— Кхе-кхе, не хочется вам мешать, но может вам дать ключи от моей машины? — многозначительно трясу связкой ключей в воздухе, пока остальные члены нашей компании хихикают, а Макс покашливает в кулак, скрывая смех.
Крис встаёт, увлекая за собой жену, и пожимает руки своим новым знакомым:
— Спасибо, конечно, но, думаю, твоя машина пригодится тебе самой! — подмигивает, а я краснею, как вишня на моём платье. — Парни, было приятно познакомиться, но нам нужно срочно воспользоваться тем, что дети сегодня у бабушки! — направляет показательно грозный взгляд на меня с Джилл и, угрожая указательным пальцем, произносит: — Вы обе! В наказание за содеянное с вас день, проведённый с нашими детьми! — и с дьявольской ухмылкой уходит со своей счастливой женой, пославшей нам напоследок воздушный поцелуй.
Виновато опускаю голову, потому что мне действительно стыдно. И хотя эта заварушка была не моей идеей, я была её непосредственным участником, и именно я всё испортила.
— Зря Брайан ушёл так рано. Столько интересного пропустил, — ухмыляясь, сокрушается Стивен, друг Макса, с которым он пришёл в «Komodo».
— Ты у нас айтишник, значит. А кто — Брайан? — непринуждённо спрашивает Джилл, вертя в руке бокал с вином, создавая внутри воронку из тёмно-бордового напитка.
— Он…
— Коллега с прошлого места работы, — перебивает его Макс.
— Тоже в полиции служит? — вклиниваюсь в разговор, потому что мне уже давно хочется хоть одним глазком заглянуть в замочную скважину жизни таинственного Макса Кроу. Даже странно видеть его в такой неформальной обстановке, в которой он не старший следователь Департамента полиции, а парень Макс, у которого оказывается есть друзья и жизнь помимо работы.
Он сидит напротив, вальяжно откинувшись на спинку диванчика, за которым, к слову, находится тот злополучный куст, где я была позорно рассекречена. Не разрывая зрительного контакта со мной, он отпивает из своего бокала и отвечает с нечитаемым выражением лица:
— Сейчас уже нет. Он сам по себе, — и закидывает в рот креветку в панировке, давая понять, что закончил. Да мне и не особо интересен этот Брайан, просто нужно было зацепиться за тему, которая дала бы мне выяснить как можно больше.
— А где ты работал до Департамента? — вино сегодня не пью, поэтому беру шпажку с сыром и стягиваю его губами, довольно замечая, что это движение производит на Макса желанный эффект. Честное слово, я не планировала включать режим соблазнительницы, он активируется автоматически, как только Макс оказывается в моём поле зрения. Наконец, вижу этот хитрый прищур, которым он меня так редко одаривает. Джилл в это время о чем-то перешёптывается со Стивом, не обращая внимания на нашу беседу.
— Перевёлся сюда несколько месяцев назад из Лос-Анджелеса, — делает ещё один глоток и добавляет: — Планирую туда вернуться когда-нибудь.
— Тогда зачем ты здесь, раз скучаешь по этому городу?
— Иногда обстоятельства не оставляют нам выбора, — всматриваюсь в его льдистые глаза, которые продолжают смотреть в мои, и вижу в них… сожаление?
Что бы ни значила его фраза, она меня задевает. Получается, в Майами его ничто и никто не держит? Ему тут плохо? Умом понимаю, что мы знакомы чуть больше двух недель, и я для него абсолютно чужой человек, а, возможно, даже мешающий фактор. Но отчего же мне так сильно хочется стать тем якорем, который бы удерживал его в этом городе? Откуда это рвение завоевать его симпатию? «Откуда-откуда, ты на него запала, дурочка» — подсказывает такой противненький внутренний голосок, который я спешу запить соком.
Оставляю их ненадолго, чтобы сходить к администратору ресторана и узнать, сколько я должна за испорченную посуду. Ещё не хватало, чтобы тот парнишка-официант лишился своих чаевых. На своё предложение по-тихому уладить недоразумение, девушка сначала подвисает, отражая на своём миловидном личике наивысшую степень мыслительной деятельности, а потом выдаёт:
— Так ваш парень уже обо всём позаботился, — и с кокетливой улыбкой кивает в сторону нашей компании.
Парень? Оглядываюсь и вижу, как Кроу с фирменной ухмылкой на лице победоносно салютует мне бокалом.
