— Что случилось? — улыбка, выбежавшего меня встречать сына угасла, как только он меня увидел.
— Йер уехал. Позавчера. — Вздохнула я.
— Понятно. — Нахмурился сын и пошёл в дом.
— Алекс, извини. Втянула тебя… — я понимала сына, уже привыкшего к Йеру. — А что ты делаешь?
— Как что? Собираю вещи. Бабушка Меган нас пригласила на день святого Патрика! Рида скоро привезут. — Хмуро ответил Алекс.
— Не думаю, что стоит ехать. Йер может не обрадоваться нам. — Осторожно начала я.
— А нас приглашал не он! — почти выкрикнул Алекс. — Мам, поедем, пожалуйста!
— Хорошо, может там и сможем поговорить. Я надеюсь. — Кивнула я.
Наверное, чего-то такого я и опасалась, помимо посеянного Романом недоверия и страха. Что если в моей жизни появиться мужчина, то если вдруг мы будем расставаться, то это ударит и по Алексу. К Йеру сын прикипел очень быстро. А я сама… Самой мне словно чего-то не хватало внутри. Но мне нужны были его ответы и объяснения. И почему он сам мне ничего не рассказал? Думал, я не поверю ему или решил не тратить время на развенчивание газетной лжи? А что мне делать, если всё же правда?
— Элис, пока мальчишки собираются, я хотел с тобой поговорить. На счёт Йера. — Позвал меня Эндрю Северайн, который привёз Рида. — Я тут кое-что услышал. Мол, вы с ним поссорились из-за того, что он избил свою бывшую. Дело может и не моё, но знаешь… Нам с Вероникой тоже друг на друга наговорили, и мы не разобравшись, поверили. Ты и Йер, короче у нас не получается воспринимать вас обоих как чужих, поэтому и лезу. Смотри. Йер долгое время встречался с девушкой, а потом разорвал отношения, после того, как застукал её в раздевалке своей же команды с одним из игроков, теперь уже бывших. И застал в самый пикантный момент. И конечно была драка, но тот парень даже заявлять не стал. А потом, какое-то время спустя, та девица начала рассказывать, что О'Донохью её избил. Хотя камеры зафиксировали, как она на него набрасывается, то ли лезет обниматься, то ли ещё что. И он её оттолкнул. Она упала. Действительно он её так сильно толкнул или она нарочно разыграла такое падение… Но доказать она ничего не смогла, и добилась только быстро утихшего скандала. А менеджеры команды просто перестраховались, отправив Йера сюда на время разборок. Дальше выводы делай сама. Тебе бы прямо спросить об этом самого Йера. Но тут, ты же знаешь, я сам на этом моменте наломал дров.
— Какие выводы? — ситуация стала почти однозначной и очевидной. — Что я идиотка, от которой одни проблемы у всех вокруг?
Всю дорогу до дома О'Донохью я думала о том, как меня встретят, захочет ли Йер со мной поговорить. Ведь в изложении Эндрю и вовсе получалось, что Йера оболгала изменившая ему девушка, а я и слушать не стала, поверив бывшему мужу! Вот уж кто точно достоин доверия! А Йер, ввязавшись в историю со мной, рисковал своей карьерой игрока, особенно в свете таких статей. Не задумываясь, из-за меня. Настолько виноватой и неблагодарной я себя ещё никогда не чувствовала. Поэтому остановив машину перед знакомым домом, долго не решалась выйти из неё.
— И долго ты будешь выжидать? — постучала костяшками пальцев по лобовому стеклу Меган.
— Здравствуйте, — сказала я, выходя из машины и оглядываясь на дом.
— Если ищешь Йера, то он не приехал. — Заметила мой взгляд она.
— Меган, наверное, мне нужно кое-что вам рассказать прежде, чем вы пригласите нас в свой дом. — Решилась я.
— Конечно расскажешь. С чего это мой внук несёт мне какую-то чушь про напряжённые тренировки, а девочка, ради которой он мне тут весь дом омелой завесил, вдруг боится переступить порог моего дома? Старость любопытна. Пошли, пока ягодные пироги не остыли. — Обняла она меня за плечи и повела к дому. — Мальчишки, где ночевали в прошлый раз, помните? Я оставляла эту комнату для вас.
