Где-то в необъятной, на стройке при городской больнице, случилось то, что на новость не потянуло — но могло бы стать сводкой ЧП.
История, основанная на реальном случае, произошедшем совсем недавно. Поведал нам ее подписчик нашего Telegram-канала
Подряд был, работа шла — как всегда, с авралами, с перекурами, с планами, которые менялись каждый день.
Бригада рабочих вгрызалась в землю — бетономешалки рычали, экскаваторы ревели, а один особенно активный мужчина с отбойным молотком решил познакомиться поближе с подземной инфраструктурой.
И познакомился. Громко. С искрами. С запахом горелой изоляции.
Мужика дернуло так, что искры из глаз посыпались. Тот самый отбойник угодил в кабель. Высоковольтный. Тот, которого не было на плане. Ни на старом, ни на новом. Зато был в реальности, и вполне себе бодрый.
Коллега, с трясущимися руками, откачивал бедолагу, молясь, чтобы сердце не решило уйти в отпуск. Благо, мужик прожженный оказался, среагировать успел, первую помощь оказал. Да и реанимацию тормознули вовремя. Которая в аккурат вовремя мчала на другой вызов.
Ситуация, мягко говоря, нестандартная. И в ней — весь ужас и абсурд нарушений по охране труда.
Кто виноват?
Вариантов — масса, но виновные обычно те же:
1. Проектировщики — если кабель был, а на бумаге его нет, значит, кто-то не отразил. Или просто «перенёс из другого проекта», как это часто бывает.
2. Ответственный за сеть — если это старые городские кабели, а проект не согласовали с ними, то вы тоже виноваты.
3. Технадзор и заказчик— обязанность проверить, провести инженерные изыскания. Не провёл? Получи.
4. СОТ? Виноват ли он? Нет. Но ему работать.
А что делать СОТу, если работник уже пострадал? И даже не по своей вине.
Во-первых, фиксируем всё. Даже если человек жив, бодр и шутит про "зарядился на день вперёд", — это не отменяет факта: был инцидент с угрозой жизни. По статье 229.2 Трудового кодекса и постановлению Минтруда № 73 от 24.10.2002 всё, что могло закончиться несчастным случаем, расследуется. Составляем акт (форма Н-1), фотографируем, записываем, вносим в журнал. Флешка — твой лучший друг.
Далее — найти, кто этот кабель туда закопал и почему так шифруется. По СП 48.13330.2019 (а это не роман, а серьёзный документ "Организация строительства") перед началом работ должна быть проверка всех подземных коммуникаций. А по Постановлению № 743 от 12.07.2017 все работы в охранных зонах сетей должны быть согласованы. То есть кто-то либо не проверил, либо не согласовал. СОТ делает запрос в проектную организацию, а заодно и в городские электросети: "Господа, чей это сюрприз под землёй?"
Пока идут выяснения, всё должно быть остановлено. Не по велению души, а по ГОСТ 12.3.003-86. Если есть угроза жизни — тормозим. Минтруд в письме № 15-2/ООГ-3696 от 21.12.2017 прямо сказал: СОТ может и должен остановить работы. Не надо спрашивать разрешения у начальника, просто ставим красную ленту и табличку: «Не копать — здесь уже чуть не умерли».
После этого — внеплановый инструктаж. Не просто чтобы расписались, а с рассказом на пальцах: если находите кабель, не звоните другу, звоните СОТу. Постановление №1/29 от 13.01.2003 (пункт 2.1.4) велит проводить инструктаж при новых опасностях. А тут опасность не то чтобы новая — она как старый знакомый, просто не званый.
Дальше — ППР. Проект производства работ должен быть пересмотрен, но делает это не СOT, а проектировщик. Однако специалист по охране труда обязан отследить изменения условий и потребовать корректировку. СП 70.13330.2012 говорит: изменились условия — пересматривай проект. ГОСТ 12.1.013-78 добавляет: все опасности должны быть включены в систему управления охраной труда. Значит, СOT бьёт тревогу, подрядчик переделывает, проектировщики вносят изменения. Схему дополняем, инструкции переписываем, всех тормозим.
Даже если никто не пострадал — расследование внутри компании нужно. Чтобы понять, где сбой, и кто недоглядел. Выявить причину: может, проектировщик копировал схему с другого объекта. Может, технадзор смотрел в небо. А может, просто «и так сойдёт». Потом — профилактика: перед земляными работами делать обследование. Георадар, проверка архивов, да хоть гадалку — лишь бы знали, что копают.
История с «невидимым» кабелем — это не курьёз и не повод для пересказа в курилке, а классический пример, как одно недоразумение в документации может превратиться в угрозу жизни. И если бы всё закончилось иначе — шуточек бы уже не было.