-Айла...- леди Вероника приобняла её за плечи, — Всё хорошо.
Не спросила, а твёрдо обозначила. Всё хорошо. Ничего не случилось. Ничего страшного. Айла с усилием заставила себя отвернуться от пляшущего в камине пламени.
-Лорд Гроссу, могу я вас попросить?- Айла протянула вперёд руку, показывая ему чуть опухшую кисть.
-Что с тобой? — лорд Георг тут же подобрался. Он осторожно взял её ладонь в свою и осмотрел. - Похоже на вывих. Ты падала или ударялась? Айла, как получилось, что ты вывихнула большой палец?!
Айла молча повела головой в ничего не означающем жесте, не желая вдаваться в подробности, чтобы не врать. Георг предложил ей присесть, снова ощупал кисть и ловкими движениями вправил выбитые кости. Айла только и успела, что вскрикнуть.
-Уже всё. Но опухоль так быстро не спадёт. Тут никакая магия не поможет. Запястья, ладони и пальцы очень чувствительны. И важны для мага. Айла... — он беспокойно взглянул на неё. Впервые за всё время она ему вдруг не понравилась. Сейчас он отчётливо увидел в ней опасность для своей семьи. Слишком... хрупкая, ломкая, невыносливая. Если с ней что-то случится, что-то непоправимое, его семья развалится. Его сын зависит от этой девушки, его жена слишком любит сына. На мгновение он допустил ужасную мысль. Пусть бы её вообще не было в их жизнях. Тогда всё было бы много спокойнее. Устыдившись, он быстро отвёл от неё глаза.
Айла же вспоминала, как тогда, в доме леди Ковачи, при их первой встрече, Марк сломал руку Давиду. Это месть? Он сделал это специально, или просто хотел уберечь свои цветы?
-Попробуй создать пульсар или что-то вроде того, — со вздохом попросил лорд Гроссу.
Айла послушно прищёлкнула пальцами, и над ладонью воспарил маленький огонёк. Но всю её руку изнутри словно бы опалило огнём от локтя до запястья.
-Ааай. - Айла даже не смогла удержать слёзы, выступившие на глаза.
-Это он, да? Этот человек? Вы с принцем ходили к нему!! — рассержено спросила леди Вероника. - Я не желаю, чтобы он присутствовал в моём доме! Я уже говорила об этом!
-Здесь он в заключение. Это во-первых. А во-вторых, это должно остаться в строгом секрете. — пояснила Айла. - У принца нет иного выхода. Я уверена, он сам вам всё расскажет, как только вернётся.
И как раз в этот момент явился Уго, доложить о прибытии леди Ковачи.
-Это не просто секрет. Это государственная тайна, — на всякий случай пояснила Айла.
Леди Камелия вошла в гостиную быстрым шагом.
-Айла!— она бросилась к девушке. - Я была во дворце, но там мне сообщили, что принц ещё не возвращался! Айла, я должна с ним поговорить. Давид недальновиден и упрям! Но он незлой человек. Айла, его не за что задерживать! Он слишком честолюбив, чтобы участвовать в заговорах против короны!
-Успокойтесь, леди Камелия. Это недоразумение. - Айла усадила её на диванчик, и леди Вероника приказала принести ей чай, попутно успокаивая старую колдунью.
Когда чай был готов, вернулись и Марк с принцем. Айла же воспользовалась всеобщей суматохой и улизнула. Ей было физически нехорошо, и она хотела побыть в тишине. Острая боль схлынула, но в руке всё равно ещё ощущалось лёгкое жжение. Нужно привести себя в порядок. Пусть принц сам объясняет, что к чему. А ей сто́ит навестить их пленника, пока это не сделал Марк. Жаль, что язык не повернётся попросить у лорда Гроссу старшего помалкивать. Айла, иногда сто́ит побыть беспринципной. Костеря саму себя, она быстро сменила платье на домашний костюм и заплела волосы в косы. Кажется, это теперь единственная её причёска. Как это называется? Посттравматический синдром? Никаких больше чёртовых шпилек.
-Уго, — позвала вежливо, когда была готова. - Проводи меня к лорду Давиду.
Уго протянул ей руку, и скоро они оказались в небольшой гостевой комнате. Айла помнила её, эту комнату, в безликих бежевых тонах. С мягким ковром на полу, большой кроватью под балдахином. Тут она провела несколько страшных дней своей жизни. Давид стоял у окна и резко обернулся к ней.
-Что? Пришла полюбоваться на меня?!- сердито зашипел, потрясая руками. На левом запястье красовался антарный браслет.
-Вы не настолько отразимы. Я пришла спросить, что ещё связывало Вас с Владимиром?
-Что связывало? - Давид явно злился, утратив всякий контроль над собой и словами, он забегал по комнате. - Он был моим наставником! Я же мнил себя его другом. Он помог разобраться с лисоцветами. Только... Только сам выбрал другой путь!
-Зачем? — коротко спросила Айла. - Зачем тебе понадобились лисоцветы? Ты утратил магию? Так же как он? Ты знаешь, какой путь выбрал Владимир?
