Больше Ваня и Маша не разговаривали до самого дома. Когда они приехали, дети проснулись. Иван отказался подниматься в квартиру, так распрощался и пообещал скоро снова приехать. Маша проводила мужа тоскливым взглядом и пошла с детьми домой.
Не успели они подняться в квартиру, как на пороге появилась мать. Естественно, как и всегда, с претензиями.
- Вы где это были весь день? Я уже устала туда-сюда ходить? Почему ты трубку не берешь? – рычала она на дочь.
- Мы в город ездили. А телефон я дома забыла. – спокойно ответила Маша, она специально телефон с собой не взяла, знала, что мать не даст ей покоя.
- И что Вы там делали? Могла бы хоть предупредить.
- Ездили в развлекательный центр. Не предупредила, и не предупредила. Что такого? А что, что-то случилось? Зачем ты меня искала? – сказала Маша и отправила детей в свою комнату, понимая уже, что дальше будет.
- Уж не с Ванькой ли? Маша, ну что ты за дура у меня такая? Я же тебе сказала на порог его не пускать! Чтоб с детьми он не общался.
- Мама, он их отец, если ты об этом забыла. Он имеет полное право с ними общаться, и я не собираюсь ему этого запрещать. Детям нужен отец. Они его любят, и он их, тоже.
- Если бы любил, не бросил бы.
- А он их и не бросил. Это он меня бросил. И ты, между прочим, со своей стороны все для этого сделала. – разозлилась Маша.
- Я? То есть, я во всем виновата? – обалдела Александра Владимировна от такой дерзости.
- Да, нет, мама. Это я во всем виновата. Ты права, я, и правда, дура. Потому что слушала тебя все это время. А надо было мужа слушать. Нужно было давно уже переехать отсюда подальше. Может быть и жили бы сейчас вместе.
- Куда это переехать?
- В город, конечно. Куда же еще? Ваня с дядей бы квартиру разменяли, я бы свою продала, и жили бы нормально, работали бы, как все. Так нет же, куда я от мамочки? Теперь навсегда с тобой останусь. Да вот только одна. Все? Ты довольна? Добилась своего?
- Ну, Машка! Не ожидала я от тебя такого. Ну и катись в свой город! Кто тебя держит? – рявкнула Александра Владимировна.
- А ты знаешь, мам. Это отличная идея. – ответила Маша и пошла готовить ужин.
Она сейчас могла думать только о прекрасном дне, проведенном с детьми и пока еще мужем. Ей совсем не хотелось ругаться и выяснять отношения, и, уж тем более, слушать гадости про Ивана. Она уже по горло была сыта всем этим.
А что, если ей, действительно, уехать в город? Василиса бы пошла там в первый класс. Даже если они и не помирятся с Иваном, Маша бы вполне себе смогла бы там жить. Она бы могла продать свою большую квартиру и купить в городе что-то поменьше.
Устроилась бы на работу, Колю бы пристроила в детский сад. Ване не пришлось бы ездить так далеко каждый раз, чтобы повидаться с детьми, а она сама тоже бы смогла заняться своей жизнью.
В поселке ей становилось невыносимо. Все так смотрели на нее в последнее время, что аж не по себе становилось. Как будто она не с мужем разводилась, а какое-то преступление совершила, чуть ли не пальцами показывали.
А там бы она смогла начать все с чистого листа. А Ваня всегда поможет, если что. Маша была в этом просто уверена. Несмотря ни на что, он хороший человек и никогда не бросит в беде своих детей и их мать.
Эта идея все больше занимала Машу, и она всерьез стала думать о том, как это можно осуществить. В этом поселке ее больше ничто не держит, а от матери и ее советов хочется сбежать куда подальше.
Ведь, рано или поздно, она начнет подыскивать ей нового мужа, взамен старого, естественно, на свой вкус. Она уже начала заикаться об этом. Да вот только Маше этого совсем не хотелось. Только сейчас она, наверное, поняла, как, все же, любит Ивана.
Это расставание пошло ей на пользу. Она стала задумываться, хотя бы, о своем поведении. Жаль, что слишком поздно. Теперь ей придется рассчитывать только на себя и на свои собственные силы. Можно, конечно, снова пойти на поводу у мамы. Только вот к чему это приведет в очередной раз?
Когда Ваня вернулся к дяде, стал рассказывать ему о том, как прошел день. Тот внимательно выслушал племянника.
- И ты, что, правда думаешь, что Машка за ум взялась? – посмеиваясь, спросил он.
- Не знаю. Но вела на себя нормально, как раньше… - ответил Ваня.
Всю обратную дорогу он вспоминал о том, как у них все хорошо начиналось когда-то. Как они встречались, строили планы, мечтали вместе. Потом начался быт, не до романтики стало, потом дети пошли, работа и все остальное. Все-таки, он был с ней когда-то счастлив.
- Знаешь, что я тебе скажу? Не тянул бы ты с разводом. Разведись, да найди себе бабу нормальную. И все у тебя будет хорошо. Женишься снова, еще детей заведешь. Я-то давно уже скопил сумму, чтобы твою часть квартиры выкупить, купишь жилье, ну, добавишь, конечно. Только я отсюда переезжать не стану, дорога мне эта квартира, как-никак, от родителей память. А Машка пусть так и живет со своей сумасшедшей мамашей. Пусть грызут там друг друга дальше. Это уже не твоя проблема.
- Другую?
- Ну, да. Ты же не собираешься всю оставшуюся жизнь один куковать? Это я привыкший. Я, вообще, никогда жениться не собирался. Я одиночка. А ты не такой, ты человек семейный. Тебе пара нужна, семья.
- Но я не хочу.
- Уж не хочешь ли ты сказать, что Машку все-равно любишь? Она же столько лет ноги об тебя вытирала! Очнись, Иван! Ты совсем дурак, что ли?
- Это мое дело. – впервые возразил ему Иван.
- Вот как? Ну, давай, еще вернись к ней и к мамашке ее. Так и будешь до смерти тюфяком. Только ко мне потом не прибегай, как собака побитая. Будь уже мужиком, в конце-то концов. Ничему тебя, смотрю, жизнь не учит. Она тебе в очередной раз мозги запудрила, а ты и растаял. Говорил я тебе, не общайся ты с ней. Ты же к детям ехал, вот и общался бы только с детьми. Затащит она тебя снова в свои сети, потом взвоешь, да поздно. Она еще та! Мало душу из тебя вынимала столько лет? А может ты из этих? Как их? Во! Мазохист!
- Чего?
- Ну, это те, кому нравится, когда им больно делают. Отличная парочка!
- Ну, все, хватит. Перестань. Ничего она мне не запудрила. Не собираюсь я никуда возвращаться. – ответил Иван и пошел в свою комнату, не желая больше все это слушать.
Сейчас ему его дядя напомнил тещу. Оба любители свой нос совать не в свое дело. продолжение