***
Кажется, за сегодняшний вечер я узнаю о Максе больше, чем за всё время, проведённое бок о бок в одном кабинете. Оказывается, со Стивом он дружит ещё с колледжа, и поэтому, когда в отдел информационной безопасности Департамента потребовался настоящий профи, Макс пригласил его сюда. Именно Стив стоит на страже нашей базы данных от хакерских атак. Я была удивлена, потому что все программисты, с которыми я когда-либо имела дело, были сутулыми очкариками с засаленными волосами, а Стив выглядел, как белый воротничок с Уолл-стрит. По его спортивному телосложению и ухоженному виду напрашивается вывод, что он проводит время не только перед экраном компьютера.
Мы бы и дальше мило беседовали, как давние знакомые, если бы не звонок нашей соседки снизу, сообщившей о том, что нашу квартиру взломали, и она уже вызвала полицию.
Как нескучно я всё-таки живу! Начали с игры в шпионов, а заканчиваем «игрой в шашки» на дороге, потому что приходится по-хамски подрезать остальных водителей. К слову, когда Макс узнал о взломе, он молча кинул деньги на столик и последовал за нами в мою машину, а Стивен, как истинный джентльмен, всю дорогу развлекал Джилл шутками и анекдотами, чтобы отвлечь её от мыслей о Бинго.
— Джилл, как ты думаешь, почему собак, которые ищут наркотики, нужно наряжать в костюмы единорогов?
На последнем слове мы с Максом обменялись понимающими улыбками, подумав об одном и том же, а судя по молчанию Джилл она приготовилась слушать ответ, на пару мгновений забыв о своих терзаниях.
— Потому что многие спалятся сами уже от одного их вида!
Как вы поняли, Стив мне понравился.
Что до меня, то мои спокойствие и собранность приводят в смятение даже Макса. Несмотря на сосредоточенность на дороге, я чувствовала на себе его изучающий взгляд, словно он только и ждал, когда же я покажу свой страх или нервозность. Конечно, я бываю дёрганой, особенно в его присутствии, но такие ситуации заставляют меня мыслить рационально. В моей квартире нет ничего ценного, кроме Бинго. Не понимаю, что могло понадобиться взломщикам? Да и район у нас довольно приличный.
До моей съёмной квартиры на Дэй-авеню минут двадцать езды, но мы добираемся за десять. Патрульная машина с включёнными проблесковыми маячками уже стоит у дома. Макс первым выскакивает из машины и направляется к офицерам, что-то записывающим в свои блокноты. Подхожу к ним как раз в тот момент, когда он показывает им свой значок.
— Майор Кроу, — кивает ему полицейский, прикладывая правую руку к козырьку своей фуражки.
— Это арендатор квартиры, Лилиан Батлер. — Макс берёт меня за руку, притягивая ближе. — Что произошло?
— Мисс Батлер, ваша соседка снизу утверждает, что к вам вломились в квартиру, так как она сначала услышала громкий лай, а потом увидела тень человека, спускающегося по пожарной лестнице. Мы всё проверили, дверь вашей квартиры заперта, следов взлома нет. Пройдёмте вместе. Осмотрите квартиру при нас, чтобы убедиться, что ничего не пропало.
Озадаченно переглядываемся с Джилл, стоящей рядом, и вместе поднимаемся на третий этаж нашей пятиэтажки. Открываю дверь своим ключом, действительно не замечая ничего подозрительного. Включаю свет, и к нам как по команде выбегает радостный Бинго, забавно подпрыгивая так, что его ушки то и дело подлетают в воздух. Обрадованная Джилл прижимает его к себе, а я делаю обход кухни-гостиной, заглядываю по очереди в наши спальни и ванную, бегло осматриваю ящики комода. Странно. Всё лежит на своих местах.
Расписываюсь в протоколе, чтобы отпустить полицейских, и выхожу на небольшой балкон, где уже стоит Макс, напряженно всматривающийся в темноту. Встаю рядом с ним, случайно касаясь его тёплой ладони, лежащей на поручне ограждения, чем привлекаю его внимание:
— Лили, у тебя есть тайные поклонники? — вскидывает одну бровь, ехидно улыбаясь.
— А что, если и так? — зеркалю его мимику.
Он перестаёт улыбаться, и разворачивается ко мне всем корпусом, облокачиваясь на перила.
