9 мая — на самом деле главный праздник для нашей страны, в котором пополам перемешаны слёзы радости и скорби. Его кульминация не праздничный парад, сколь бы он ни был красив и помпезен, а вечерняя минута молчания, которая звучит в каждом российском доме. И правильно, что звучит, ибо нет семьи в России, в истории которой не было бы своего ветерана Великой Отечественной, мёртвого или живого. Оттого, наверное, и перехватывает всякий раз горло…
Это главный праздник – потому что многие наши сегодняшние проблемы берут начало оттуда. Например, проблема демографии. По меткому выражению журналиста Дмитрия Ольшанского, «Великую Отечественную выиграли русский крестьянин и еврей-комиссар». В этом есть большая доля правды. Красная/Советская армия более чем на 80% состояла из крестьян. Именно эта крестьянская масса, далёкая от городской информационной культуры, скорее впитавшая дух крестьянской общины, переломила неблагоприятный поначалу ход ВОВ. Естественно, что она же понесла и наибольшие потери. Историки приводят сопоставление цифр о величине сельского населения РСФСР, полученных при переписи 1939 г. (72 млн 522,2 тыс.) и в ходе составления единовременных отчётов о составе сельского населения (в нашем распоряжении есть только цифра на начало 1945 г., поскольку в 1946 г. такого обследования не было), - т.е. 51 млн 546,1 тыс. - даёт разницу в 20,9 млн человек.
Впоследствии этот дисбаланс так и не восстановился. На одного молодого мужчину от 21 до 23 лет (т.е. 1923-1925 гг. рождения - наиболее пострадавших в войне) в среднем по сельской местности России приходилось по пять (!) девушек-ровесниц. Понятно, что недостаток дееспособных молодых мужчин, находившихся в активном брачном и детородном возрасте, негативно отражался не только на демографических перспективах деревни, на формировании семейно-брачной структуры её населения и уровне рождаемости, но и на темпах восстановления сельского хозяйства.
То есть вот когда начались наши нынешние демографические проблемы…
Но не только в этом дело. Потери в Великой Отечественной были столь огромны, а пережитые страдания так велики, что у переживших ту войну навсегда остались ощущение небывалого счастья освобождения и рефлекс «никогда больше».
Мои взрослые родственники, включая отца, подростком успевшего побывать в концлагере в оккупированной немцами Белоруссии, и мать, пережившую тяготы голодного и холодного эвакуационного скитания по Советскому Союзу, не любили вспоминать подробности военного прошлого. Скупыми были рассказы и фронтовиков, которых приглашали к нам в школу – более-менее спокойно они могли описывать какие-то перемещения войск, но, когда доходило дело до боевых эпизодов – мужики, увешанные наградами, не выдерживали – плакали. Потому и не любили, и избегали таких встреч…
Мои детские впечатления только подтверждаются социологическими исследованиями, согласно которым до сих пор в семейной памяти россиян наиболее крепко сохраняются такие «знаки войны», как фронт, увечья, смерть, голод, блокада Ленинграда, бомбёжки и обстрелы, неизвестность, смерть детей. Что характерно, практически нет рассказов в ура-патриотическом стиле.
Но постепенно ощущение счастья победы как-то стало превалировать над чувством самосохранения, посланном в будущее предками. Общество сопротивлялось этому пока большинство в нём составляли настоящие ветераны-фронтовики. Хотя они и предчувствовали что-то неладное. Достаточно вспомнить цитату из романа советского писателя-фронтовика Виктора Астафьева «Прокляты и убиты»:
«Те, кто врёт о войне прошлой, приближают войну будущую. Ничего грязнее, жестче, кровавее, натуралистичнее прошедшей войны на свете не было. Надо не героическую войну показывать, а пугать, ведь война отвратительна. Надо постоянно напоминать о ней людям, чтобы не забывали. Носом, как котят слепых тыкать в нагаженное место, в кровь, в гной, в слезы».
Увы, сегодня всё идёт не так, как завещали фронтовики…
И всё-таки для большинства российских (да, наверное, не только российских) семей День Победы остаётся священным праздником и будет таким всегда. Праздником со слезами на глазах и с ощущением, что настоящими ценностями всегда были и остаются такие простые, понятные и дорогие каждому вещи, как мирное небо над головой и наши семьи под этим небом.