Давид остановился напротив и уставился на неё во все глаза.
-Я гений, — тихо произнёс он, словно доверял ей какую-то ужасную тайну. - Это не хвастовство. Это констатация факта. Знаешь ли, каково это — быть самым умным в классе, в семье, в школе?! Знаешь, как ужасно знать наперёд кто что скажет, кто что сделает? Я вставал с утра и по тому, какая погода за окном мог с точностью до минуты расписать весь свой день. Знал, в какой луже окажусь после стычки с золотыми мальчиками. Оооо, они ненавидели меня, мои одноклассники. Потому что никакие папочкины деньги не могли поднять их выше меня! Я знал всё, умел всё! Лучшие зелья, лучшие заклинания, лучшая защита. Я был всемогущ. Учителя, кстати, тоже меня ненавидели. Но им приходилось восторгаться. Только я мог в одиннадцать лет создать заклинание, за которое школа получила огромные гранты. В двенадцать изобрести способ лечения душевных больных. В пятнадцать стать сильнейшим волшебником страны! Как будто это заслуга школы! Воспитали гения! Тьфу. А мне приходилось выживать, Айла. Все вокруг ненавидели меня! Все, кроме него.
В двадцать пять со мной случилось несчастье. Магия оставила меня. Я чувствовал её внутри, но не мог пользоваться. Я едва не сошёл с ума! — он с яростью вцепился в браслет и попробовал стащить его с руки, но тот сидел слишком плотно. Давид зарычал, как раненый зверь. Его выдержка закончилась. - Когда он нашёл меня, то научил, рассказал, что нужно делать. Сказал, что и сам подвергся подобному. Он говорил, что мы можем, мы лучше других, мы даём этому миру больше, чем кто-либо, потому вправе взять больше. Но я не хотел никого убивать. Я помог уме создать амулет, который высасывает не только магию, но и ауру. А взамен он научил меня выращивать лисоцветы. Без них моя магия ведёт себя нестабильно. А вы ещё смеете... Как вы смеете... — он утратил связную речь и изо всех сил пытался снять с себя браслет, сломать металл или кость руки, всё равно как, но избавится от него. О, Айла отлично его понимала, но жалеть не собралась.
И только когда он окончательно слетел катушек, вгрызаясь зубами в собственную плоть, подошла ближе, строптивых животных она никогда не боялась. Удержала его в захвате и подтолкнула к ванной. Затолкала в душевую, и включила холодную воду.
Давид сжался в комок, приник к стене, стараясь уклониться от холодных струй.
-Тебе лучше успокоится. - Айла швырнула в него полотенцем. - Кем тебе приходится Илия? Наверняка ты знал его с рождения. Неужели тебе его не жаль? Хотя бы его?
-Жаль? Мне жаль их всех. — выдавил сквозь зубы. - Поэтому я выбрал иной путь. После Илии наши пути с Владимиром разошлись. Он уверял, что мальчишка не должен был погибнуть. - он взглянул на Айлу и выплюнул, — Его погубила твоя мать, безродная девка, не умеющая держать ноги вместе.
Голос его вновь стал злее.
-Владимир был единственным твоим другом? — спокойно спросила Айла. - Хочешь знать, как он умер?
-Его казнили. Писали в газетах, — отмахнулся Давид.
Айла внимательно посмотрела на мужчину. Он и правда как будто не в курсе. Ну и славно.
-Что ты сделал с моей рукой?
-Ааа — его лицо озарилось улыбкой. - Всего лишь запечатал каналы. Неприятно, правда? Зато теперь узнаешь, каково это на моём месте! — он снова предъявил ей антар. - Я уже был ограничен, а теперь вы снова делаете это со мной! Я и без этого неполноценен!
-Я носила такую штуку. Согласна. Неприятно. И не только это носила, кстати. Твой амулет тоже. Тот самый, который ты помог ему создать. Что до газет? Врут. То есть исполняют волю короля. Владимира должны были казнить. Только я убила его сама. Хочешь знать как? - Айла уже не могла остановиться. Она выплёвывала слова, наступая на этого жалкого человека, заставляя его потесниться. - Выпустила ему всю кровь до последней капли. И если ты вдруг думаешь, что твоё детство было невыносимым, то ты такой не один. Считал его другом? Я считала почти отцом. Он убил твоего какого-то там по счёту очередного родственника? Он убил моего отца и мать. Ты, конечно, прав. Марк сломал тебе руку, ты перебил мои меридианы. Но знаешь что? Я тоже умею мстить. Спроси у Владимира!
Она развернулась и тут же аппарировала. Этот человек всё-таки вывел её из себя. Но по крайней мере, она знает, что делать.
Оказавшись в школьной библиотеке, она призвала книги по медицине. Оставила только те, в которых говорилось о меридианах и повреждениях рук, и засела читать. Её лицо мрачнело с каждой минутой. В конце концов, она закрыла глаза руками и расплакалась.