Звонок в дверь раздался как гром среди ясного неба. Диана вздрогнула, расплескав кофе на рукопись. Чертыхнувшись, она бросила взгляд на часы — восемь тридцать утра субботы. Кто мог заявиться в такую рань?
Второй звонок был настойчивее первого. Диана нехотя поплелась к двери, на ходу пытаясь пригладить растрепанные волосы. Вчера она допоздна работала над новой главой своей книги и выглядела сейчас, мягко говоря, не презентабельно.
— Иду-иду! — крикнула она, когда звонок затрезвонил в третий раз.
Открыв дверь, Диана почувствовала, как земля уходит из-под ног. На пороге стояла Галина Николаевна — бывшая свекровь, которую она не видела почти два года после развода с Ромой. А рядом с ней — Кирилл и Настя, её дети.
— Доброе утро, невестушка, — произнесла Галина Николаевна с той особой интонацией, которая всегда заставляла Диану внутренне съёживаться. — Надеюсь, мы не слишком рано?
Не дожидаясь приглашения, свекровь решительно шагнула в прихожую, подталкивая вперед детей. Те выглядели смущенными и сонными.
— Галина Николаевна... какой сюрприз, — Диана с трудом подбирала слова, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. — Почему вы не предупредили?
— А что, нужно предупреждать, чтобы навестить родных внуков? — свекровь скинула туфли, не снимая пальто. — Детки, проходите, не стойте в дверях.
Диана машинально обняла детей, вдыхая родной запах их волос, но в голове крутился вихрь вопросов. По решению суда сегодня не был день её встречи с детьми. Почему Рома не предупредил? И что, черт возьми, задумала эта женщина?
— Киря, Настенька, идите умойтесь, — мягко сказала Диана, указывая в сторону ванной. — Я приготовлю вам завтрак.
Когда дети скрылись в ванной комнате, она повернулась к свекрови, скрестив руки на груди.
— Может, всё-таки объясните, что происходит? — спросила она, стараясь говорить спокойно.
Галина Николаевна, не отвечая, медленно двинулась по коридору, заглядывая в комнаты. Её цепкий взгляд скользил по стенам, мебели, задерживаясь на новых деталях интерьера.
— Смотрю, ремонт сделала? И диван новый... — она провела рукой по кожаной обивке. — Недешёвый, наверное?
Диана почувствовала, как к щекам приливает краска. Этот тон она помнила слишком хорошо — именно так Галина Николаевна всегда выражала своё неодобрение, когда они с Ромой жили вместе.
— Вы не ответили на мой вопрос, — настойчиво повторила Диана, следуя за свекровью по пятам. — Почему дети с вами, а не с Ромой? Сегодня даже не мой день для встреч.
Галина Николаевна остановилась у книжной полки, рассматривая новые фотографии в рамках. Среди них была одна, где Диана стояла рядом с высоким светловолосым мужчиной на фоне моря.
— Это ещё кто? — бесцеремонно ткнула пальцем в фото свекровь.
— Это мой друг Олег, — Диана забрала фотографию из её рук и поставила обратно. — И всё-таки, Галина Николаевна...
— Рома срочно уехал в командировку, — наконец снизошла до ответа свекровь. — Позвонил мне среди ночи, попросил забрать детей. А я что, нянька? У меня своя жизнь. Вот и решила привезти их к матери — в конце концов, это твои дети.
В груди Дианы что-то болезненно сжалось. Два года после развода Рома делал всё, чтобы ограничить её общение с детьми. Добился через суд, чтобы они жили с ним, оставив ей лишь два выходных в месяц. А теперь, когда ему понадобилось, просто скинул их на мать без предупреждения?
— Почему он сам мне не позвонил? — тихо спросила Диана.
— А ты телефон не меняла, случайно? — с сарказмом поинтересовалась Галина Николаевна, продолжая осматривать квартиру. Теперь она зашла на кухню и открывала дверцы шкафчиков, словно проводила инвентаризацию.
— Не меняла, — отрезала Диана. — И если Рома пытался дозвониться, я бы знала. У меня нет пропущенных от него.
Свекровь хмыкнула, закрывая холодильник, который успела проверить.
— Ну, знаешь, мальчик очень занят. Новая работа, новые обязанности... Не то что некоторые, которые могут себе позволить сидеть дома и книжки писать.
Диана глубоко вдохнула, сдерживая раздражение. Она привыкла к шпилькам свекрови, но сейчас ей нужно было сосредоточиться на главном — детях.
— На сколько дней он уехал? — спросила она.
— Минимум на неделю, — Галина Николаевна вернулась в гостиную и плюхнулась в кресло, всем своим видом показывая, что не собирается никуда уходить.
К ним вышли дети — умытые, но всё ещё сонные. Настя, шестилетняя копия Дианы, с тёмными кудряшками, первая подбежала и обняла мать.
— Мамочка, я так соскучилась! — прошептала она, уткнувшись носом Диане в живот.
Девятилетний Кирилл держался чуть в стороне, но в его глазах тоже светилась радость.
— Привет, мам, — сказал он, стараясь казаться взрослым и независимым.
Сердце Дианы растаяло. Что бы ни задумали Рома с его матерью, она была счастлива провести с детьми целую неделю.
— Идёмте завтракать, — Диана повела всех на кухню. — У меня есть блинчики, могу разогреть.
