Долго думала писать или не писать эту статью, ведь текст и фотографии дзен может посчитать ненужными на такой "весёлой" площадке и не дать им показов. Как кстати и одной из последних моих публикаций. Ссылку оставлю в конце статьи.
Неделю назад я ездила по своим делам в Могилевскую область Республики Беларусь и на обратном пути ещё издалека заметила ступени, которые вели на небольшую расчищенную площадку.
Не остановиться я не могла. Поднялась по ступенькам и оказалась в месте, опалённом событиями Великой отечественной войны.
Это не место Боевой славы, это место гибели местных жителей, женщин, стариков, детей.
И таких мест в Беларуси немало. Каждый третий белорус погиб во время Великой отечественной войны.
Здесь живые завидовали мёртвым
50 тысяч узников. Из них 15960 детей.
Прошло 80 лет с того дня, как Советская армия освободила узников лагеря смерти Озаричи. Здесь впервые в мире фашисты массово применили бактериологическое оружие. По их задумке, в роли «тифозных мин» против советских солдат выступили свыше 50 тысяч зараженных стариков, женщин, детей. Просуществовавший всего 10 дней концлагерь унес жизни более 20 тысяч мирных жителей. За 10 дней!
План утверждал лично Гитлер
Территорию смерти огородили колючей проволокой, со всех сторон заминировали и согнали сюда малолетних детей, женщин, стариков и тяжелобольных. Всех, кого фашисты считали нетрудоспособными. Зараженные тифом люди должны были стать живым щитом на пути Советской армии. Узников охраняли три нацистские дивизии.
Заключенных в трех концлагерях под общим названием Озаричи (лагеря Дерть, Озаричи и Подосинник) держали под открытым небом без воды и пищи.Особенность этого концлагеря в том, что большую часть узников составляли именно дети. По условиям содержания людей во времена Второй мировой войны аналогов Озаричам нет.На вышках круглосуточно дежурили солдаты, стрелявшие без предупреждения в нарушавших запреты. Нельзя было собрать веток и разжечь костер, чтобы согреться. Запрещалось строить шалаши, люди спали на промерзшей земле. Не разрешалось хоронить мертвых, трупы первые дни просто складывали сами узники в одно место. Когда у них не осталось сил, безжизненные тела лежали по всему лагерю.
Немцы, понимая, что удержать наступление Советской армии им будет не под силу, решили отвести свои войска на запад, в сторону Октябрьского, а сюда, в самые болота, загнать стариков, женщин и детей. Всех, кто стал для них обузой. Эта идея нашла поддержку в Берлине, где придумали чудовищный план: не просто согнать и оставить умирать, а заразить людей сыпным тифом. Планировалось, что, спасая узников, части 65-й армии генерала Батова заразятся тифом. Так болезнь должна была распространиться среди наших военных.
Лагерь смерти Озаричи отличался от других концлагерей, созданных на территории Беларуси, тем, что здесь впервые было массово применено бактериологическое оружие – сыпной тиф. Подготовка к его созданию началась еще осенью 1943 года.
Испытания на людях
Немецкий микробиолог Блюменталь писал Гитлеру, что на данном участке будет применена не чума или еще какое-то заболевание, а сыпной тиф. В болотистой местности, без воды, питания и медицинской помощи зараза очень быстро распространится. Если же этого будет недостаточно, то в лагерь доставят зараженных. С осени 1943-го среди населения, которое немцы гнали в прифронтовую зону, были инфицированные, их свозили в деревни. Оттуда они попадали в Озаричи. Так фашисты смешивали здоровых и больных.
Не было туалетов и водоснабжения. Нечистоты, оттаивая, стекали в болотистые части лагеря. Бывшие узники рассказывают, что им очень хотелось пить. Они выкапывали ямки и набирали болотную жидкость, также зараженную.
Воспоминания выживших
Антонина Верас, которой было 15 лет, вспоминает, как к концу первых суток у нее отекли ноги, потрескалась кожа, начала вытекать жидкость – и она перестала ходить. В лагерь девочка попала 15 марта. Если бы не освобождение, она бы умерла.
Михаил Паркалов 9-летним мальчишкой попал в Озаричский лагерь смерти вместе со всей своей большой семьей. Выжили взрослые, а из детей – он и старший брат Иван.
– Там навсегда остались наши младшенькие – Василиса, Марийка и Петька. Будь проклято это место и все те, кто с нами это сделал, – боль и гнев сложно удержать даже через столько лет.
Их семью выгнали из родного дома в деревне Мольча, которая считалась партизанской. Тех, кто уходить отказывался, расстреливали на месте. Дошли до Пекалич, а оттуда уже людей на крытых грузовиках привезли на станцию Красный Берег и затем – в Рабкор Октябрьского района.
Даже в Освенциме и Бухенвальде узники, обреченные на смерть, имели крышу над головой и хоть какую-то еду. Нас совсем не кормили. Помню, два раза привозили хлеб и бросали на землю через проволоку. Как скоту. Один раз я хотел ухватить кусок, но ребята посильнее опередили. В метрах 40 от места, где мы сидели, был большой ров. Туда первое время сносили трупы. После перестали, и мертвые были повсюду.
Есть данные, что в локализации эпидемии участвовали 3 тысячи солдат, тысяча из которых заразилась. Более 100 человек умерли. Распространить сыпной тиф в таком масштабе, как это планировалось вермахтом, не удалось. Это не отразилось на фронтовых событиях – советские войска продолжили свое наступление
В нескольких километрах от городского поселка Озаричи на месте болот сооружен мемориальный комплекс. Каждый год 19 марта сюда приезжают бывшие узники изо всех уголков Беларуси, чтобы почтить память умерших, вспомнить, как когда-то совсем еще детьми они провели здесь самые ужасные дни своей жизни.
Беларусь помнит!
Вот поэтому мы и носимся со своей исторической памятью!
Обещанная ссылка: