— Мам, я тебя по-человечески прошу – перестань распоряжаться в моей квартире! — пришла Регина к родителям. Алла встретила ее надменным видом.
— Что ты все время лезешь ко мне? Тебе было плевать на меня, пока бабушки не стало. Теперь играешь в сверхзаботливую маму и бабушку?
Глава 1
Глава 2
Когда семейство вечером вернулось домой, то первое, что бросилось в глаза женщине - перевешанное выстиранное белье.
— Зачем? — только и смогла сказать Регина при виде этой картины. По сути, все было то же самое, но с небольшими изменениями. Например, детские футболки переместились на сушку поближе к конвектору, а носки были перекинуты на отопительную батарею.
Регина с возмущением сняла их оттуда:
— Так и стены перепачкать недолго.
Потом набрала номер матери:
— Мама, ты зачем перевесила белье? Я его повесила так, как мне было нужно.
— Но ты его повесила неправильно, я хотела как лучше, — невозмутимо ответила Алла. —Неужели ты не думаешь о детях? Надо же, чтобы их футболки высохли поскорее. А ты даже не догадалась, что надо повесить поближе к источнику тепла.
— Мам, у нас теплые полы. Зачем еще конвектор надо было включать? Сама же говоришь, что безопасность прежде всего. А если замыкание? Начнется пожар, и кто в этом будет виноват? А если кто-то пострадает?
Алла помолчала, потом сухо ответила:
— Я тебя услышала. Только не устраивай драму, никакого пожара не случилось. Просто скажи, что ты не хочешь меня больше знать.
— Я всего лишь хочу сказать, что, если ты приходишь ко мне, чтобы занести лекарство, то этим и ограничься. Незачем все переставлять и перевешивать, хорошо?
— Вообще-то я повторно прополоскала белье. После твоей стирки оно сильно пахло порошком, — строго ответила Алла. Регина начала шумно дышать, чтобы успокоиться:
— Мама, это не после порошка. Я просто добавляю немного кондиционера, чтобы белье было более мягким и приятно пахло. А ты что сделала? Кто тебя просил?
— Ты, как всегда, в своем репертуаре. Вместо благодарности одни упреки, — и Алла повесила трубку.
Другой повод почувствовать себя вновь на грани истерики выпал Регине, когда она отправила уже подросших детей на продленку. Зимой обычно все трое носили утепленные рукавицы, и Регина одела детей, как обычно. Однако вечером, когда забирала их с продленки, обратила внимание, что на всех были уже другие рукавицы. Дима потряс руками:
— Мам, смотри. Бабушка Алла принесла нам новые. Сказала, что в тех будет очень холодно и они вообще вредные для здоровья.
Регина сделала вид, что улыбается, хотя внутренне начала кипеть от возмущения. Опять ее всезнающая мама поступила так, как считала нужным. Принесла вязаные, а утепленные убрала неизвестно куда. Впрочем, куда именно, выяснилось довольно скоро.
— Я их оставила возле мусорного контейнера. Почему ты так о них беспокоишься? И цвет ужасный, и сделаны непонятно из чего. Наверное, бомжи по достоинству оценили твой выбор для родных детей.
— Я тебя сто раз просила ничего у меня в доме не трогать! — закричала Регина, не в силах совладать с собой. — У Димы с Настей кожа очень чувствительна к холоду, специально выбирала утепленные и непродуваемые. А ты принесла такие, что им проще с голыми руками ходить, чем носить рукавички. Мам, зачем?
— Я хотела как лучше, а ты во всех моих действиях видишь только подвох, — и снова раздались короткие гудки в телефоне.
Вечером Олег обратил внимание на взвинченный вид супруги. Когда дети пошли спать, мужчина позвал Регину на кухню и осторожно прикрыл дверь. Жена смотрела на него с отрешенным видом:
— А у тебя что случилось?
— Речь не обо мне, — ответил супруг нежно. — У тебя опять проблемы с Аллой Валерьевной?
— Как ты понял? — криво усмехнулась Регина.
— Не первый раз, — ответил Олег.
— Понимаешь, я иногда сама не понимаю, что между нами происходит, — проговорила Регина, медленно подбирая слова. — Она моя мать, но мне кажется, что я вижу в ней строгую учительницу или вовсе надзирательницу, которая не собирается оставлять меня в покое. Даст какое-то время спокойно пожить, расслабиться… а потом начинает устраивать веселуху. То она белье после меня перестирывает, как в молодости, то вымоет плиту, хотя та уже чистая. Перегладит все полотенца с простынями. Я ее никогда не прошу убираться в нашей квартире, но каждый раз нахожу следы ее присутствия. Сегодня она выбросила рукавицы двойняшек и принесла им те, которые сама покупала. Помнишь, вязаные, с красными ромбиками? У Димки после них руки чесались.