Пока дети с аппетитом уплетали завтрак, Галина Николаевна продолжала свою инспекцию. Она даже не пыталась скрыть, что оценивает каждую деталь обстановки.
— А телевизор-то новый, плазма, — отметила она, кивая на экран в углу кухни. — И кофемашина... Смотрю, не бедствуешь после развода. Хотя алименты от Ромы, насколько я знаю, не ахти какие.
Диана поставила перед свекровью чашку кофе, решив не реагировать на провокацию. Ей было не впервой. С первого дня знакомства Галина Николаевна дала понять, что считает её охотницей за деньгами её сына, хотя на момент их встречи у Ромы, кроме долгов, ничего не было.
— Попробуйте, это новый сорт, из Эфиопии, — сказала она вместо ответа.
Свекровь отпила глоток и поморщилась.
— Слишком горький. И дорогой, небось? — она повертела в руках упаковку кофе. — Да, на такой образ жизни никаких алиментов не хватит...
Диана заметила, как Кирилл напрягся, услышав эти слова. Мальчик был не по годам понятливым и наверняка улавливал нездоровую атмосферу.
— Дети, когда позавтракаете, можете посмотреть мультики в моей комнате, — предложила Диана, включая планшет. — Я недавно скачала новые серии "Космических рейнджеров", Кирюша.
Лицо сына просветлело.
— Правда? Класс! — он торопливо доел блинчик. — Пойдём, Настя!
Когда дети ушли, Диана повернулась к свекрови. Её терпение было на исходе.
— Галина Николаевна, давайте начистоту. Зачем вы здесь?
Свекровь отставила чашку и посмотрела на Диану с нескрываемой неприязнью.
— Знаешь, я всегда говорила Роме, что ты хитрая. Так и вышло, — она обвела взглядом кухню. — Развелась и осталась в шоколаде. Квартира от родителей досталась, работа непыльная... А мой сын пашет как проклятый, чтобы свести концы с концами.
Диана закатила глаза. Это было настолько предсказуемо.
— Ваш сын сам подал на развод, если вы забыли, — тихо, но твёрдо сказала она. — И тогда же решил отсудить детей, хотя прекрасно знал, что не сможет уделять им достаточно времени. А теперь что? Командировка внезапная?
— Не твоё дело, — отрезала Галина Николаевна. — И вообще, я только хотела убедиться, что у тебя подходящие условия для детей.
— Условия? — Диана почувствовала, как внутри закипает гнев. — За два года после развода вы ни разу не поинтересовались, в каких условиях я живу. Зато когда понадобилось пристроить внуков, сразу вспомнили о матери.
Галина Николаевна поджала губы и встала.
— Ладно, я вижу, что тут всё в порядке, — она направилась в коридор. — Заберу их в воскресенье. Или Рома сам приедет, когда вернётся.
Диана последовала за ней.
— А вещи детей? Школьные принадлежности Кирилла? У Насти занятия в танцевальном кружке по вторникам и четвергам.
Свекровь махнула рукой.
— В багажнике сумка с их вещами. А насчёт школы и кружков — разберёшься. В конце концов, ты их мать.
Диана вышла с Галиной Николаевной к машине, забрала сумку с детскими вещами. Всё это время она кипела от возмущения, но держала лицо. Ради детей.
Когда она вернулась в квартиру, Кирилл и Настя всё ещё смотрели мультики в её комнате. Диана тихонько присела на край кровати, разглядывая их лица. Как же они выросли за эти месяцы вынужденной разлуки!
Она достала телефон и набрала номер Ромы. Гудки шли, но трубку никто не брал. Через минуту пришло сообщение: "Не могу говорить. Объяснил всё маме. Спасибо, что побудешь с детьми."
Диана уставилась на экран телефона. Спасибо? Побудешь с детьми? Словно она наёмная няня, а не мать! Два года он использовал все возможные зацепки, чтобы ограничить её общение с детьми, а теперь просто скинул их без предупреждения.
— Мам, а мы правда на целую неделю останемся? — спросил Кирилл, оторвавшись от планшета.
Диана улыбнулась, стараясь не показывать своего раздражения от ситуации.
— Похоже, что да, солнышко. Папа уехал в командировку.
— Ура! — захлопала в ладоши Настя. — А ты нам почитаешь свою новую книжку? Папа говорил, что ты пишешь всякие глупости, но я хочу послушать!
Диана почувствовала, как сердце сжалось. Значит, вот что Рома говорил детям о её работе.
— Конечно, почитаю, — она обняла дочку. — А ещё мы можем сходить в парк, в кино, в зоопарк... Куда захотите. У нас впереди целая неделя!
— А в школу мне завтра идти? — с надеждой спросил Кирилл.
— Придётся, дружок, — улыбнулась Диана. — Образование — это важно.
Следующие два дня пролетели как в сказке. Диана брала отгулы на работе, чтобы проводить больше времени с детьми. Они ходили в парк, готовили вместе ужин, смотрели мультики. Вечерами она читала им главы из своей новой детской книги, и дети слушали, затаив дыхание.
В среду утром, когда она собирала Кирилла в школу, а Настю в детский сад, раздался звонок в дверь. На пороге стояла Галина Николаевна, но на этот раз не одна. Рядом с ней маячила незнакомая женщина средних лет с блокнотом в руках.
— Доброе утро, Диана, — с фальшивой улыбкой сказала свекровь. — Мы к вам буквально на минутку. Это Елена Сергеевна из опеки. Просто хотим убедиться, что с детьми всё в порядке.
Диана замерла с бутербродом в руке, который только что готовила для Кирилла в школу.
— Опека? — переспросила Диана, чувствуя, как по спине пробежал холодок. — Но зачем?
Елена Сергеевна, женщина с усталым лицом и внимательным взглядом, шагнула вперёд.
— Это стандартная процедура, — сказала она, протягивая удостоверение. — Поступил сигнал о возможном неблагополучии...
— Сигнал? От кого? — Диана перевела взгляд на свекровь, которая старательно отводила глаза.
В этот момент в коридор выскочили дети.
— Бабушка! — обрадовалась Настя. — Ты за нами?
— Нет, милая, просто зашла проведать, — ответила Галина Николаевна, обнимая внучку. — Как вы тут? Всё хорошо?
Кирилл настороженно переводил взгляд с бабушки на незнакомую женщину, потом на встревоженное лицо матери.
— У нас всё отлично, — сказал он твёрдо. — Мама нам блинчики печёт и свою книжку читает. А вчера мы в парке были и кормили белок.
Елена Сергеевна записала что-то в блокнот и улыбнулась детям.
— Можно мне осмотреть квартиру? — спросила она, обращаясь к Диане.
— Конечно, — кивнула та, всё ещё пытаясь осмыслить происходящее. — Дети, продолжайте завтракать, мы скоро.
Пока Елена Сергеевна осматривала комнаты, открывая шкафы и заглядывая в холодильник, Диана не сводила глаз с Галины Николаевны, которая держалась чуть в стороне с самодовольным видом.
— Это ваших рук дело? — тихо спросила Диана, когда они остались вдвоём в коридоре.
— Не понимаю, о чём ты, — свекровь пожала плечами. — Я просто беспокоюсь о внуках. Ты ведь так редко с ними видишься... может, условия не подходящие?
— Условия не подходящие? — Диана едва сдерживала гнев. — Или это часть плана Ромы полностью лишить меня детей?
Галина Николаевна хотела что-то ответить, но в этот момент вернулась сотрудница опеки.
— Что ж, с жилищными условиями всё в порядке, — сказала она, закрывая блокнот. — Комната для детей есть, продукты в холодильнике тоже. Теперь хотелось бы поговорить с детьми наедине, если вы не возражаете.
Диана кивнула, хотя внутри всё сжалось от страха. Что, если дети скажут что-то не то? Что, если Рома и его мать уже настроили их против неё?
Пока Елена Сергеевна беседовала с детьми на кухне, Диана и Галина Николаевна сидели в гостиной в напряжённом молчании.
— Знаешь, — наконец сказала свекровь, оглядывая комнату, — я всегда говорила Роме, что ты думаешь только о себе. Вот и сейчас — хорошо устроилась! Квартира в центре, новая мебель, дорогая техника... А дети живут с отцом в съёмной двушке на окраине.
Диана сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони.
— Я предлагала Роме оставить детей со мной, — процедила она сквозь зубы. — Но он настоял на своём. Его устраивало видеться с ними только по выходным, когда ему удобно. А что до квартиры — она досталась мне от родителей ещё до нашей свадьбы. Рома прекрасно это знал, когда подавал на развод.
— Хорошо устроилась! — с неприкрытой завистью повторила Галина Николаевна. — А мой сын пашет на двух работах, чтобы обеспечить детей.
— Которых сейчас привёз ко мне, не предупредив, — парировала Диана. — И, судя по всему, это не просто командировка, верно? Что на самом деле происходит, Галина Николаевна?
Свекровь отвернулась, разглядывая книжную полку.
— Понятия не имею, о чём ты...
В этот момент в гостиную вернулась Елена Сергеевна вместе с детьми.
— Что ж, я закончила, — сказала она, убирая блокнот в сумку. — Всё выглядит в порядке. Дети ухоженные, квартира чистая, еда есть. Никаких оснований для беспокойства я не вижу.
Диана с облегчением выдохнула.
— Спасибо, — сказала она, провожая сотрудницу опеки к двери.
— Всего хорошего, — кивнула Елена Сергеевна. — И, знаете, — добавила она тише, так, чтобы слышала только Диана, — не первый раз сталкиваюсь с такими "сигналами" от бывших родственников. Просто делайте своё дело и любите детей.
Когда дверь за ней закрылась, Диана повернулась к свекрови.
— Вам тоже пора, Галина Николаевна. Нам с детьми нужно собираться в школу и детский сад.
— Я никуда не уйду, пока не выясню, что происходит, — заявила свекровь, скрестив руки на груди. — Где Рома? Почему он не отвечает на мои звонки уже третий день?
Диана опешила.
— Что значит "где Рома"? Разве не вы сказали, что он в командировке?
Галина Николаевна раздражённо фыркнула.
— Он позвонил мне в воскресенье вечером, сказал, что срочно нужно уехать по работе, и попросил забрать детей на пару дней. Сказал, что предупредит тебя... А потом пропал. Телефон не отвечает, на работе говорят, что никакой командировки не было!
Диана почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Она бросила взгляд на детей, которые, к счастью, ушли в свою комнату собирать портфели.
— И вы решили... что я что-то знаю? — медленно спросила она.
— А что мне было думать? — Галина Николаевна всплеснула руками. — Рома в последнее время сам не свой был. Всё о тебе говорил, как ты с детьми общаешься, как они к тебе тянутся... Может, решил к тебе вернуться? А ты его отшила? У тебя же теперь этот твой... как его... Олег? — она кивнула на фотографию.
Диана не верила своим ушам. Неужели свекровь серьёзно считала, что она знает, где Рома?
— Галина Николаевна, я понятия не имею, где ваш сын, — сказала она твёрдо. — Единственное, что я получила от него — это сообщение, где он благодарит меня за то, что я побуду с детьми. И всё.
Свекровь поджала губы, явно не веря.
— А эта проверка из опеки? — спросила Диана. — Зачем вы это устроили?
— Я должна была убедиться, что детям здесь хорошо, — упрямо ответила Галина Николаевна. — Мало ли что...
— Мало ли что? — Диана почувствовала, как внутри закипает ярость. — Вы думаете, я могу навредить собственным детям?
— Не кричи, — осадила её свекровь. — Дети услышат. Я просто волнуюсь. И за них, и за Рому.
Она достала телефон и показала Диане экран с неотвеченными вызовами.
— Видишь? Тридцать семь звонков за три дня! И ни на один не ответил. Это на него не похоже.
Диана нахмурилась. Действительно, как бы они ни расстались с Ромой, он всегда был ответственным отцом и сыном. Странно, что он просто исчез.
— Вы обращались в полицию? — спросила она.
— Ещё нет, — покачала головой Галина Николаевна. — Взрослый человек, заявят, что прошло слишком мало времени. Но я уже все больницы обзвонила — его нигде нет.
Диана задумалась. Ситуация действительно становилась тревожной.
— Вы знаете, где он живёт сейчас? Может, стоит съездить проверить?
— Уже была, — свекровь устало опустилась в кресло. — Ключей у меня нет, соседи его не видели с воскресенья. Я даже в гараж заглянула через окно — машина на месте.
Диана почувствовала укол беспокойства. Что, если с Ромой действительно что-то случилось?
— Мама, мы готовы! — в гостиную вбежала Настя с рюкзаком. За ней следовал Кирилл с портфелем.
— Отлично, солнышко, — Диана натянуто улыбнулась. — Бабушка ещё побудет здесь, а мы с вами пойдём в школу и садик.
Проводив детей и вернувшись домой, Диана обнаружила, что Галина Николаевна так и сидит в кресле, глядя в одну точку.
— Я позвоню на его работу, — предложила Диана, снимая куртку. — У меня остался номер Сергея, его начальника.
Разговор с начальником Ромы оказался коротким и не слишком информативным. Сергей подтвердил, что Рома взял отгул на понедельник, сказав, что у него какие-то семейные обстоятельства. Во вторник и среду на работу не явился и на звонки не отвечал. Никакой командировки ему не назначали.
— Вот видите, — сказала Диана, положив трубку. — Что-то явно не так.
Галина Николаевна сидела, обхватив голову руками.
— Я всегда знала, что этим всё закончится, — пробормотала она. — Он в последнее время какой-то дёрганый был. Всё о деньгах говорил, о каких-то долгах...
Диана насторожилась.
— Долгах? Каких долгах?
Свекровь махнула рукой.
— Не знаю точно. Намекал что-то. Я думала, это из-за алиментов или кредита на машину... А может, во что-то вляпался?
Диана села напротив неё, пытаясь собрать мысли в кучу.
— Послушайте, — сказала она, — нам нужно действовать. Если с Ромой что-то случилось, дети будут спрашивать, где папа. Что мы им скажем?
— Скажем, что у него продлилась командировка, — твёрдо ответила Галина Николаевна. — Незачем их пугать раньше времени.
Диана кивнула. В этом был смысл.
— Хорошо. А пока давайте всё-таки обратимся в полицию. Три дня без связи — это уже повод для беспокойства.
Свекровь неохотно согласилась. Весь день они провели, собирая информацию — звонили друзьям Ромы, проверяли соцсети, съездили на его квартиру. Никаких следов. Вечером подали заявление о пропаже человека, но полицейский, принимавший заявление, не выглядел особо обеспокоенным.
— Взрослый мужчина, может появиться в любой момент, — сказал он, заполняя бумаги. — Но мы проверим больницы и прочее. Позвоните, если объявится.
Вернувшись домой, Диана забрала детей из продлёнки и детского сада. Они были счастливы — мама встречает их второй день подряд! Такого не случалось с самого развода.
Следующие два дня прошли в напряжённом ожидании. Диана старалась вести себя как обычно с детьми, но мысли постоянно возвращались к исчезновению Ромы. Где он? Что случилось? И почему он выбрал именно этот момент, чтобы пропасть?
Галина Николаевна звонила по нескольку раз в день, проверяя, нет ли новостей. В пятницу вечером она снова приехала без предупреждения.
— Я не могу так больше, — сказала она, переступая порог. — Мне кажется, с ним случилось что-то страшное.
Дети уже спали, и женщины расположились на кухне.
— Может, он просто решил взять паузу? — предположила Диана. — Знаете, многие мужчины в кризисе среднего возраста уезжают куда-нибудь, чтобы подумать о жизни.
— Ему тридцать четыре, какой кризис среднего возраста? — отмахнулась свекровь. — И он никогда бы не бросил детей просто так.
Внезапно телефон Дианы зазвонил. Незнакомый номер.
— Алло? — она включила громкую связь, чтобы Галина Николаевна тоже слышала.
