Рассказ начинается с уточнения где герой увидел книгу.
"В парке, у стены маленькой старой дачи, среди сора, выметенного из комнат, я увидел растрепанную книгу".
Далее идет описание погоды, когда лежала книга.
"Видимо, она лежала тут давно, под дождями осени, под снегом зимы, прикрытая рыжей хвоей и жухлым прошлогодним листом. Теперь, когда весеннее солнце высушило ее страницы, склеенные грязью, уже нельзя было прочитать, о чем говорят поблекшие линии букв".
Далее идут рассуждения героя о книге в общем, и снова можно наблюдать упоминание водного пространства.
"Мне вспомнилось, каким добрым другом была для меня книга во дни отрочества и юности, и особенно ярко встала в памяти жизнь на маленькой железнодорожной станции между Волгой и Доном".
Далее идет описание станции.
"Станция стояла в степи, скудно покрытой серыми былинками, в пустоте и тишине, нарушаемой зимою унылым пением снежных вьюг. Летом на станции ныли комары, в рыжей степи насмешливо и тихо свистели суслики, в небе, мутном от зноя, молча кружились коршуны и белые луни.
Бывало, смотришь с перрона в степь над пустою землей, в свинцовой дали струится марево, на бугорках, около своих нор, стоят суслики, приложив к остреньким мордочкам ловкие передние лапки, точно молятся. А больше никого нет, - дышишь пустотою, и сердце жалобно сжимается от скуки".
Далее идет описание деревни Пески.
"Где - то, в степных балках, прятались казачьи хутора; позади станции, верст за пять к Волге, прикурнула на неплодной земле деревня - Пески.
Особенно тяжко жилось в жаркие летние ночи: в тесных комнатах - нечем дышать, духота и комары не позволяют уснуть.
По двору, точно лунатики, ходят женщины в белых одеждах, босые, с растрепанными волосами".
Взгляд со стороны на пассажирские поезда.
"Знаешь, что это - товарный поезд, но хочется представить себе другое, хотя бы страшное, но другое.
Пассажирские поезда, пробегая мимо станции, только усиливают впечатление неподвижности жизни, углубляют сознание отрезанности от нее. Остановится поезд на минуту - из окон вагонов, как портреты из рам, смотрят на тебя какие - то люди; вспыхивают, точно искры в темноте, загадочные глаза женщин, трогая сердце теплыми лучами мимолетных улыбок.
Сердитый свисток - и в облаке пара поезд скользит дальше, лица людей в окнах вагонов странно искажаются, вытягиваясь вбок, все в одну сторону.
К этому мельканию жизни быстро привыкаешь; мимо тебя ежедневно проезжают одни и те же машинисты, кочегары, кондуктора; кажется, что и люди всегда одни и те же, - они стали неразличимы, точно комары".
Как интересно сплетается у М. Горького.
1) Начал он с описания книги.
2)Потом перешел к описанию погоды.
3) Потом перешел к описанию станции.
4)Потом перешел к описанию деревни.
5)Потом перешел к описанию пассажирских поездов.
Далее он пишет о жизни на станции.
"На станции служило одиннадцать человек, четверо семейных. Все жили точно под стеклянным колпаком, о каждом было известно все, чего не нужно знать о человеке, и каждый знал обо всех остальных все, что хотел и не хотел знать".
"Однажды вечером сторож Крамаренко, молодой, красивый мужик, подошел под окно квартиры смазчика Егоршина, лысенького и богомольного старика, женатого на сироте - казачке, женщине большой и молчаливой, - подошел, разделся донага и стал орать в окно:
"-Егоршин, выходи, cобака! Выходи, раздевайся, пусть жена твоя видит: который лучше!"".
"Казачка, стиравшая белье, выплеснула на грудь ему ковш кипятку; он завыл и убежал в степь, а Егоршин начал бить жену гаечным ключом.
Егоршин заперся в квартире и молился, стоя на коленях в луже мыльной воды".
"Утром на другой день Крамаренко взял расчет и пешком со станции куда - то к Дону.
А через несколько дней и Егоршин перевелся на другую станцию".
Молитва как спасение.
Другая история.
"Это был странный человек - Петр Игнатьевич Колтунов. Всегда полупьяненький, болтливый, он, должно быть, имел какие - то свои догадки о жизни, но выражал их неясно, и даже казалось, что он не хочет быть понятым".
Далее идет его описание.
"Сухонький, тощий, он постоянно встряхивал вихрастой, рыжей головой и, прикрывая серые глаза золотистыми ресницами, опрашивал нас - меня, весовщика станции, и товарища моего, телеграфиста Юдина, горбатого и злого".
Снова у рассказчика нет имени.
"Колтунов жил с дочерью, шестилетней рыженькой девочкой, спокойной и серьезной, как взрослый человек. Ее бледное, неподвижное личико словно пряталось в золоте кудрей, темные глазки смотрели на все сосредоточенно, улыбалась она редко. Звали ее Вера".
Имя у персонажа симоволическое.
".. По тесным путям станции маневрирует локомотив, входит поезд с Дона или Волги, а Вера Петровна, в белом платочке на золотых кудрях, не спеша идет через рельсы; между локомотивами мелькают ее тонкие ножки в красных нитяных чулках. Она идет в скупую степь собирать бедные цветы, бегать за сусликами с таловым прутом в руке".
"Мы оба были страстными любителями чтения, мы читали книги с ненасытной жадностью, день и ночь, в свободные часы. Книги были для нас просветами в мир действенной жизни из мира мертвой пустоты.
Но очень быстро мы проглотили все книги, какие нашлись на шести станциях между Волгой и Доном, и вот наступила для нас полоса духовного голода, - муки его знакомы только тем, кто жил в пустотах нашей страны, задыхался в густой скуке ее равнин.
Долго маялись мы в поисках хороших книг, но не находили ничего".
"Колтунов издевался над нами:
-Что, ребята, издыхаете? Потеха!
И однажды, сжалившись, предложил:
-У меня в Калаче знакомый есть, он выписывает журнал. Хотите - попрошу?
Мы стали умолять его; он, посмеявшись, согласился, и через несколько дней кондуктор пассажирского поезда вручил Колтунову пакет и письмо.
-Вот он, журнал".
Колтунов не сразу отдал книгу им.
"Он запер книгу в ящик своего стола и до конца дежурства не разговаривал с нами, гневно озираясь, словно испуганный чем -то".
Далее идет описание погоды.
"Днем часа полтора непрерывно хлестал землю обильный дождь, затем снова на вымытом небе явилось знойное солнце, щедро согрело землю, - теперь в степи было темно и душно, как в бане. Среди черных туч, в глубоких синих ямах, тускло светились золотые звезды, - в эту ночь все они казались угасающими".
Рассказчик увидел Колтунова в другой ипостаси.
"Его острый небритый подбородок судорожно вздрагивал, и на книгу, лежавшую между локтям, капали слезы, - при свете лампы было хорошо видно, как они падали одна за другою, - мне казалось, что я слышу мокрые удары о бумагу".
Они все хотели заполучить книгу.
"Перед рассветом я снова стоял под окном, разглядывая сквозь кисею маленького рыжего человечка".
Автор указывает, что человек маленький и незначительный по социальному статусу.
"Там, за тучами, всходило солнце; на желтом пятне зари маячил маленький черный всадник; по земле за ним серым облаком ползла отара овец".
"Дня четыре Колтунов дразнил нас книгой: принесет ее на станцию и читает один, а когда мы попросим - издевается.
Он был противен и жалок, он сам видимо, чувствовал это и, наперекор себе, все более упрямо дразнил нас".
Эти поступки показывают его низшие происхождение.
"Кончилось это очень просто: утром Колтунов пришел на дежурство, бросил журнал Юдину и сказал:
-На, читай...
Телеграфист схватил книгу на лету и тотчас молча воткнул большой нос в оглавление".
"Ночью я читал вслух Юдину незначительный рассказ о том, как хорошая женщина ушла от дурного мужа на работу для общества, для мира - читал и думал: "Над этим, что ли, плакал Колтунов?".
"Вдруг он ввалился в дверь и заорал, цепляясь за косяки:
"-Н-не сметь читать".
Ноги у него подгибались, он был безобразно пьян и дико таращил красные, мокрые глаза.
А в двери, за его спиною, стояла маленькая девочка, Вера Петровна - стояла и тусклым голосом спрашивала:
"-Зачем вы его обидели? ""
Лейтмотивом произведения идет тема женской неверности.
Книга - может быть не только источником знаний и переживаний прошлых потерь.
Многое, что пишут в книгах и журналах, взято из жизни.