— Может, нам стоит всем вместе сесть за стол переговоров? — предложил супруг, но Регина отрицательно покачала головой.
— Нет. Не хочу тебя впутывать в наши с мамой разборки. Это мне нужно разговаривать с ней, извини.
— Давай тогда на ближайших каникулах махнем куда-нибудь всей семьей. Может, твоей маме надоест приходить к нам, когда нас нет дома? — Олег вопросительно посмотрел на жену. —Мне премию обещают в этом месяце, как раз можно воспользоваться. Я знаю местечко, где можно урвать горящую путевку.
После недолгих колебаний, Регина согласилась. В глубине души она жаждала, чтобы мать поняла, насколько порой бывает неуместна подобная забота. С другой стороны, начинало давить чувство вины: Алла делает все, чтобы ее дочери и внукам было хорошо. Но только спросить забывает, а нужно ли это кому-то еще, кроме нее самой…
***
Неделя в Карелии, среди опьяняющего аромата свежей хвои и кристально чистой воды, пролетела как один миг. Регина попросила всех членов семьи отключить мобильные телефоны, чтобы никто не беспокоил во время отпуска. Так хотелось забыть обо всем… и обо всех, кто пытался, обрывая провода, дозвониться до нее. Но такое стало возможным только после возвращения в родные стены. Которые, как убедилась Регина, стали немыми свидетелями маминого визита.
В детских шкафах и полках вся одежда была переложена по-другому. Алла, судя по конечному результату, не пожалела времени на такую работу: все было уложено строго по швам и линиям сгибов. Нижнее белье, носки, колготки, футболки, рубашки – ничего не избежало сей участи.
Кусок туалетного мыла, лежавший в мыльнице, оказался снова в упаковке. Так, по мнению Аллы, можно было не переживать, что оно размокнет, если вдруг сверху начнется потоп. Придя на кухню, Регина еле сдержала крик гнева: новая кастрюля, которой она пользовалась всего второй месяц, была спрятана под плиту.
— Зачем? Она вся ободрана… теперь остается ее только на помойку выбросить.
Оказывается, Алла решила, что покрытие – это копоть, которую нужно непременно оттереть от посуды. И оттерла. Недовольная полученным результатом, спрятала от дочери, намереваясь отдать взамен другую кастрюлю. Но не успела.
— Мам, я тебя по-человечески прошу – перестань распоряжаться в моей квартире! — пришла Регина к родителям. Алла встретила ее надменным видом.
— Что ты все время лезешь ко мне? Тебе было плевать на меня, пока бабушки не стало. Теперь играешь в сверхзаботливую маму и бабушку? Дети уже боятся твоего прихода. Потому что ты переставляешь все, что только можно, они потом после тебя ничего не могут найти.
— Зато Руслану понравилось, что Филипп починил его танк, — торжествующе ответила мать. — Ты бы просто не стала с игрушкой возиться, а я отнесла ее своему брату. Знаешь ведь, какие у него руки золотые. Два дня потратил, зато танк теперь как новый. И ребенок счастлив, потому что играет со своей любимой игрушкой.
— Ты не хочешь знать, как на самом деле все было? Руслан обещал этот танк одному мальчику во дворе и отдал, потому что должен сдержать слово. Так что танка для него все равно нет.
— Вот как? — было понятно, что Аллу задели за живое слова дочери. — Я, значит, стараюсь ради него, а он раздает?
— Этот танк ему подарил Олег, — ответила Регина. Но Аллу было трудно смутить подобными мелочами.
— Ну и что? Разве в семье принято считать, кто и кому что дал? Зато сломанную игрушку починить никто не догадался. И благодаря мне твой сын сдержал слово.
— Мам, речь не об этом. То, что дядя Филипп починил танк, это хорошо. Он мастер на все руки, и с этим никто не спорит. Вопрос в другом – пора бросать заходить ко мне, чтобы хозяйничать там, как тебе вздумается. Меня до сих пор трясет от тех занавесок, которые ты повесила, когда нам с Олегом пришлось уехать в командировки. И почему ты решила, что можешь выбросить мою коллекцию флаконов из-под духов? Я их столько лет собирала, потому что мне это нравится. Но не тебе. Что-то тебе не по вкусу, ты тут же стремишься избавиться от этого, даже не спрашивая моего мнения.
— Жаль, что с людьми так не получается, — ответила Алла. Регина застыла в изумлении:
— Что ты имеешь в виду?
— Если бы ты могла, то бы избавилась от меня первой, — усмехнулась мать. — Что, разве я не права? Наверное, спишь и видишь, как меня увозят в психушку или на погост.
— С тобой просто невозможно говорить, — отмахнулась Регина и пошла к выходу. Стоя на пороге, она повторила:
— Я тебя очень прошу перестань так делать. Или я даже боюсь представить, какие будут последствия.