В тихом загородном доме, окружённом высокими соснами и берёзами, жила семья: Диана, её муж Виктор и их сын Дима. Дом был уютный, просторный, с большими окнами, через которые лился солнечный свет. Во дворе плескался пруд, обрамлённый камышами, а единственным домашним животным был толстый чёрный кот Язык, который целыми днями лениво грелся на солнце, даже не думая охотиться. Ему в этом не было необходимости, миска всегда была полна.
Однажды весной на пруду появились новые жильцы — уточка с изумрудным отливом на перьях и красивый селезень с тёмно-синей головой. Они плавали вместе, ныряли за ряской и, казалось, были неразлучны. Дима с интересом наблюдал за ними с берега, но родители просили не тревожить птиц.
Однако вскоре мальчик сделал открытие. Раздвинув камыши у воды, он обнаружил гнездо с тремя яйцами.
— Мам, пап, у утки будут птенцы! — восторженно сообщил он.
— Тогда тем более не подходи близко, — предупредила Диана. — Иначе она может бросить гнездо.
Дима кивнул, но каждый день украдкой проверял, всё ли в порядке. Уж очень ему хотелось увидеть первому, когда появятся маленькие утята, жëлтые пушистики.
Прошло время, и однажды селезень не вернулся. А когда утка появилась вновь, было видно, что с ней что-то не так. Она едва держалась на воде, одно крыло неестественно свисало. Дима сразу побежал за мамой.
— Утка ранена! — испуганно воскликнул он.
Диана пригляделась: да, утка явно не могла летать. Но самое страшное было впереди. Когда они осторожно подошли к камышам, оттуда раздался тонкий писк. Птенцы только вылупились, а мать едва могла о них заботиться. Женщина не знала, как лучше поступить и решила немного подождать. Дима продолжал наблюдать за уткой со стороны.
Утка, всегда избегавшая людей, на этот раз сама вышла к ним. Она слабо крякала, будто звала за собой, и повела Диану и Диму к гнезду. Трое жёлтых комочков жалобно пищали, пытаясь спрятаться в тростнике.
— Надо помочь им, — твёрдо сказала Диана.
Они осторожно перенесли гнездо и утку в дом, устроив их в свободной комнате. Виктор принёс таз с водой, Дима насыпал зерна, а Диана соорудила подстилку из мягкой ткани.
Утка сначала металась, хлопала здоровым крылом, но, увидев, что птенцы в безопасности, успокоилась. На следующий день её отвезли к ветеринару.
— Крыло сломано, — покачал головой врач. — Летать она больше не сможет, но жить сможет нормально, если правильно срастётся.
Птенцы тем временем росли не по дням, а по часам. Они бегали за Димой по комнате, квохтали, требуя еды, а кот Язык с интересом наблюдал за ними с дивана, но даже не думал нападать — слишком ленив.
Когда утята окрепли, а утка поправилась, семья выпустила их обратно к пруду.
— А если они улетят? — грустно спросил Дима.
— Их мать не может летать, — ответил Виктор. — Значит, останутся.
Так и случилось. Утки обосновались у пруда, а с наступлением холодов семья подкармливала их, соорудив небольшой утеплённый сарайчик.
Прошла зима, наступила весна. И однажды утром Дима выглянул в окно и ахнул: на пруду плавало уже больше десятка уток!
— Наши привели друзей! — засмеялась Диана.
Старая утка с подбитым крылом важно плавала посередине, окружённая выросшими птенцами и новыми сородичами.
С тех пор пруд ожил. Утки гнездились в камышах, радовали семью своим присутствием, а кот Язык по-прежнему лениво наблюдал за ними, не проявляя никакого охотничьего интереса.
И хотя история началась с печального события, она закончилась теплом и новой жизнью — для уток, и для людей, которые их полюбили.