— Диана Андреевна? — раздался мужской голос. — Это следователь Климов, городское УВД. Мы получили информацию по заявлению о пропаже Романа Викторовича.
Диана и свекровь обменялись тревожными взглядами.
— Да, слушаю вас.
— Вы можете подъехать в отделение? Есть информация, которую лучше обсудить лично.
Сердце Дианы ушло в пятки.
— Что случилось? Он... с ним всё в порядке?
— Приезжайте в отделение, — повторил следователь. — Чем быстрее, тем лучше.
— Я сейчас не могу, — Диана бросила взгляд в сторону детской. — У меня дети спят одни.
— Я останусь с ними, — быстро сказала Галина Николаевна. — Поезжай. Немедленно.
Диана всю дорогу до отделения полиции прокручивала в голове худшие сценарии. Что, если Рома попал в аварию? Или его ограбили? Или...
Следователь Климов оказался невысоким плотным мужчиной лет сорока с усталым взглядом.
— Присаживайтесь, — он указал на стул напротив своего стола. — У меня есть несколько вопросов.
— Что с Ромой? — перебила его Диана. — Он жив?
Климов вздохнул.
— Жив, да. Но ситуация, скажем так, непростая. Когда вы в последний раз общались с бывшим мужем?
— В воскресенье, — Диана показала сообщение на телефоне. — Он написал, что не может говорить, и поблагодарил за то, что я побуду с детьми.
Следователь записал что-то в блокнот.
— А до этого? Как часто вы контактировали?
— Только по вопросам детей, — ответила Диана. — После развода наши отношения были... натянутыми.
Климов кивнул, словно это подтверждало его догадки.
— Вы знали о финансовых проблемах вашего бывшего мужа? О долгах?
Диана напряглась.
— Его мать что-то упоминала, но конкретно я ничего не знаю. Мы не обсуждали финансы после развода.
Следователь открыл папку на столе и повернул к Диане фотографию. На ней Рома в аэропорту проходил паспортный контроль.
— Узнаёте?
— Да, это он, — подтвердила Диана, чувствуя, как внутри всё холодеет. — Где это снято?
— Аэропорт Шереметьево, воскресенье, 21:45, — Климов захлопнул папку. — Ваш бывший муж покинул страну рейсом до Стамбула. Дальше след теряется, но, судя по всему, это транзитный пункт.
Диана застыла, не в силах осмыслить информацию.
— Покинул страну? Но... зачем?
Климов откинулся на спинку стула.
— Вот это нам и хотелось бы выяснить. Особенно учитывая, что в понедельник в компании, где работал Роман Викторович, обнаружилась пропажа крупной суммы денег. Около четырёх миллионов рублей.
Диана почувствовала, как комната поплыла перед глазами.
— Это невозможно, — прошептала она. — Рома не мог... он никогда бы не...
— Записи с камер наблюдения и показания коллег говорят об обратном, — сухо заметил Климов. — Он был последним, кто имел доступ к сейфу с наличностью в пятницу вечером. А в понедельник денег уже не было.
Диана покачала головой, пытаясь осознать услышанное.
— А дети? Он просто бросил своих детей?
— Похоже на то, — кивнул следователь. — Если только вы не были в сговоре и не планировали встретиться позже.
Диана вскочила.
— Что?! Вы серьёзно думаете, что я могла участвовать в этом? Он отсудил у меня детей, ограничил общение с ними, а теперь я должна была помогать ему в каком-то... ограблении?
Климов поднял руки в примирительном жесте.
— Я просто рассматриваю все версии. Присядьте, пожалуйста.
Диана медленно опустилась обратно на стул.
— У нас есть информация, что Роман испытывал финансовые трудности, — продолжил следователь. — Кредиты, долги перед частными лицами... Возможно, он просто не выдержал давления.
— И бросил детей, — повторила Диана, всё ещё не веря. — Как он мог?
— Этого я не знаю, — пожал плечами Климов. — Но теперь дети остаются с вами, как с матерью. Если вы не планируете срочно покинуть страну, — добавил он с лёгкой иронией.
Диана даже не отреагировала на подколку.
— Конечно, они останутся со мной, — твёрдо сказала она. — Я их мать.
— Хорошо, — кивнул следователь. — Тогда на сегодня всё. Мы объявим вашего бывшего мужа в международный розыск. Если у вас появится какая-то информация о его возможном местонахождении — сразу звоните.
Диана вышла из отделения на подгибающихся ногах. Весенний вечер был тёплым, но её трясло. Рома сбежал. Украл деньги и сбежал из страны, бросив детей на неё. На ту самую женщину, которую два года пытался отстранить от их воспитания.
Как она скажет об этом детям? Как объяснит Галине Николаевне?
Вернувшись домой, Диана обнаружила свекровь в гостиной. Та сидела на диване, нервно теребя край кофты.
— Ну что? — с тревогой спросила она, вскакивая. — Что-нибудь узнали? Он жив?
Диана медленно кивнула, собираясь с духом.
— Жив, — сказала она тихо. — Но новости... не самые хорошие.
Она кратко пересказала разговор со следователем. С каждым словом лицо Галины Николаевны становилось всё более бледным.
— Нет, — она покачала головой. — Это какая-то ошибка. Мой сын не мог... Он не вор! И он никогда бы не бросил детей!
— Факты говорят об обратном, — ответила Диана, чувствуя странное онемение. Она всё ещё не до конца осознала случившееся. — И теперь нам нужно решить, что говорить детям.
