Проезжающая мимо машина не стала притормаживать и окатила мутной водой из лужи мои ноги. Но меня это не расстроило, я и без того уже весь промок до нитки, пытаясь вспомнить дорогу к своему техникуму. Я бывал там лишь дважды, – в первый раз на ознакомительной лекции в светлой, но тесной аудитории, а второй раз на вступительном экзамене. Каждый раз меня возил туда отец и я не запомнил дорогу. Я всегда недостаточно хорошо ориентируюсь на местности. Некоторые зовут этот феномен топографическим кретинизмом.
В этот раз отец высадил меня на остановке, и, не успел он еще скрыться в утреннем потоке машин, как мелкая морось вдруг превратилась в ливневый дождь. Направление я помнил точно, но мне всегда преграждал дорогу то многоэтажный жилой дом, то железный забор. Вода хлюпала в моих белых кроссовках, мокрые волосы висели сосульками, а спортивный костюм неприятно облегал продрогшее тело. Все это меня не сильно беспокоило, – больше страшила неизвестность. Новые люди и новые знакомства – вот чего я действительно боялся.
БИТ (Балтийский информационный техникум) находился в старой крепости Кронпринц, – это большая, почти овальной формы громадина, с округлым двором внутри. Вообще-то это оборонительная казарма, если быть точным, но все ее называли крепостью. Мой техникум занимал там лишь малую часть помещений с отдельным входом, но в этой крепости были и другие учебные заведения, – два или три. А также еще какие-то складские помещения.
Наконец, лавируя между домами и тротуарами, я увидел нужные мне башенные ворота крепости. Размер их был изобретен таким специально, чтобы всадник на лошади мог спокойно в них проехать.
Я почти не опоздал. И по чистой случайности, быстро нашел нужную мне аудиторию, и скромненько примостился на свободное место. Достав из кармана промокший носовой платок, я стал делать вид, что протираю мокрое от дождя лицо, по сути же я просто размазывал воду.
Аудитории были крошечными и узкими, а одногруппников оказалось сильно больше, чем я рассчитывал. Я чувствовал себя точно так же, как это было в первом классе, много лет назад. Натура у меня застенчивая, наверное, я даже скорее интроверт, – мне с превеликим трудом даются такие свершения, как новые знакомства или общение с незнакомыми людьми. Сейчас с этим конечно чуточку полегче, но тогда, в 15 лет, я хотел провалиться сквозь землю.
Я ходил на пары и на протяжении месяца, примерно, оставался тихим сторонним наблюдателем. Экий задумчивый герой, сидящий в темном углу салуна, примечающий каждый взгляд, разговор и человеческий характер.
В группе образовалось несколько «компаний» ребят, все разные и сильно отличающиеся друг от друга. «Умники», они же «ботаники», немыслимо быстро организовали свой круг общения и держались особняком. Патлатые, грязные волосы, очки, заумные фразы, вечные разговоры о компьютерных играх и математические споры – они держались тише всех, но являлись самыми приметными. Они выделялись своей замкнутостью и внешним унынием.
Еще одной «компашкой» были, как я их называл, «бандиты». Это ребята громкие и хамоватые, – крутые пацаны. Оккупировав курилку, они обсуждали свои спортивные успехи, мерились авторитетом и блатными знакомствами, без конца курили и делали вид, что на учебу они пришли точно не учиться. Ну, так по сути и было, – по итогу большая их часть была отчислена еще на первом курсе. Редкие продержались до конца и получили заветный диплом.
Третьей компанией были «весельчаки». Такие же громкие, как и «бандиты», только совершенно безобидные. Они катались по полу от смеха, заливая коридоры старой и сырой крепости добротой и непосредственностью. Формирование этой компании ребят происходило постепенно, дольше прочих. Она являлась самой многочисленной, потому что для «вступления» тебе не нужно было сдавать математический экзамен и знать точно, какой максимальный уровень в онлайн игре Рагнарёк, чтобы, например, приблизиться к «ботаникам», и не надо было доказывать кровью в поединке с кем-то из «бандитов», что ты достоин их уважения (это конечно все образно, но суть примерно такая).
Было несколько одиночек, таких как я, но не долго, все разбрелись по своим компаниям, а я оставался все той же белой вороной на черной ветке. Я решил для себя, что «ботаники» мне не подходят, потому что я не считал себя умным, а «бандиты», потому что это совершенно не мой контингент людей. «Весельчаки» казались интересными, да и к тому же, там были все девушки с нашей группы, но я не решался сам вливаться в их круг.
Но одиночество меня никогда не страшило, я, кажется, наоборот в этом черпаю силу, – в этом мой козырь. Если так останется на все 4 года обучения, пусть так и будет, – думал про себя я.
Вскоре меня просто позвали к ним. «Что ты там сидишь один вечно, пошли с нами», – сказали мне «весельчаки». И я пошел. Не зная, что делать и что говорить, я просто доверился и пошел.
