Был такой фильм Михаила Калика о старом Кишиневе “Человек идет за солнцем”. А я спустя сто лет иду за солнцем, заключенным в винной бутылке!
Бетонная арка – игольное ушко – сквозь которое надо пролезть, чтобы пустили в винное царство: Cricova!
Крикова – крик радости и счастья!
Врата раскрываются. В подземелье темно и холодно, как и должно быть, когда осторожно, стараясь не разбудить подземных духов, пробираешься за сокровищем.
Долгая езда порождает подозрение, что обратной дороги нет. Черная лента дороги, убегающая к свету, теплу, чернеет отблесками фонарей. 120 километров подвалов, сотни улиц, площадей подземного города.
Духи живут в бочках. Нужно ступать осторожно, не кричать слишком громко, чтобы не разбудить спящего духа подземелья. Гулкое эхо шагов отдается отчетливым стуком в груди.
Вокруг, в бывших известковых штольнях, дубовые бочки, километры бочек с вином. Чтобы выпить все это, надо обладать глоткой Пантрагрюэля.
Но даже взором все не окинуть: 30 миллионов литра вина! Город из бочек, из каждого угла смотрит круглое око бутылочного дна. Железными объятиями схвачена дубовая талия тары.
Гида зовут Талия Тара или Тамара, как царицу. Несомненно, как дважды два – истина здесь. Истина в этих бочках и бутылках шампанского, которые работницы поворачивают вручную. Так происходит шампанизация – шаманизация. Духа заманивают в бутылку, заговаривают, чтобы потом он с грохотом вышел, излил свое семя на иссохшее, жаждущее влаги лоно вкушающего вино.
Черные бутылки, вращающиеся вокруг часовой стрелки. Все происходит в определенное время, как танец шамана. И так месяц за месяцем.
Весь мир – винная бочка, а я – Диоген!
В воздухе пахнет дрожжами, брагой, влажным холодом, как будто твою боль от несбывшейся мечты – выпить все эти бочки - приморозил анестезиолог.
И опять холодный вздох подземного бога ишума. Он недоволен, что тут люди, что они тревожат его крепленный сон.
Так и есть, обратной дороги нет. Мы в вагончиках - пассажиры и дегустаторы - мчимся прямиком в банкетный зал, где коллекционные вина и дегустация.
И мы прихлебываем розовый брют, шато, кюве. Потом – пастораль, Патриарх, Каберне&Совиньон.
Сначала молитва, а потом, словно шепот любимой, которая покусывает твое ушко, любовный хмель, растворенный в утренней дымке.
До рассвета доживет не каждый. Подземный дух тихо сжимает тебя в своих объятиях, словно железный обод дубовую бочку. Выхода из подземного царства нету.
Каберне-совиньон, Кодру. В этих кодрах я превращаюсь из простого смертного в бога земли и недр. Каждый, воспригубивший солнца, каждый причастившийся крови господней, больше не плебей, но как минимум бог.
Бахус!
Артист благородного жанра любви к своему ближнему и всему человечеству, которое даже если и поднатужится, то и все равно не выпьет всех криковских запасов. Кричи – не кричи:
Солнце, Кишинев, Молдова!
Если вам понравился материал и вы хотите отблагодарить автора, не сдерживайте себя:
dzen.ru/igor_mikhajlov?donate=true