Алекс с Ридом умчались в дом с радостными криками, и даже сумки с вещами их не затормозили. А вот куда идти мне, я не знала.
— Напомнить, где комната моего внука? — подмигнула мне Меган.
Я просто оставила сумку с вещами на полу рядом с кроватью и вернулась вниз.
— На кухне или у камина? — приподняла бровь Меган.
— Лучше здесь, на кухне, — вздохнула я и сжала чашку с чаем в ладонях.
Меган смотрела на меня, мягко улыбаясь, и с таким выражением в глазах, словно она была не бабушкой Йера, а моей. Вся атмосфера этого дома дышала поддержкой, теплом, которое накрывало волной. Воспоминания и мысли сами собой складывались в слова и лились нескончаемым потоком. И было не стыдно рассказать, как накрывало счастьем в последние дни, как поняла, что Йер это защита, покой и надёжность. Как было дико больно, когда мне в нос сунули эти мерзкие газеты! Настолько больно, что вместо того, чтобы хоть на секунду задуматься, я билась в истерике и ревела почти двое суток.
И про свитер Йера, в котором он играл, рассказала. И про то, что он сейчас лежит с моими вещами, потому что я хотела использовать его как повод, чтобы поговорить с Йером. Вот только никакие слова в голову не лезли, и что говорить, я не знала.
— А тебе нужен повод, Элис? Или тебе нужен мой внук? — спросила Меган.
— Но он даже к вам не приехал! А где его ещё искать… Я не знаю. — Только когда Меган подошла и начала аккуратно промокая стирать слëзы с моих щёк, я поняла, что опять реву.
— Ну, где ещё можно найти мальчишку в Канаде? На льду. Через три дня "Фениксы" закрывают сезон. Это ежегодная традиция. Будет большая игра с командой из первой пятёрки. Потом идёт утверждение составов, ввод новых игроков, отпуска и начинаются тренировки. И конечно открытие сезона. — Я слушала Меган чуть ли не с раскрытым ртом. — Я точно знаю, что в основном составе, заявленном на игру "Фениксов", внук идёт под своим обычным номером, девятнадцатым.
— Спасибо, Меган! — я вскочила и, поцеловав её в щëку, понеслась по лестнице в комнату, где остался ноутбук.
— Девчонка! — рассмеялась мне вслед Меган.
— Мам, что происходит? — заглянул в комнату Алекс.
— Ищу билеты на игру "Фениксов", но ни на одном сайте продажи нет ни одного! — объяснила я сыну.
— А почему ты просто ему не позвонишь? — спросил сын.
— Потому что твоя мама знает, что есть вещи, о которых не говорят по телефону, Алекс. — В комнату зашла Меган. — Спросить, что купить в городе можно и по телефону, предупредить, что задерживаешься тоже. А вот всё, что касается чувств и отношений нужно делать лично, глядя в глаза. Элис, боюсь билетов сейчас ты не найдешь, они заканчиваются обычно ещё к Рождеству. Но я по-прежнему люблю поболеть с трибун. И всегда езжу с сопровождением. Так что у меня три билета. Правда, это сектор болельщиков, там эмоции чище и ярче…
— Меган, — я себя чувствовала дико неловко. — Сначала из-за меня не приезжает Йер, теперь вот опять я лишаю вас приятных переживаний…
— Глупая, поверь, за исход этого матча, я буду переживать, как никогда и ни за какой другой! — обняла меня Меган и прижалась своей щекой к моей. — Но за отсутствие внука за семейным столом я с тебя спрошу! С тебя правнук или правнучка, это не важно, но чтобы не хуже Алекса! Умненький, ехидный и красивущий!
***
Йер.
— Послушай, Йер, ну, отличная же идея! — убеждал меня Тиджей, пиар менеджер нашей команды. — Ну, что тебе стоит? Посветишь мордой в её компании, походишь по паре клубов с Тессой за ручку… В конце концов, тебе нужно просто объявить о помолвке, а не жениться!
— Нет. Тиджей, ни каких совместных появлений с Тессой, и тем более, объявлений о помолвке! — отрезал я.
— Йер, — попытался зайти на второй круг менеджер.
— Помолвка с Тессой, это обязательное условие моего возвращения в команду? — поставил вопрос ребром я.