Освоился я довольно быстро, что странно. Эти добрые ребята располагали на открытость и искреннюю, неудержимую улыбку. Они ценили юмор и веселье, а я, как оказалось, в этом совсем не плох. Через некоторое время я стал наконец ощущать себя в комфортной среде и совсем расслабился. Мы устраивали походы в бильярд, боулинг и кино, не раз ездили с ночевкой на турбазу к морю. Мы общались все как лучшие друзья и я их очень любил.
Родители сняли мне комнатку в городе у одной старенькой и очень набожной старушки, и я оказался еще ближе к ним. Свобода от родителей и почти самостоятельная жизнь вскружила мне голову. Мы прогуливали пары, без остановки веселились и смеялись, ходили в гости друг к друга на Дни рождения. (К себе я конечно никого не водил, – бабулька-одуванчик этого бы не выдержала).
Я отрастил себе волосы до плеч и покрасил их в белый цвет (хотя, по началу, это был желтый, как цыплячья жопка), проколол ухо и повесил на него блестящий камушек, носил белые кроссовки и одевался, как деревенский стилист. Да, можете начинать смеяться, но я тогда был свободным человеком, наконец. Я почувствовал себя в полном комфорте в кругу моих новых друзей и стал самовыражаться, как только пожелает моя душа. В защиту такого внешнего образа хочу сказать, – он дико привлекал внимание девушек, и мне это играло на руку. Пубертат горел пожаром и не думал утихомириваться.
Наверное, если так подумать, первый и второй курс техникума были одним из самых счастливых дней в моей жизни. Я был молод и свободен, мама была здорова, а я радовался тому, что меня в этом семестре не отчислили за прогулы. Да, наша веселая компания иногда прогуливала пары, а многие из нас ходили по лезвию, лавируя между двойкой и тройкой, но все это казалось совершенно несущественным.
Хотя, мне очень стыдно и неудобно, что учебу оплачивали родители, а я прогуливал пары. Раньше я этого не совсем осознавал. Вообще, у меня хватает поступков, за которые мне стыдно, и, возможно я даже как-нибудь напишу об этом рассказ, который назову «Исповедь». Поступки, которые не дают покоя и взращивают во мне чувство вины.
На третьем курсе нашу «веселую компанию» постигла какая-то неведомая хворь. Возвратившись после летних каникул в БИТ, я обнаружил, как все вдруг сильно повзрослели и изменились. Некоторые углубились в учебу, другие завели отношения и стали держаться особняком. Веселье было уже не таким, оно будто угасало. На турбазы мы уже не ездили, боулинг и кино тоже пропали из нашего расписания. Нет, предложения от того или иного члена компании съездить отдохнуть или встретиться вечером иногда звучали, но желающих находилось все меньше. Это очень ранило мое сердце.
«Ботаники» ехидно улыбались, получая вереницы пятерок в зачетную книжку и планируя свое будущее в высших учебных заведениях. «Бандиты» почти все распались, а редкие экземпляры стали одиночками, либо прильнули к умирающей группе «весельчаков».
Мне не нравилось программирование всем сердцем. Я ненавидел преподавателя, который вел этот основной предмет и часто прогуливал его пары. Отчего, конечно, мне грозило очередное отчисление. На ковре завуча мне поставили ультиматум – либо я перевожусь на другую специальность и заканчиваю так последний год, либо отчисление. Конечно, я выбрал перевод. Как-такого выбора специальностей не было и меня причислили к группе АСУ (Автоматизированные системы управления).
Тот же техникум, все те же люди, просто параллельный курс. «Весельчаки» на четвертом курсе уже почти исчезли, лишь отголоски былого величия порой проскальзывали в виде общения в курилке, сопровождаемым негромкими смешками и неискренними улыбками. Я не знаю, как это объяснить, может, это обычное взросление? Но я когда-то думал, что все мы теперь лучшие друзья и вместе будем до самой старости. Уже столько лет прошло, а у меня до сих пор это вызывает глубокую ноту грусти и сожаления.
Сейчас я даже не знаю толком, как у них сложились жизни. Иногда мы поздравляем друг друга с Днем рождения, и то, потому что ВКонтакте напоминает об этом. Там, в диалоге, можем перекинуться парой сдержанных и холодных сообщений, – на этом все.
Но я никого не виню, просто так видимо решило проведение. Спасибо вам, мои друзья, если кто-то из вас читает этот текст. Вы – самое лучшее, что со мной происходило в жизни. С вами я был собой, я был свободным.
Я закончил не без труда свой техникум и был таков. В дипломе, полном троек, у меня значится специальность «Техник АСУ». Среднетехническое образование.
Идти учиться дальше я не планировал, думал, пойду работать, ведь на четвертом курсе я женился. Откосить от армии не удалось, и меня забрали служить.
Молодой, короткостриженый, худощавый парень с горбатым носом и нестандартно растущим клыком уходил в новый, неведомый мир, который звался «Армия».
Подписывайтесь на мой личный блог:
Telegram: https://t.me/My_dandelion_field
ВКонтакте: https://vk.com/my_dandelion_field