— Ну конкретно сейчас не лучшее время для отношений. Они помешают твоей учёбе в университете, — делает акцент на слове «учёба», как будто уже уверен в моём положительном ответе.
— Давай хотя бы ты не будешь учить меня жизни, хорошо? — вскидываюсь.
— Не забывай, что ты мой стажёр, а я — твой наставник. Это моя прямая обязанность, — напоминает сквозь стиснутые зубы.
Злится? Это хорошо.
— Тогда ты тоже об этом не забывай, окей? — демонстративно отворачиваюсь от него.
— Эй, — бережно берёт меня за руку, чтобы развернуть к себе, — извини, не знаю, что на меня нашло, — нервно проводит рукой по своим волосам. — Просто слишком много всего навалилось за прошедшие дни. Мне пришлось переиграть планы, а я не особо люблю менять свой распорядок.
Не могу долго на него сердиться. Он такой милый, когда в нём просыпается искренность. Решаю сменить тему:
— На каком факультете я буду учиться? — Мне так нравится прослеживать смену его эмоций на лице. Секунду назад он был нервным и расстроенным, а сейчас уже улыбается.
— Думаю, тебе понравится, — загадочно ухмыляется. — Ты будешь зачислена сразу на третий курс факультета права. В понедельник заедь в департамент за документами. Нам нужно попасть в приёмную комиссию университета, чтобы отдать их для твоего перевода. Сейчас как раз заканчиваются вступительные экзамены, что нам очень на руку. Плавно вольёшься в студенческую жизнь вместе с остальными.
— Вот это да… — смотрю на небо, усеянное звёздами. — Ты будто изобрёл для меня машину времени!
— Лили, пообещай, что не будешь совершать никаких опрометчивых поступков! — его улыбка сменяется серьёзностью. — Мы пока не можем понять, откуда ветер дует. Были допрошены родственники и одногруппники убитых, преподаватели, охранники и все подозрительные лица, включая татуированных неформалов, которые хоть отдалённо напоминали бы сатанистов. Пока что никаких улик, и у всех, с кем контактировали жертвы, есть алиби. Если тебе удастся найти хотя бы малейшую зацепку, это будет большой удачей.
— Удастся, не сомневайся! — игриво толкаю его локтем в надежде, что мой настрой передастся и ему, но он несколько секунд буравит меня сосредоточенным взглядом и выдаёт:
— Ты знаешь почему хищники прижимаются к земле, когда следят за своей добычей?
— Чтобы их не заметили?
— Именно. Сейчас наш Демон затаился в ожидании следующего трофея, и как только его увидит, сделает прыжок.
Бой с тенью
Всё воскресенье штудирую материалы дела, которые мне с утра привёз Макс. Опустим подробности о том, в каком виде я его встретила, ведь было всего семь утра. Он вообще спит? Его оценивающе-ошарашенный взгляд, которым он прошёлся по моим пижамным шортам с изображением поз из Камасутры (подарок Джилл, кстати), был бесценным! Пожалуй, запишу его на подкорку своей памяти, чтобы вспоминать в грустные дни. Но зато это немного отвлекло его внимание от моей лохматой причёски. Теперь, когда он лицезрел меня в таком неприглядном виде, можно окончательно расслабиться и поставить точку в моём необъяснимом желании понравиться ему как женщина.
Перелистывая отчёты судмедэкспертов, протоколы опросов и фотографии с мест обнаружения трупов, я понимаю, что мы упускаем что-то очень важное. Всё, что объединяет девушек — это место учёбы, цвет волос, сатанинская метка и причина смерти. Общее переохлаждение организма. А вот это уже интересно! Где они могли замёрзнуть в Майами со среднегодовой температурой двадцать пять градусов? Разве что в холодильнике. Ужас. Наверняка жертвы умирали медленно, полностью осознавая, что их ждёт. Демону нравится чувство превосходства? Он не насильник, не извращенец, у него нет цели поглумиться над ними. Но он, судя по всему, умён, раз умудряется заметать за собой следы, а ещё силен. Иначе как он перетаскивает их в другие места? А вдруг у него есть сообщник? Голова идёт кругом от вопросов.
