Да, моя.
– Надо же, я даже не знала. Ты вообще тогда так внезапно пропала, мы с девочками переживали, вдруг у тебя что-то случилось.
Пропала я тогда действительно внезапно.
Потеряв работу, я стала меньше появляться в институте, и с Леной мы пересеклись всего несколько раз.
Она как-то приглашала меня на очередную тусовку, но сполна хлебнув последствий после похода в ночной клуб, от других предложений я отказывалась.
Подруги не настаивали – у них была слаженная компания, в которую я откровенно не вписывалась.
Номер телефона у меня тоже изменился, ну и будем откровенными – девочки переживали не так уж и сильно, потому что все они знали где я живу, но почти за пять лет никто ни разу не появился.
– Слушай, а тебя босс вчера почему вызывал? Недоволен, что ты ребенка на работу таскаешь? – Лена с каким-то странным напором заглянула мне в лицо, и стало очевидно, что все это время ее мучал этот вопрос.
– А босс это кто? – Я не слукавила. Ни разу с того момента как я столкнулась с Демидом, я не задавалась вопросом, какую функцию он выполняет в компании.
– В смысле? Демид… Ой, Демид Викторович, ты же от него вчера выходила. Он вообще-то президент.
Я пожала плечами, делая вид что слова девушки меня никак не впечатлили.
– Нет, у него ко мне претензий нет. Ася просто забежала в кабинет, и мне нужно было ее забрать.
– Слушай. – Лена схватила меня за рукав. – Давай может как-нибудь выпьем вместе кофе? Так хочется поболтать, вспомнить студенческие годы.
– Да, может быть. Но не сейчас.
Лена снова стала замедлять ход, копаясь в своей сумочке.
– Вот чёрт, я забыла в машине телефон, придется вернуться. В общем, давай будем на связи, обязательно нужно куда-то сходить.
Махнув пепельно-белой шевелюрой Лена развернулась, и пошла на стоянку.
Мы же с Аськой вошли в здание, чтобы побыстрее приступить к работе.
– Эй, ты у нас уборщица? – Уже на подходе к подсобке меня окликнул мужской голос.
– В пятницу у нас корпоратив, поэтому в субботу придется выйти с утра и всё убрать. В бухгалтерии я скажу, пару часов тебе поставят дополнительно.
Лицо мужчины показалось мне очень знакомым, но я не смогла вспомнить, где я его видела раньше.