— Нет. Но ты пойми, это отличный инфоповод, чтобы привлечь внимание и интерес болельщиков к команде в период отсутствия игр. — Тиджей умел останавливаться вовремя. — А тут смотри. Возвращение тебя в качестве игрока, после блестящего опыта в качестве тренера! Тут ещё и благодарность от полиции. Думаю, будет хороший резонанс.— Какая благодарность!? — не понял я.
— Вот, спас фактически мать одного из своих игроков, оказал содействие полиции при задержании… Подробности будут? — показал мне распечатанный файл с почты Тиджей.
— Нет. — Ответил я.
— В смысле? Йер, а статью мы как выпускать будем? — удивился он.
— Никаких статей об этом! — отрезал я. — Никаких помолвок, даже фиктивных! Всё, я только игрок, а не тема для твоих инфоповодов!
— Йер, понимаешь… — как-то замялся Тиджей. — Это была не совсем моя идея.
— Отец Тессы? — сразу понял я, откуда ветер дует.
— Ну да, — оживился Тиджей. — Сам понимаешь. Все эти скандалы ему тоже плюсов не принесли. Тем более, что оказалось, что все громкие жалобы твоей девушки проще замять для ясности.
— Она не моя девушка! И никогда ей не будет. Я себя ещё уважаю, — обрубил я его надежды.
— Но она уже две недели, как всем рассказывает, как жалеет о вашей ссоре и какой ты на самом деле охрененный! — выложил все карты менеджер.
— Она может рассказывать кому угодно и что угодно, главное, чтобы ко мне не приближалась. Иначе уже я заявлю о домогательствах. — Предупредил я Тиджея, прежде, чем выйти из его кабинета.
Последняя игра сезона традиционно привлекала огромное количество народа. Трибуны были забиты, а я нет-нет, да и бросал взгляды на три пустых места в зоне команды. Мне предстояло выходить на лёд в конце первого тайма, я всё не мог поймать кураж игры.
Элис… Похоже, Льдинка заморозила во мне весь интерес к жизни, стёрла яркость красок. Перед глазами постоянно её лицо и её слова. Приговорила, даже не спросив!
Задумавшись об Элис Маккейв, я чуть не пропустил свой выход. И уже на льду понял, что просидел, думая о женщине, для которой ничего не значу, вместо того, чтобы присмотреться к сопернику! За что и поплатился, нарвавшись на тафгая соперников.
— Тренер, вмажь ему! Проход вдоль борта! — услышал я голоса, которые не с кем не спутал бы.
Пресанув игрока противника, судорожно обыскивал взглядом трибуну. Они должны были быть рядом, чтобы я их услышал. Вот они! Третий ряд от щита, загораживающего зрителей от арены на случай вылета шайбы. И она, в моём свитере. Рид и Алекс подскочили и кричат так, словно я забил решающую шайбу. А она смотрит, смущённо, не смело и… виновато.
Тиджей, вот уж у кого нюх, уже отследил, где я зацепился и успел нарисоваться рядом с Элис. Посмотрев, что все трое идут следом за менеджером в ложу для гостей команды, я вернулся в игру. И вот сейчас меня все раздражали, мне нужно было спросить, что она здесь делает! А не вот торчать здесь! От злости и желания побыстрее освободиться я умудрился забить две шайбы подряд.
— Тиджей, парни на тебе! — рявкнул я менеджеру, вцепляясь в Элис и таща её за собой во внутренние помещения арены, где был проход к раздевалкам игроков. — Зачем приехала?
Она стояла, прижавшись к стене, я нависал над ней, ещё не остывший после игры, да даже шлем не снял, только забрало-сетку отцепил.
— К тебе… Йер, мне нужно с тобой поговорить! Я понимаю, ты злишься на меня… — лепечет она, сжимая в пальчиках ткань свитера.
— Ты беременна? — спрашиваю прямо.
— Что? С чего ты взял? — удивляется она и поднимает на меня глаза, а я понимаю, что она много плакала, и это как удар поддых.
— Ты не видеть, не знать меня не хотела, а тут сама приехала, стоишь, краснеешь, не знаешь как сказать. Для твоего появления должна была быть очень веская причина. Ничего кроме беременности придумать не могу. — Объяснил я ей свои выводы.
— Нет, точнее не знаю. Для этого нужно время, а тут… Неделя всего прошла. — Тень улыбки скользнула по её губам и пропала. — Йер, прости! Я была напугана, напряжена. Не сообразила. Не знаю, что на меня нашло, почему я так это восприняла. Для меня эта тема, наверное, теперь вечный триггер. И я не готова была в тот момент к такой новости. А потом поехала к тебе, а ты уже уехал…
— Элис, ты поехала ко мне? Когда? — перебил я её.
— Через два дня. Йер, — она то торопливо частила, то замирала, словно забывая все слова.
— То есть, совершенно без всякой причины, ты поехала сначала ко мне домой, а теперь здесь? — уточнил я.
— Потом к твоей бабушке, она нам отдала билеты, а от неё уже сюда. — Она вздохнула пару раз. — Йер, я понимаю, что обидела, что не поверила, не спросила у тебя. А Алекс рассказал, что тебе очень важно, чтобы близкие доверяли тебе в любой ситуации… Йер, прости…
Я смотрел и ушам своим не верил. Она стояла и просила прощения, не искала себе оправданий, не напоминала, что это я ей не рассказал, не ссылалась на ту ситуацию, в которой всё узнала.
— Просто простить или быть вместе? — уточнил я.
Где-то в глубине мелькнула мысль, что я сейчас давлю на девочку, которая и так непонятно, где взяла силы, чтобы прийти и самой сказать прости. И вообще веду себя как муд@к, требуя от неё подтверждения, но мне важно было поставить точку во всех сомнениях, и моих, и её.
— И простить, и я хочу быть с тобой! — еле слышно говорит она.
— Уверена? — спрашиваю я, еле сдерживая себя, она кивает в ответ, и обхватывает себя руками.
— Но всё будет не так, как сначала, потому что я всё испортила? — поднимает она на меня глаза полные слëз.
— Почему? — не догнал я её мысли.
— Ты даже не обнял…
— Ты же сама запретила, помнишь? Сказала, чтобы никогда не смел. — Напомнил ей.
На её лице отражается недоверие, удивление, словно она не помнила своих слов, хотя она тогда была в таком состоянии, что вполне могла и не запомнить. Она чуть нахмурилась, а потом рывком прижалась ко мне.
— Элис, — выдохнул я, прежде чем её поцеловать.
Перерыв закончился, и мы вернулись на трибуны.
— Ты только не передумай, пока я играю, хорошо? — прошу её, целуя под дружное улюлюканье команды. — И не плачь, моя Льдинка.
— Я боялась, что ты не простишь, — признаëтся она.
— И остаться без тебя? — улыбаюсь ей. — Лис, я же люблю тебя.
— Так, ребята, давайте хоть это-то объявим, а? — рядом возникает Тиджей. — Помолвка с такой красавицей, Йер?
— Никаких помолвок, — говорю ему. — Сразу свадьба!
Эпилог
Йер.
Одна из первых тренировок в сезоне, обкатываемся после отпусков, да и пара новичков подтянулись из юниоров. Обычно, после таких тренировок звучат приглашения посидеть в ближайшем и давно облюбованном командой баре. Но мне не предлагают, только многозначительно хмыкают и посматривают на трибуны.
Льдинка часто сопровождает меня на тренировки. Иногда с мальчишками, иногда одна. И каждый раз в перерыве мне подавали полотенце и термокружку.
— Посмотрим, будут ли с тобой ходить уже через полгода, — были и те, кто пытались меня цепануть.
— Нет, через полгода точно не будут. — Скалился я. — Если только мальчишки.
Элис с удовольствием ездила со мной, если была дома, Алекс и Рид освоились среди команды сразу, и уже весело огрызались на подначки, что вот на место особо языкастых они и придут. Сегодня подрастающие хоккеисты возвращались из групповой поездки в Европу, ответный так сказать визит по приглашению норвежской команды. И после тренировки я с Элис должен был ехать встречать наших звёзд.
— Не замёрзла? — спросил я Элис, падая рядом с ней.
— Нет, — засмеялась моя Льдинка, отвлекаясь от своих чертежей. — Я очень тепло одета. И ещё плед. Ты же знаешь, что со мной сделает Меган, если я заморожу следующего О'Донохью. Она и так ворчит, что я езжу на тренировки, говорит, что её правнуки должны быть закалёнными, а не отмороженными.
Тогда, четыре месяца назад, когда Элис приехала ко мне на последнюю игру сезона, я оказался прав. Судя по срокам, наша первая ночь не прошла просто так. И хотя после возвращения Элис мы себя даже и не думали сдерживать, я всё равно считаю, что забеременела она именно в ту, грозовую ночь.Та игра окончилась огромным поздравлением на табло с предстоящей свадьбой и требованием команды срочно показать невесту. Элис вышла вместе с мальчишками, всё ещё в моём свитере. Девятнадцать, моё любимое число, которое всегда приносило мне удачу. Поэтому и номер в команде, девятнадцатый. И вспомнилось, что число было девятнадцатое. Увидев двух пацанов, причём многие их знали по своим приездам по моей просьбе на выступления ребят, команда ненадолго затихла.
— Ах, ты хитрожопый лентяй! — хлопнул кто-то меня по плечу. — И жену ему, и парней сразу с повышенной стипендией, чтоб так сказать и доход в семью, и хоккейную династию продолжить? А ты точно ирландец?
Наверное, поэтому, когда подошёл парень из технического персонала арены и передал, что жениха в раздевалке ожидает сюрприз, я, не опасаясь подстав, взял Элис за руку и повел получать сюрприз. Которым оказалась голая Тесса, едва прикрытая небольшим полотенчиком, какие лежали в раздевалках, чтобы вытереть пот. Не знаю почему, но я зачем-то прикрыл своей ладонью глаза Элис.
— Какого чёрта? — подофигел я.
— Кто это? — завизжала Тесса, тыкая пальцем в сторону Элис, от чего я непроизвольно загородил её собой. — Ведь объявили, что у тебя помолвка и скоро свадьба!
— Да, помолвка и свадьба. А ты-то тут причём? — кажется, она решила, что это я принял предложение, озвученное её отцом.
— Я причём? — удивилась она, но тут же сменила тон, который видимо должен был быть в её понимании сексуальным. — А что, хочешь сказать, что у меня не было оснований считать, что у нас всё хорошо? Особенно в последние дни?
— Склонность ходить без одежды в общественных местах, это совсем не хорошо. Не важно в какой день. — Вдруг заявила Элис, спокойно подошла к Тессе и выставила её за дверь. Та так растерялась, что даже не сопротивлялась. — Сюрприз нам не понравился, предложите кому-нибудь ещё.
Льдинка закрыла дверь и развернулась, сложив руки на груди.
— И часто у тебя такие сюрпризы? — спросила Элис, пока я прислушивался.
Но в коридоре всё было тихо, похоже совсем не такую реакцию на свои слова ожидала Тесса.
— А ты всегда так спокойно реагируешь? Даже и не ревнуешь? — ответил я.
— Возможно, на данный момент и в нашей ситуации, я посчитала это проверкой. Но ты считаешь, что намекать мне на твою неверность за прошедшую неделю, это хорошая идея? — она как-то странно посмотрела на меня. — Представь, если бы я тебе предложила подумать на ту же тему. Тебе понравилось бы?
— Элис, прости. Для меня важно, чтобы ты слушала меня, а не всяких непонятных уродов. Но тут и, правда, ступил. Я вернувшись, даже в своей квартире не жил. Ночевал здесь, в спорткомплексе. Комната на двоих, видеокамеры в коридоре и такие стены, что если чихаешь, будь здоров, говорят всем этажом. Так что оснований переживать, у тебя нет. — Я обнял её, но неосторожно разбуженная ревность подняла голову. — Ты только не подумай чего… А у меня есть такие основания?
— Ревность? — спросила она, подняв голову.
— Ревность. — Согласился я.
— Нет, таких оснований нет. Да и когда бы? Если я всю неделю ношусь по всей Канаде за одним ирландцем, который хоть и утверждает, что он хоккеист, но исчезает со скоростью лепрекона! — ткнула она своим кулачком мне в грудь.
— Ну, могла бы и не бегать. Отыграл бы эту игру и сам бы вернулся. — Засмеялся я.
— То есть…
— Ты же не рассчитывала так легко от меня избавиться? — я усадил её на скамью и достал из ящика свой телефон. — Вот забронировал домик под аренду на твоей улице и собирался стать назойливым соседом. Вон, видишь номер брони. После сегодняшней игры у меня было бы два-три месяца, чтобы тебя вернуть. А если бы ты не сдалась, то вот.
— Это что? — не поняла она, рассматривая в моём телефоне переписку с руководством клуба.
— Я получил два места в юниорской команде "Феникса". Стипендии больше, обеспечение и тренера лучше. Лучших игроков фактически сразу забирают в основной состав. И я был уверен, что ты переедешь с Алексом. — Раскрыл я все свои планы.
— То есть, варианта кроме как сдаться у меня не было? — улыбнулась она. — И что мне теперь делать?
— Сдаваться и переезжать к мужу, и желательно сегодня. — Поцеловал её я. — Но я буду и детям, и внукам рассказывать, что моя жена бегала за мной по всей Канаде целую неделю!
Вспоминать тот день всегда было приятно. Он стал первым в целой череде особых дней. Переезд, новость о беременности, свадьба, получение документов. Элис и Алекс решили взять мою фамилию, и теперь тоже были О'Донохью.
— Ну, что, старик у меня теперь есть, осталось начать пить пиво! — смеясь напомнил мне Алекс о нашем с ним разговоре в доме Северайнов.
В аэропорту мы неожиданно встретили Кледафа, брат провожал какого-то очередного исследователя дикой природы. Брат очень любил наши места и всячески способствовал сохранению статуса национального парка. А так как после того, как встретим Рида и Алекса, мы собирались всей семьёй к бабушке, то Кледаф решил возвращаться с нами.
— Мисс Дюжапле, — поздоровался Кледаф с директрисой бывшей школы мальчишек.
— О, здравствуйте. — Поздоровалась она, отчего-то смутившись.
— Вы знакомы? — удивилась Элис.
— Да, в начале каникул я была в парке и самостоятельно исследовала остатки старинного форта на озере. — Объяснила Анна- Андреа. — Но оказалась не готова к встрече с некоторыми трудностями походной жизни.
— Это мисс Дюжапле так называет простуду, падение в реку и три дня в горячке. — Ехидно улыбнулся брат.
— Но ты же помог? — уточнил я.
— Конечно. Ваш знакомый меня спас и выходил. — Кинула быстрый взгляд на брат директриса.
— Это мой брат, Кледаф О'Донохью. Вы разве не знали? — удивился я.
— Ну, что ты, Йер, разве потомственные аристократки узнают фамилии простых егерей и охотников. Много чести дикарям. Не правда ли, мисс Дюжапле? — впервые я видел брата таким язвительным и злым.
— Аннет, ты ещё дальше не могла забраться? — помешала ответить своим появлением смазливая блондинка, повиснувшая на шее директрисы.
— Мне кажется, мисс Дюжапле очень понравится Меган! — тихо хихикнула мне в плечо Элис.
Несколько месяцев спустя. Россия.
Все спортивные новости Канады были посвящены ежегодным национальным чемпионатам, проходивших сразу и среди профессионалов, и среди юниоров. Очень ярко выделялись обе команды "Фениксов". Спортивные таблоиды очень живо обсуждали недавнее приобретение клубом сразу двух звёзд прошлого сезона юниорской лиги: Рида Северайна и Алекса О'Донохью, блистательно продолжавшего хоккейную династию и бывшего явно достойной сменой своего отца, ведущего форварда Фениксов.
Не осталась незамеченной и новость о том, что в семье О'Донохью случилось радостное событие. Во время одного из матчей, после победной сирены в пользу "Фениксов", Йера О'Донохью поздравили с рождением сына, названного Адамом. Фотография запечатлела игрока с повисшим на его шее теперь уже старшим сыном тоже в форме "Фениксов", даже номер был тем же, девятнадцатым.
После чего, канадец пропустил две игры подряд, оставаясь рядом с женой.
Экран с открытой в интернете страницей мерцал в полутёмном кабинете и был единственным источником света в этой комнате.
Конец
Контент взят из интернета
Автор книги Сдобберг Дина