Мой отец из тех, кто не может принять помощь просто так, даже от дочери. Приболел. Скрывал долго, стесняясь нагружать меня своими болячками, знал, что мы оба с мужем тоже не совсем здоровы. Но все тайное рано или поздно становится явным. Забежала попроведать, а тут опухшая нога с трофической язвой и ещё пара проблем по здоровью. Отругала за то, что молчал, занялась им вплотную: больница, анализы, лечение- всё оплатила. Ну, и папа, такой: Благодарит как может: пирожки нам стряпает (тесто заводит сам), окрошку делает, пельмени ладит, сегодня карасиков нажарил. Вот такой он у нас, 76 лет, мне 50. люблю его от Земли до неба и обратно!
Мой отец из тех, кто не может принять помощь просто так, даже от дочери. Приболел.
Скрывал долго, стесняясь нагружать меня своими болячками, знал, что мы оба с мужем тоже не совсем здоровы. Но все тайное рано или поздно становится явным.
Забежала попроведать, а тут опухшая нога с трофической язвой и ещё пара проблем по здоровью. Отругала за то, что молчал, занялась им вплотную: больница, анализы, лечение- всё оплатила. Ну, и папа, такой:
Благодарит как может: пирожки нам стряпает (тесто заводит сам), окрошку делает, пельмени ладит, сегодня карасиков нажарил.
Вот такой он у нас, 76 лет, мне 50.
люблю его от Земли до неба и обратно!
