Торговый центр гудел, как потревоженный улей. Я шла рядом с мужем, чувствуя, как резинка от новых джинс впивается в живот. Третья беременность давалась тяжелее предыдущих — каждое утро я просыпалась с ощущением, будто меня переехал каток. Но сегодня мы выбрались "на люди", как говорил Сергей, "чтобы ты хоть немного от дивана оторвалась".
Он шел впереди, его кожаная куртка скрипела при каждом шаге. Вдруг он замедлил ход. Я посмотрела в том же направлении — у бутика с блестящими платьями стояли три девушки. Стройные, с волосами, как в рекламе шампуня, в коротких юбках, которые даже в мои двадцать пять казались бы мне слишком смелыми.
— Ну что, смотришь? — я толкнула его локтем.
Сергей вздрогнул, будто пойманный на воровстве.
— Просто сравниваю, — он провел рукой по своему коротко стриженному затылку. — Ты ведь могла бы так же выглядеть, если бы не запустила себя.
Воздух вокруг вдруг стал густым, как сироп. Я ощутила, как кровь приливает к щекам, но не от стыда — от ярости, которая поднималась от самых пят, нагревая кожу под свитером.
— Да? — мой голос прозвучал странно спокойно. — Хочешь, чтобы я так выглядела?
Он не заметил подвоха, его глаза еще скользили по стройным ногам незнакомок.
— Ну... было бы неплохо.
Дома я заперлась в ванной, долго смотрела в зеркало. Мешки под глазами, волосы, собранные в неопрятный хвост, облупившийся лак на ногтях. Я вспомнила, как в первую беременность плакала, обнаружив первые растяжки. Как во вторую уже просто вздыхала, застегивая старые джинсы. А теперь...
Я достала блокнот и ручку.
Сергей сидел за кухонным столом, доедая котлеты, когда я положила перед ним несколько листов.
— Что это? — он покосился на бумаги.
— Смета, дорогой. — Я села напротив, сложив руки на животе. — Ты хотел, чтобы я выглядела, как те девушки?
Он кивнул, все еще не понимая.
— Тогда слушай внимательно.
Я разложила листы перед ним.
— Во-первых, волосы. — Я ткнула пальцем в первую цифру. — Каждые три недели окрашивание корней, раз в два месяца — стрижка, еженедельно — профессиональные маски. Плюс домашний уход — шампуни, бальзамы, масла.
Сергей заморгал.
— Подожди...
— Во-вторых, ресницы. — Я перевернула страницу. — Наращивание раз в три недели, коррекция через полторы. Плюс специальные средства для ухода, чтобы не выпадали раньше времени.
Его брови поползли вверх.
— В-третьих, маникюр. — Я показала следующий пункт. — Раз в две недели, без вариантов. И педикюр заодно — красивая жена должна быть красива с ног до головы, верно?
Сергей открыл рот, но я уже перешла к следующему пункту.
— Косметолог. Чистка лица, уколы красоты, уходовые процедуры. Раз в месяц обязательно.
— Но...
— Спортзал! — я хлопнула ладонью по столу. — Три раза в неделю минимум. Плюс бассейн, чтобы целлюлита не было. И массажи — антицеллюлитный, расслабляющий, лимфодренажный.
Сергей побледнел.
— И, конечно, одежда. — Я сладко улыбнулась. — Ты же не хочешь, чтобы твоя красивая жена ходила в старых растянутых свитерах?
Он молча смотрел на итоговую сумму, его пальцы слегка дрожали.
— Это... ежемесячно? — прошептал он.
— Ну конечно, мой господин! — я игриво подмигнула. — Красота требует не только жертв, но и регулярных вложений.
С тех пор прошло три месяца. Сергей больше не засматривается на стройных девушек — теперь он вздрагивает, когда видит салоны красоты. А я по-прежнему хожу в растянутых свитерах, с волосами в хвосте и без маникюра.
Но теперь он знает истинную цену "незапущенной" внешности. И предпочитает любоваться мной такой, какая я есть — с животиком, в котором растет наш третий ребенок, с мешками под глазами от бессонных ночей и с облупившимся лаком на ногтях.
P.S. Вчера он принес мне букет ромашек — самых обычных, с дачной клумбы. И сказал, что я красивее всех тех кукол из торгового центра. Возможно, арифметика красоты все-таки ему кое-что доказала.