Галина Николаевна рухнула обратно на диван.
— Господи, как же так... — она закрыла лицо руками.
— Я предлагаю пока сказать им, что папа уехал по работе надолго, — сказала Диана после паузы. — А дальше... будем смотреть по обстоятельствам.
Галина Николаевна молча кивнула. Внезапно она выглядела постаревшей лет на десять.
— Я никогда бы не подумала, — прошептала она. — Мой мальчик... Что же с ним случилось?
Диана почувствовала неожиданный укол жалости к этой женщине, которая всегда относилась к ней с неприязнью.
— Может, у него были какие-то проблемы? — спросила она осторожно. — Что-то, о чём он вам не рассказывал?
Свекровь покачала головой.
— Не знаю... Он всегда был таким... правильным. В школе отличник, в институте староста группы... А потом встретил тебя, и всё изменилось.
И вот оно. Даже сейчас Галина Николаевна не могла удержаться от шпильки.
— Вы серьёзно? — Диана не поверила своим ушам. — Ваш сын украл деньги, сбежал из страны, бросил детей — и виновата я?
Галина Николаевна поджала губы.
— Я не это имела в виду...
— Именно это, — отрезала Диана. — Послушайте, сейчас не время для выяснения отношений. У нас есть дети, которые спят в соседней комнате и которые завтра спросят, где их папа. Давайте думать об этом.
Свекровь тяжело вздохнула.
— Ты права, прости. Я просто... не понимаю, как такое могло случиться.
Они проговорили до глубокой ночи, решая, как быть дальше. Галина Николаевна предложила временно переехать к Диане, чтобы помогать с детьми, но та вежливо отказалась.
— Я справлюсь, — сказала она. — В конце концов, я их мать.
— Но как же твоя работа? Книга, которую ты пишешь?
Диана пожала плечами.
— Буду писать по ночам.
Утром Диана проснулась от ощущения тяжести на груди. Открыв глаза, она обнаружила, что Настя забралась к ней в кровать и теперь сопела, уткнувшись носом ей в шею.
— Мамочка, — пробормотала девочка, почувствовав, что Диана проснулась. — А когда папа вернётся?
Диана сглотнула комок в горле.
— Папа... папе пришлось уехать далеко, солнышко. По работе. Он будет отсутствовать довольно долго.
— Но он позвонит нам? — Настя приподнялась на локте, глядя матери в глаза.
— Обязательно, — соврала Диана, ненавидя себя за это. — Просто у него сейчас... очень много работы.
В дверях появился заспанный Кирилл.
— И мы будем жить с тобой? — спросил он, подходя к кровати.
— Да, милый, — Диана протянула руку, приглашая его присоединиться к ним. — Вы будете жить со мной.
В субботу после обеда, когда дети смотрели мультики, Диане позвонил следователь Климов.
— Есть новости, — сказал он без предисловий. — Мы связались с турецкой полицией. Ваш бывший муж был замечен в Анталии, но затем след потерялся. Предположительно, он мог направиться в одну из стран, с которыми у России нет договора об экстрадиции.
— Понятно, — тихо ответила Диана. — Значит, он действительно... не вернётся?
— В ближайшее время — маловероятно, — подтвердил Климов. — И ещё. Мы выяснили, что незадолго до исчезновения он снял со счетов все деньги и закрыл кредитную карту. Планировал побег заранее.
Диана закрыла глаза. Это было уже слишком.
— Спасибо за информацию, — сказала она и положила трубку.
Кирилл, оказывается, стоял в дверях кухни и слышал конец разговора.
— Мам, с папой что-то случилось? — спросил он, и в его глазах застыл испуг.
Диана замерла, не зная, что ответить.
— Пойдём-ка сядем, — она указала на стул. — Нам нужно поговорить. Позови Настю, пожалуйста.
Когда дети устроились за кухонным столом, Диана сделала глубокий вдох. Она решила сказать им часть правды — столько, сколько они могли понять в своём возрасте.
— Папа уехал в другую страну, — начала она осторожно. — И он... не сможет вернуться в ближайшее время.
— Он нас бросил? — прямо спросил Кирилл, и Диана поразилась, насколько взрослым иногда был её девятилетний сын.
— У папы возникли проблемы, с которыми ему нужно разобраться, — уклончиво ответила она. — Но это не значит, что он вас не любит.
Настя захныкала.
— Но я хочу к папе! Он обещал сводить меня в зоопарк!
Диана обняла дочку.
— Я знаю, солнышко. Я свожу тебя в зоопарк, обещаю.
— А бабушка? — вдруг спросил Кирилл. — Она знает, что папа уехал?
— Да, знает, — кивнула Диана. — Она очень расстроена.
— Мы будем теперь жить с тобой? Навсегда? — Настя вытерла слёзы.
— Да, милая. И мы справимся, — Диана крепче обняла детей. — Я очень-очень вас люблю.
В воскресенье Галина Николаевна приехала снова. Она выглядела осунувшейся и постаревшей.
— Как они? — спросила она, кивая в сторону детской.
— Держатся, — ответила Диана. — Я сказала им часть правды — что папа уехал и не может вернуться. Но не говорила про... остальное.
Свекровь кивнула.
— Я всё думаю... Может, его заставили? Угрожали? Или он кому-то задолжал?
Диана пожала плечами.
— Может быть. Но это не меняет того факта, что он бросил детей.
— В понедельник я пойду в суд, — сообщила Диана. — Буду подавать на единоличную опеку.
Галина Николаевна вздрогнула.
— Так быстро? Может, стоит подождать? Вдруг он вернётся, объяснит всё...
— А что, если нет? — Диана покачала головой. — Детям нужна стабильность. Я должна иметь законное право принимать решения об их образовании, лечении... Вы же понимаете.
Свекровь неохотно кивнула.
— Да, конечно. Но... ты позволишь мне видеться с ними?
— Разумеется, — Диана удивлённо посмотрела на неё. — Вы их бабушка. Они вас любят. Просто звоните заранее, договаривайтесь о визитах... И давайте попробуем общаться нормально, ради детей?
Галина Николаевна некоторое время изучала Диану, словно видела её впервые.
— Знаешь, — сказала она наконец, — я, кажется, ошибалась насчёт тебя.
Прошло три недели с исчезновения Ромы. Диана подала документы на единоличную опеку над детьми и занималась их переводом в школу и детский сад ближе к дому. Она вернулась на полный рабочий день, договорившись работать частично удалённо. Жизнь постепенно входила в новое русло.
Галина Николаевна приезжала каждые выходные, привозила гостинцы, помогала с домашней работой. Между ней и Дианой установились неожиданно тёплые отношения — словно исчезновение Ромы разрушило стену, которая стояла между ними все эти годы.
В четверг вечером, когда дети уже спали, Диана сидела за ноутбуком, дописывая очередную главу своей книги. Внезапно пришло сообщение с незнакомого номера.
"Прости за всё. Я должен был так поступить. Позаботься о детях. Р."
Диана уставилась на экран, чувствуя, как сердце бешено колотится. Рома. Это был он.
Дрожащими пальцами она набрала ответ: "Где ты? Почему ты это сделал?"
Ответ пришёл через несколько минут: "Не могу сказать. Так лучше для всех. Особенно для детей."
"Лучше?! — набрала Диана, едва сдерживая гнев. — Ты бросил их! Украл деньги! Тебя разыскивает полиция!"
"Я знаю. Не пытайся меня найти. Просто скажи детям, что я их люблю."
Диана швырнула телефон на диван. Как он смеет? После всего, что натворил, просто прислать сообщение с просьбой передать детям, что любит их?
Она схватила телефон и набрала Климова. Несмотря на поздний час, следователь ответил.
— У меня есть новости, — сказала Диана. — Он только что написал мне.
— Не удаляйте сообщение, — быстро отреагировал Климов. — Мы попробуем отследить номер.
На следующий день Диана отвезла телефон в отделение полиции. Климов выглядел уставшим, но довольным.
— Мы уже работаем по этому номеру, — сказал он. — Телефон зарегистрирован в Таиланде. Мы свяжемся с их полицией.
Диана кивнула, хотя внутри чувствовала странную пустоту. Она хотела, чтобы Рому нашли и наказали, но в то же время... как она объяснит детям, что их отец не просто уехал, а совершил преступление?
— Кстати, — добавил Климов, — в ходе расследования мы выяснили ещё кое-что. У вашего бывшего мужа были крупные долги. Похоже, он играл. Подпольные, нелегальные игры... И задолжал очень серьёзным людям.
Диана ахнула. Рома — игрок? Человек, который всегда был таким правильным, таким расчётливым?
— Не может быть, — прошептала она.
— Увы, факты говорят об обратном, — пожал плечами следователь. — Мы опросили его коллег, друзей. Многие замечали перемены в его поведении последние полгода. Нервозность, постоянную нехватку денег...
Диана вспомнила, как Галина Николаевна говорила, что Рома "пашет на двух работах". Видимо, деньги утекали не только на детей.
— Но почему он не обратился за помощью? — спросила она. — К матери, к друзьям... даже ко мне?
Климов пожал плечами.
— Гордость? Стыд? Или боялся, что те, кому он задолжал, навредят его близким? Мы этого не знаем.
Диана вышла из полиции с тяжёлым сердцем. Звонок Галине Николаевне дался ей нелегко, но свекровь должна была знать.
— Иисусе, — только и сказала та, выслушав новости. — Мой мальчик... Во что же он вляпался?
В субботу Диана повезла детей в парк аттракционов — она обещала им эту поездку давно. Наблюдая, как Кирилл и Настя радостно носятся от одной карусели к другой, она вдруг поймала себя на странной мысли: а ведь их жизнь, возможно, станет лучше без Ромы.
Последние два года, когда дети жили с отцом, они видели его урывками. Он постоянно работал, оставлял их с нанятыми няньками или своей матерью. Теперь же у них была она — мать, которая готова была перевернуть мир, лишь бы они были счастливы.
Когда они возвращались домой, измотанные, но довольные, Настя вдруг спросила:
— Мама, а почему вы с папой развелись?
Диана на мгновение растерялась.
— Ну... иногда взрослые перестают понимать друг друга, — осторожно начала она.
— Папа говорил, это ты хотела развестись, — вставил Кирилл.
Диана вздохнула. Конечно, Рома преподнёс детям свою версию событий.
— На самом деле, это папа подал на развод, — сказала она мягко. — Но это не важно. Важно то, что мы с папой оба вас очень любим, несмотря ни на что.
— А почему папа не звонит? — спросила Настя. — Он обещал звонить каждый день, когда уезжал в командировки.
Диана почувствовала, как сжимается сердце.
— Понимаешь, солнышко, папа сейчас в таком месте, где сложно со связью. Но я уверена, он думает о вас каждый день.
Вечером, уложив детей спать, Диана долго сидела на кухне, глядя в окно. Рома написал ей ещё раз, спрашивал о детях. Она не ответила. Что она могла сказать человеку, который разрушил их жизнь и сбежал?
Звонок в дверь раздался неожиданно. На пороге стояла Галина Николаевна.
— Извини за поздний визит, — сказала свекровь, проходя в квартиру. — Я подумала... нам нужно поговорить.
Диана пригласила её на кухню и поставила чайник.
— Я получила кое-что сегодня, — Галина Николаевна достала из сумки конверт. — Письмо от Ромы. Настоящее, бумажное. Без обратного адреса, но судя по штемпелю, отправлено из Бангкока.
Диана напряглась.
— Что он пишет?
Галина Николаевна развернула сложенный лист бумаги.
— Много всего. Извиняется. Объясняет, что влез в долги... из-за игры, как и сказал следователь. Пишет, что угрожали не только ему, но и детям, если не вернёт деньги.
— Детям? — Диана ахнула. — Почему он молчал? Надо было обратиться в полицию!
— Ты же знаешь Рому, — вздохнула свекровь. — Он всегда думал, что сам справится со всеми проблемами.
Диана взяла письмо и пробежала глазами по неровным строчкам, написанным знакомым почерком.
"...Прости, мама, за всё. Я знаю, как подвёл тебя и детей. Но у меня не было выбора. Эти люди не шутили — они бы добрались до Кирилла и Насти. Единственный способ защитить их — это исчезнуть и увести угрозу за собой. Деньги, которые я взял... это был единственный способ расплатиться и остаться в живых. Я знаю, что теперь меня ждёт тюрьма, если я вернусь. Но лучше так, чем то, что могло случиться..."
Диана дочитала до конца и молча вернула письмо свекрови.
— Сомнительное оправдание, — сказала она тихо. — Но даже если так... почему он не рассказал мне? Мы могли бы защитить детей вместе.
Галина Николаевна слабо улыбнулась.
— Он пишет и об этом, — она перевернула страницу. — "Не хотел втягивать Диану. После всего, через что я заставил её пройти... она заслуживала лучшего."
Диана неверяще смотрела на свекровь. Два года Рома делал всё, чтобы отстранить её от детей, а теперь оказывается, что он "не хотел её втягивать"?
— И вы верите в эту сказку? — спросила она.
Галина Николаевна тяжело вздохнула.
— Я не знаю, чему верить, Диана. Но я знаю своего сына. Он мог наделать глупостей, но он любит своих детей. И... думаю, он всё ещё любит тебя.
Диана фыркнула.
— Странный способ проявлять любовь — отобрать детей и исчезнуть.
Они сидели молча, потягивая чай. За окном шумел ночной город, в соседней комнате тихо посапывали дети.
— Что теперь будет? — наконец спросила Галина Николаевна.
— Жизнь продолжается, — ответила Диана. — Я получу полную опеку над детьми. Они пойдут в новую школу, в новый садик. Мы справимся.
— А Рома? — тихо спросила свекровь. — Если его найдут и арестуют...
— Это его выбор, — Диана пожала плечами, но внутри что-то болезненно сжалось. Несмотря на всё, что он сделал, она не могла полностью вычеркнуть его из своего сердца. — Я не буду врать детям, но и всю правду им знать необязательно. По крайней мере, пока они не подрастут.
Галина Николаевна кивнула.
— Спасибо тебе, — сказала она неожиданно. — За то, что не настраиваешь их против отца. И... прости меня за всё. Я была несправедлива к тебе все эти годы.
Диана улыбнулась.
— Вы хотели как лучше для сына. Я понимаю.
Когда свекровь ушла, Диана ещё долго сидела на кухне, размышляя обо всём, что случилось. Жизнь сделала неожиданный поворот, но, может быть, всё к лучшему? Дети теперь с ней, у неё есть работа, крыша над головой, и даже отношения с бывшей свекровью наладились.
Год спустя Диана сидела на скамейке в парке, наблюдая, как Кирилл и Настя играют на детской площадке. Они изменились за это время — повзрослели, стали более самостоятельными. Настя пошла в первый класс, Кирилл занялся плаванием и уже получил свои первые медали.
О Роме не было никаких вестей уже несколько месяцев. Последнее сообщение от него пришло полгода назад — короткое "С Днём рождения" для Насти. Полиция так и не смогла его найти.
Диана опубликовала свою книгу, которая неожиданно стала бестселлером. Она купила новую машину, отремонтировала детскую комнату, даже начала откладывать деньги на будущее образование детей.
Галина Николаевна сейчас почти как член семьи — приезжает каждые выходные, помогает с детьми, иногда остаётся на ночь.
Жизнь наладилась, хотя и совсем не так, как Диана могла себе представить.
Телефон в кармане завибрировал. Новое сообщение с незнакомого номера: "Я возвращаюсь. Готов ответить за всё. Р."
Диана усмехнулась, глядя на экран. Что ж, жизнь продолжает преподносить сюрпризы.
— Мама, смотри, как я высоко! — крикнула Настя с качелей.
— Вижу, солнышко! — отозвалась Диана, убирая телефон. — Я всегда тебя вижу.