Кейна уже ни на что не обращала внимания, потому что готовилась к бою, анализируя, почему они почти сразу наткнулись на двоих. Удача или их очень много! А если эти из деревни давно ищут новое место организовать новое гнездо? А если они продолжают мутировать и самые удачные уходят из той деревни. Если те, кого они съели – прообраз для трансформации, чтобы скрыться, раствориться в общей массе людей. Сколько же их прячется в городе? Как их узнать и уничтожить, ведь везде же люди?! Нельзя, чтобы люди узнали, что им грозит! Сумеет ли она правильно сыграть свою роль?!
Кейна осторожно взглянула на Клима. А вдруг он догадается, что она волнуется и начнет к ней относится снисходительно? Лицо застыло, потому что она приказал организму прекратить психовать – она боец, и ей плевать на мнение какого-то… Кейна застыла, а кого какого-то? Боец он лучше, чем она, так что же она так беснуется? Ага, разобралась! Она никак не забудет ночь с ним, и зря! Это он должен тосковать. Она холодно осмотрела его и решила, что скоро она станет лучше, чем он.
Клима разволновало, её равнодушие. Он ведь её назвал хмелем, почти искренне. Женщины раньше тащились от этого. Это же такой изысканный комплимент, а она не обратила внимания! Может женщины, как и многие мужчины, не верят в чувства, а только изображают? Удивился. С чего бы он психует? Разве он хоть слово о романтике ей сказал ночью, да и утром промолчал. Взглянул на неё. Она все время облизывала пересохшие губы. Волнуется, понял он.
– В чем проблема, напарник? – очень старался, чтобы голос звучал ровно.
– А вдруг их там много? Это ведь фабрика. Там люди. Много! У нас даже ножей нет. Нельзя оставить следы. Ничего в голову не приходит.
– Справимся, напарник! – Клим кивнул ей. – Там есть инструменты, и они из металла. Я потом научу тебя драться в таких условиях. Убивать можно даже чертежной линейкой и карандашом. Спокойно!
Он ожидал, что у неё изменится голос, но Кей усмехнулась:
– Стыдно! Я сдрейфила. Ничего, Клим, справлюсь! Я не лебедица. Я хищник! Мне понравилась идея про линейку.
Он мысленно выругал себя. Не так с этой ниндзя надо говорить! Похоже у неё иммунитет к ухаживаниям обычного типа. Как он вообще додумался разговаривать с ней, как с другими? Она сумрачно взглянула на него. Его всегда тошнило от ухаживаний, и он тоже хищник, а вдруг и её тошнит от этих приторных слов. Они, как соратники кивнули друг другу, и хором сказали:
– Справимся!
Всегда, когда ты сам с собой всё выяснил, организм повышает способность принимать реальность такой, какая она сеть. Они оба понимающе переглянулись, когда увидели на воротах фабрики белый листочек в клеточку. Там было написано кривыми буквами – «Карантин!». Они представились охраннику с измученным лицом, тот обрадованно провыл:
– Врачи! Вы, таблетки или прививки привезли?! Ведь уже три раза бегал на ведро! Мой сменщик вообще пластом лежит с температурой тридцать восемь.
Клим мгновенно скользнул в небольшую комнатку, где на кушетке лежал здоровяк с испариной на лбу, и дал ему леденец, протянув металлическую линейку, помогая встать. Тот покачал головой.
– О как! Сразу стало легче. Вот это лекарство.
– Полежи часок и домой, – проговорил Клим и заставил расписаться. Парень немедленно заснул, Клим вернулся. – Все нормально, поспит и пойдет домой.
Охранник вытаращил глаза.
– Так быстро? Радует, что у меня хоть нет температуры. Однако диарея! У меня вон там старое цинковое ведро стоит. Обоим пригодилось. Жуть! А в «Скорой» обгавкали сказали, что у них завал.
Кей достала список и карточки:
– Скажите, Тимохин, а почему вы диспансеризацию не проходили? Ведь утром всех отправили на автобусе!
– Потому что у меня жена – дy.pa ревнивая! – Охранник горестно сморщился. – Там медсестрой Верка работает. У нас с ней давно, ещё до замужества, были шуры-муры. Так, когда это было, ещё в десятом классе! Так теперь жена всё время в больницу вместе со мной ходит. Двое детей, а она ревнует! Позорище! Ведь мужики обсмеют! Вот и не поехал, чтобы она вечером на меня не наезжала.
– Это в рот! – Кей выдала ему леденец, потом придавила к списку железную линейку и приказала. – Распишитесь, что приняли экспериментальный противовирусный препарат. За линию не заезжайте!
Охранник пососал леденец, а Клим снял и с него действие вируса, запретив тому делиться. Охранник прислушался к себе и благостно улыбнулся.
– О-ох! Хорошо. Сразу легче! Вот, что значит наука! И бесплатно, и сразу действует, а у нас в аптеках что-то набодяжат, и потом все хором мёдом, да водкой лечимся.
Они прошли в здание управления. В здании было тихо. В приемной директора сидела угрюмая и бледная секретарша и, держась за живот, прислушивалась к организму. Она поглядела на их белые халаты и сразу пожаловалась:
– Сидела бы дома, если бы этот вирус пораньше напал. Так нет! Только на работе прихватило! А потом позвонили и сказали, что карантин. Я и не рыпаюсь, потому что точно до дома не доеду, а здесь туалет в двух шагах. Слушайте, а вы больничный мне выдадите?
– Да, на три дня! – Клим на её глазах одел красивые сиреневые перчатки, выдал больничный и заставил расписаться.
– Чай пили? – строго спросила Кей и также одела сиреневыее тонкие перчатки.
– Пила. А что, надо было только воду? – перепугалась секретарша. – Я еще и таблетки с магнием выпила. Ведь столько солей теряю каждые два часа! Диарея жуткая.
– Вы всё правильно делаете! Вот препарат. Экспериментальный. Только для особых случаев! Рассосите его и распишитесь, – Кейна подсунула ей список с металлической линейкой и попросила расписаться. – Не волнуйтесь, линейку, я протираю специальной смесью. Заразиться опять вирусом невозможно.
Секретарша, испытав чудесное облегчение, потому что исчезла и температура и мучительные спазмы кишечника, расписалась и даже линейкой помахала в воздухе.
– Чудо какое! Вот что значит экспериментальный препарат! Что надо-то? Вы же не просто так сразу в Приемную пришли!
– Вот этих товарищей по списку надо вызвать. Они не прошли почему-то диспансеризацию. Дома их нет. В больнице волнуются. Там из-за вируса всех сотрудников разных предприятий нашим препаратом снабжают, – нахмурилась Кейна.
Секретарша просмотрела список и сообщила:
– Эти все с ночной смены, так и остались здесь. Побоялись, что не доедут в том автобусе, так всех прихватило. Они, простите, едва на горшок успевают добежать. У них только старший мастер нормально себя чувствует. Не понимаю, что же он ничего не рассказал?
– Его вирус прямо в больнице прихватил, – прошептал ей Клим.
– Бедолага! – секретарша горестно покачала головой. – Так что надо от меня? Только конкретно, я как-то после вируса туплю…
– Нам надо их всех осмотреть, померить температуру, и выдать таблетки, – Клим деловито выкладывал на стол, металлические карандаши с небольшой лампочкой на конце. Все очень красивое и наукообразное.
– Это что? – секретарша с любопытством воззрилась на эти толстенькие карандаши с разными цифрами на поверхности. – Я к чему это? Мне тоже надо его держать? Или как?
– Вы же таблетку уже приняли! – успокоила её Кей.
– Это – новый термометр-анероид анализатор. Учтите это обобщенное название, но мы доверяем вам. Он для всех называется Клён-21, – на лице Клима мелькнула хулиганская ухмылка. Он вдруг подумал, как давно не веселился и не шутил. Теперь, придумав эту ерундовину, он блаженствовал. Да и сила в нём буквально пенилась, ведь какие замечательные карандашики слепил! Хорошо, что секретарша не заметила пропажи всех металлических ручек на дверцах шкафчиков Приёмной. Клим подмигнул секретарю. – Этот аппарат нам сразу покажет вашу температуру и давление, а также уровень сахара в крови и состав триглицеридов.
Кейна покачала головой и притормозила разыгравшегося напарника.
– С высокой температурой мы Ваших сотрудников сразу отправим в больницу. Вам ничего измерять не надо, потому что температуры нет. У вас очень хороший иммунитет.
Секретарша радостно улыбнулась и, нажав какие-то кнопки на коммуникаторе, сообщила:
– Ребята, у меня здесь врачи с препаратами от пoнoca. Я уже блаженствую и валю домой. Все, кто здесь застрял, по очереди заходите в приемную. Скорее, у них суперпрепарат! Просто чудо какое-то! Мгновенно действует.
Секретаршу они усыпили и спрятали в кабинете директора, уложив на диван, и весело переглянувшись. Уж очень был большим якобы офисный диван.