Решаю отвлечься и, сделав бутерброды, забираюсь с ногами на диван, чтобы удалить свою страничку в Facebook, ведь на какое-то время Лилиан Батлер существовать не будет. Как только заношу палец над кнопкой «Удалить профиль», Бинго начинает его лизать, что воспринимается мной как знак сделать то, до чего у меня никак не доходили руки. Ввожу в поиск «Максимилиан Кроу». Пусто. Макс Кроу: десятки человек. Пожилой мужчина из Массачусетса, ещё несколько парней из других городов. Моего Макса среди них нет. Конспиратор! Может быть, у него есть страничка под другим именем? Решаю пойти дальше и выбираю в браузере «поиск по картинке». Загружаю фото Макса, сделанное мной тайком во время нашей поездки в кампус. Тогда я прикинулась, что снимаю красивый вид за окном, а он и не понял. Поиск по фото тоже не приносит результата. Даже Бинго уже засветился у Джилл на страничке, а Макса нет нигде! Да кто вообще в наше время не сидит в соцсетях?
***
— Лилиан, привет! — Кейт окликает меня, как только я берусь за дверную ручку нашего кабинета.
Она быстрым шагом направляется ко мне с лучезарной (и, тем самым, настораживающей меня) улыбкой, цепляет под локоть, как свою давнюю подружку, уводя в сторону от кабинета Макса, и продолжает уже вкрадчивым тоном:
— Пойдём со мной! Нам нужно сделать несколько снимков для твоих новых документов.
— Прямо сейчас? — я и без того проснулась в дурном настроении, а она — последний человек, с которым я планировала начать своё утро.
— Ты куда-то торопишься? Мы быстро!
Покорно киваю в согласии, лишь бы побыстрее избавиться от её общества. Мы поднимаемся по лестнице на третий этаж и доходим до отдела дознания, где, как правило, снимают отпечатки пальцев и делают снимки преступников. Нас уже ждёт Марк, прихвостень Кейт, в режиме 24/7 бросающий на неё томные взгляды, которые, кажется, замечают все, кроме неё. Мы приветствуем друг друга, и он просит меня встать у белой панели для съёмки. Обычно на ней закрепляют специальную линейку-ростомер, на фоне которой фотографируют задержанных.
— Вы бы мне ещё табличку с номерком дали и попросили повернуться в профиль и анфас! — не могу не съязвить. Меня не покидает чувство, что Кейт специально надо мной издевается. — Неужели нельзя было сделать фото в специализированном салоне?
— Лилиан, у нас не так много времени на всё про всё. Какая разница? — Кейт небрежно пожимает плечами.
Покончив со съёмкой, возвращаюсь к кабинету и уже возле двери слышу, как Макс с кем-то разговаривает по телефону. Воровато осматриваюсь по сторонам, чтобы убедиться в том, что никто не видит, как я подслушиваю, и прислоняюсь ухом к двери.
— Давай ты не будешь устраивать истерик! — почему-то представляю, как он в это время стоит у окна, убрав одну руку в карман своих брюк, и хмуро смотрит вдаль. — Это временно, — пауза. — Я ничего тебе не обещал! — снова пауза, во время которой я явственно слышу женские вскрики из динамиков его сотового. И теперь уже хмурюсь я, потому что весь этот монолог напоминает ссору влюблённых. У него кто-то есть? Тогда это объясняет его холодность ко мне. А его последняя фраза подтверждает мои догадки: — И да, не забудь перевезти свои вещи.
— И чего мы тут уши греем? — отскакиваю от стены, как ошпаренная, услышав голос самого родного мне человека.
***
Бой с тенью
— Зачем же так пугать, папа! — кричу шёпотом, прижимая ладонь к груди, чтобы унять сердцебиение.
Отец стоит, сложив руки на поясе и всем видом показывая, как он мной недоволен.
— Дочь, ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны?
— Я… Пап, — бросаю на него беспомощный взгляд, нервно перебирая пальцами прядь волос, — ну… когда к замочной скважине не подходит ключик, приходится пользоваться отмычкой. Понимаешь, о чём я?
Отец недоумевающе сдвигает брови, а потом со вздохом берёт меня за плечи и, глядя прямо в глаза, чеканит:
— Лили, ты уже взрослая девочка, чтобы учить тебя жизни, но послушай совет: прежде чем брать в руки отмычку, убедись, что тебе вообще нужно то, что находится за закрытой дверью. Понимаешь, о чём я? — мы ещё несколько секунд смотрим друг другу в глаза, а потом он отпускает меня и уходит дальше по коридору.
Продолжение следует...