Первые пятеро вошедших работников фабрики были зрелыми мужиками, которым было около пятидесяти и выше лет. Они сразу всё сделали, как надо, и расписались, проглотили леденцы и термометры подержали в руках. Посмотрев, как загорелась лампочка на карандашах (Клим резвился от души), и услышав, как запищал телефон, они перепугано уставились на Клима, но тот их успокоил, сообщив, что сразу идет регистрация показаний. Пожилой дядька за пятьдесят, уходя, буркнул:
– Вот бы так в поликлинике, а то там замучаешься, пока тебя примут.
Тем не менее все ушли счастливые и довольные, выпросив по конфетке для детей и жён, после чего разошлись по домам, ругая вирус и представляя, как отдохнут. Им же выписали оплачиваемый «больничный» на три дня!
Следующие пятеро так же не представляли для оперативников интерес. Обычные люди и честные работяги, которые так же решили, что экспериментальные таблетки чудо из чудес. Счастливо, улыбаясь, что им под расписку выдали леденцы для домашних. Красотка с роскошным бюстом поинтересовалась у уходящего рабочего:
– Слушайте, там уже никого нет? Сколько вас ещё?
– Немного! А что это ваших таблеток не хватает? – он встревожился. – Вы мне дали эти леденцы для детей, может кому-то хуже чем моим?
Кейна чуть не бросилась ему на шею – чудесный дядька, и тут же успокоила его:
– Да что Вы! Всё рассчитано. Просто, если вас мало, то мы сегодня не шесть объектов, а семь посетим до обеда.
– Может и успеете! Там начальник смены, мастер, наш дизайнер и ещё двое рабочих. Они новенькие.
– Трах-тибидох! А что не могли все сразу зайти? Мы бы уже шли домой.
– Вы что, не поняли? Они не могли сразу, они в толчке сидят. Как освободятся, так и придут, – пояснил мужик.
– Ладно, идите. Теперь Вам вирус не грозит! – Кейна, демонстративно не обращая внимания на вышедших рабочих, громко проговорила Климу. – Слушай! Здесь же есть дизайнер. Надо поговорить с ним насчёт кровати для бабушки! Мне не нравится её лежбище. Она старая у неё кости ломят. Главное, не забыть про ортопедический матрас.
– Надо попросить, чтобы сделали все побыстрее, а кровать в стиле ретро. Ну что же ждем и…
Клим смотрел, как она, стоя спиной к двери, потянулась. Мягко распахнулась дверь, и в это время, как назло, проснулась секретарша и выглянула из кабинета.
– О! Это – Русланчик! Он наш дизайнер, непременно вам поможет с кроватью, – сообщила секретарша и взвизгнула, от того, что увидела.
Почему-то бледный, как мел, их дизайнер Русланчик с хищным оскалом бросился на врача с ножами для резки картона в руках. Врач одним движением свернула ему шею на сто восемьдесят градусов. Дизайнер так с отвернутой головой и бросился на секретаршу. Это было так страшно, что она пискнула и потеряла сознание.
Клим прыгнул через стол, воткнув линейку в горло «мертвяку»-дизайнеру, зашедшие следом трое, якобы рабочих, одновременно бросились на Кей, которая махала на них руками, изображая страх, и визжала: «Ай-ай». Она чувствовала ещё двух, и ей надо было их заманить в приемную. «Упыри» не заставили себя ждать. Кей бросилась вперёд и намертво заклинила дверь тяжелым стулом и тумбочкой. Увернувшись от них, она приветливо улыбнулась и помахала им рукой.
– Привет, тараканы! Побегаем?!
Эти «мертвяки» двигались гораздо резвей своих родичей в лесу и у них были не когти, а ножи. Теперь Клим и Кей дрались спина к спине. Кей восхищалась тем, как дрался Клим и немного завидовала ему. Все металлическое Клим воткнул в первого «мертвяка», и тот расплывался по полу коричневато-белесой лужей. Клим мимоходом бросит туда зажигалку. Лужа вскипела, оставив почему-то запах жаренных грибов. Кей в это время успешно ломала руки остальным.
Четверо псевдо-упырей, изломанных и изорванных когтями Кей, всё поняли и попытались вырваться, но они не выпустили их. Монстры поняли, что им конец и дрались с отчаянием обреченных. Кейна, у которой тряслись руки после бешеного боя, прохрипела:
– Я аккуратно их…
– Вместе! – возразил он.
Пришлось повозиться, когда они их уничтожали, стараясь ничего не поджечь вокруг. Было трудно, но они справились. Клим угрюмо проговорил:
– Долго возились! Десять минут потратили. Можно было быстрее.
– Зато теперь знаем, как их убивать в городе, – отмахнулась Кей. – Научились.
Клим, потратив часть силы, чтобы восстановить приличный вид разрушенной Приемной, не смог спустить такого слова «научились» и рыкнул:
– Вот и учись! Тебе это просто необходимо.
Кейна уже готова была что-то ему ответить, но услышала стон из кабинета директора фабрики. Она мгновенно уселась на стуле и принялась писать на папочке отчет и сосать чупа-чупс. Когда из кабинета вышла секретарша, то её встретили сибаритствующие приезжие.
Клим, воркуя, сообщил:
– Слушайте, мы прибрались здесь, но у ваших из-за температуры были бред и галлюцинации. Пришлось бригаду вызывать. Кстати, у вас тоже бред был, потом вы потеряли сознание. Кошмар! Ваш дизайнер – полный пpuдypoк. Он здесь решил костер разжечь. Представляете?!! У него даже бубен был. Не думаю, что это – вирус, он явно чего-то нанюхался. Сударыня, Вас завести домой!
– Нет! Я сама! – пискнула секретарша, принюхиваясь, почему-то пахло жареными грибами.
Клим поцеловал ей руку, и она понеслась к выходу, в конце коридора обернулась и увидела примечательную картину. В приёмной докторша влепила пощечину коллеге, потом схватила его за майку и зашипела, как дикая кошка:
– Руки целовать! Ах, ты-ы!
А тот захохотал и поцеловал и ей руку.
– По-моему, у них тоже галлюцинации. Совсем обалдели! Врачи, а целуют руки. Точно, нам же новый клей завезли! Это из-за него, – прошептала секретарша и побежала к своей машине, решив раз уж карантин, то весь день она проведет в постели.
Клим подсунул Кей свой локтевой сгиб.
– Угощайся, Хмель!
– У тебя с головой что-то не так? Зачем мне надо тебя кусать? Я же тогда уже укусила.
– Это был не укус, а так себе! Ты ничего не получила.
– Клим! Прости, за оплеуху. Это что-то… Кхм… Знаешь, такое… Нутряное бабское, – Кейна опять напомнила организму, что она с ним самое совершенное в мире.
– Тебе что, два раза повторять? Пей! – Клим свирепо прищурился. – Не люблю в должниках ходить. Пей, повторяю! Я все равно заставлю тебя это сделать. Раз уж я пил твою кровь в кайф, то…
Она рассерженно впилась ему в вену и сделала пару больших глотков, не то, что в первый раз. Что-то произошло. Организм кипел и перестраивался. Кейна потрясла головой и нахмурилась.
– Знаешь, а ведь я не получила знаний о технике боя, которой ты владеешь.
– А я и не собирался, учить девчонку убивать!
Кейна зло прищурилась. Она никому никогда не позволит указывать ей. Особенно, мужчине.
– Я не девчонка! А ты… Ты только партнер. Не забывай! Это понятно?
Он покачал головой и зарычал:
– Я не просто партнер. Я твой муж. Сама только что согласилась на брак. Только мне пикни, что это не так, жена! Ты не знаешь, каков я в гневе!
Клим растерянно смотрел на женщину, лежащую у него на руках без сознания. Он почти нёс её к машине, потому что она дрожала в его руках, как пойманная птичка. Кровь напомнила ей о древнем обряде, а организм сообщил, что он согласен, и Клим, действительно, её муж. Ярость вскипела в ней. Он только мужчина! Ничего она не успела сказать, потому что Клим взял и разрушил её боевой настрой, одним предложением:
– Надо нам кольца купить! Чтобы ты ни на кого не заглядывалась.
Кровь есть кровь. Организм радостно опять напомнил, что он настоящий, с ним можно и в огонь, и в воду. Однако, гордыня подняла голову, и Кейна усмехнулась:
– Неужели не побоишься?! Я не буду тебе борщи варить.
– Супами обойдусь, – Клим знал, что её надо завоевать, и обдумывал это. Из-за того, что он обдумывал заодно и дальнейшие шаги в отношении упырей, то ляпнул. – Знаешь, надо узнать, как все наши там, и поехали в гостиницу.
Он был убежден, что они уже привлекли внимание тех, кто прятался, и псевдо упыри придут по их душу. Нельзя было подставлять неумеющих воевать людей, и поэтому он предложил гостиницу. Клим помнил, что у них угловой номер. Не успел всё сказать, потому что Кейна вдруг зло прищурилась и прорычала:
– Не утруждайся! Не стоит изображать ненасытного мачо, – и отвернулась, а спустя секунду у неё потемнело в глазах.
Когда она очнулась, то увидела его побелевшие губы и злые глаза. Однако он тихо и слишком спокойно проговорил (но она знала, что такой тон скрывает ярость, кипевшую в крови):
– Достала! Мне всё равно, что потом со мной будет, но я не дам тебе покинуть меня. Уйдем из жизни вместе! Поняла? У меня там нож в кармане. Можешь защищаться.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: