— Вот опять... — шепчет Иван
Я отрываюсь от графика поставок, который изучаю, и смотрю на него.
— Что?
Напарник смотрит на меня, хмурясь.
— Ещё одна кошка. Чёрная. Вон там.
Он тычет пальцем в сторону дороги.
— Только что перебежала улицу прямо передо мной, когда я отъезжал.
Я смотрю в указанном направлении, но всё, что вижу, — это дождь, льющийся с пасмурного неба, такой сильный, что за ним почти не видно домов, выстроившихся вдоль улицы.
— Ладно. И почему это так важно?
— Потому что это, наверное, уже десятая за сегодня, — теперь Иван смотрит прямо на меня. — Десять чёрных кошек перебегают мне дорогу. За. Один. День.
— Ваня, — начинаю я осторожно, пытаясь найти способ сказать, что хочу, не вступая в спор. — Это город. В городе полно кошек. И в такую погоду как ты можешь быть уверен, что все они были чёрными? К тому же, вся эта история с чёрными кошками — просто суеверие. Это ничего не значит. Просто совпадение.
Иван фыркает, снимает кепку, проводит рукой по седым волосам, щурясь, всматривается в дождь.
— Не знаю, Коля. Мне это не кажется просто совпадением. Я давно езжу по этому маршруту и никогда не видел столько кошек.
Обычно я и не вспоминаю, что он намного старше меня. Но сейчас понимаю, что он продукт своего времени, когда мир был другим. Ну, я по крайней мере могу подыграть ему.
— Как скажешь. Мы что-нибудь можем предпринять?
Иван откидывается на спинку сиденья, полуотвернувшись от меня. Он думает, что я не заметил хитрого блеска в его глазах. — Ну, например, сегодня ты можешь порулить по всем точкам сам.
Я смотрю на него, стараясь, чтобы на моём лице не отображалось вообще никаких эмоций.
Он пожимает плечами, беспомощно поднимая руки.
— Сам посуди, если меня не будет за рулём, больше ни одна кошка не сможет перебежать мне дорогу. Ведь так?
Впереди ещё большая часть смены, и нужно отвезти заказы ещё в чёртову уйму точек. Я снова бросаю взгляд на дождь, льющийся с неба. Даже при работающем на холостом ходу двигателе я слышу шелест капель на уже мокром асфальте и равномерный стук по крыше фургона.
— Ты мне за это будешь должен.
Иван довольно улыбается, устраиваясь поудобнее.
— Конечно, напарник. Я накормлю тебя ужином. Согласен?
Я качаю головой, включаю передачу и отъезжаю от обочины.
— Это будет недостаточно. Совсем недостаточно.
***
Примерно через двадцать остановок я уже серьёзно жалею о своей доброте. Дело не столько в том, что идёт дождь, сколько в том, какой он. Я за всю жизнь не видел такого ливня. Возвращаясь в кабину на очередной точке, переступаю через лужи, о глубине которых я могу только догадываться и думаю, что, по крайней мере, Ивану больше не нужно беспокоиться о кошках.
Подходя к фургону, я замечаю, что напарник неподвижно сидит в кабине, откинув голову назад. Вероятно, он задремал под радио. Улыбка медленно наползает мне на лицо. Такой шанс я не могу упустить.
Пригнувшись, обхожу вокруг фургона до пассажирской двери и заглядываю в зеркало. Он всё так же сидит там, закрыв глаза.
Я выпрямляюсь и с силой колочу в дверь.
Результат превосходит мои ожидания. Иван вскакивает так быстро, что наполовину соскальзывает с сиденья, размахивая руками и хватаясь за приборную панель. К тому времени, как он приходит в себя, у меня живот болит от смеха.
Напарник с проклятьем распахивает дверь.
— Коля, ты чуть меня до сердечного приступа не довел. Забыл, что у меня сердце барахлит? Однажды вот так напугаешь меня, и я упаду замертво.
— Да ладно, Ваня. Это было круто, — я вытираю капли дождя и слёзы со щёк. — Жаль, я не догадался на телефон это заснять. Ты бы мигом стал знаменит.
Иван сердито смотрит на меня, я еще немного хихикаю, а затем он суёт мне в руки пакет. Точно, по этому адресу же ещё одна доставка, только в соседнем подъезде.
— Ты забыл это. По крайней мере, один из нас всё ещё думает о работе.
Я беру пакет.
— Ваня, не хмурься, я просто немного развлёкся. Я мигом, и постарайся на этот раз не заснуть.
Иван, ворча себе под нос, закрывает дверь. Не успеваю пройти и десяти метров, как слышу его голос, что-то кричащий мне.
— Коля! Ещё вот забыл!
Я оборачиваюсь и вижу, как он подбегает ко мне, пряча что-то за пазухой. Напарник протягивает мне ещё один мелкий пакет. Я киваю, он отворачивается, делает пару шагов и замирает.
Интересно, почему он стоит под дождем? А затем понимаю: между Иваном и фургоном вышагивает маленькая фигурка. Кошка. Странно, но её, кажется, совершенно не волнует дождь. Животное просто идёт по своим делам. В свете фар виден угольно-черный мех. На мгновение кошка останавливается, и её зелёные глаза вспыхивают, когда она обводит Ивана и меня взглядом. Это, должно быть, моё воображение, но я могу поклясться, что в этом взгляде что-то есть. Такой понимающий взгляд...
Затем кошка отворачивается, встряхивается, разбрызгивая капли во все стороны, и уносится прочь.
Иван по-прежнему не двигается.
— Ваня, — зову я, но он, кажется, меня не слышит. Я повышаю голос. — Ваня!
Он вздрагивает, смотрит на меня через плечо. В его глазах тоже что-то странное, и я понимаю, что это страх.
Я качаю головой.
— Это всего лишь кошка. Возвращайся в грузовик, я скоро вернусь.
Он медленно кивает и уходит. А я пытаюсь убедить себя в том, что только что сказал Ивану. Это просто кошка. Ничего больше.
***
Когда я снова присоединяюсь к напарнику в фургоне, всё, чего мне хочется, это чтоб этот день закончился. Иван молчит, когда я беру график доставки.
— Осталась всего одна точка.
Иван не отвечает. Я бросаю на него взгляд, ожидая, что он снова заснул. Но он просто сидит, глядя на дождь.
— Ваня, ты в порядке?
Он моргает, стряхивая оцепенение.
— Да, я в порядке. Поехали.
Я трогаюсь с места, и медленно веду машину по залитым дождём улицам, время от времени бросая взгляд на Ивана. Кажется, его действительно напугала вся эта кошачья история. И я должен признать, что в этом было что-то жуткое, кошки реально немного странные. Нет, я не думаю, что кошка — это какой-то предвестник катастрофы и гибели. И все же я с нетерпением жду, когда этот день останется позади.
Мы добираемся до последней точки, и я собираюсь забрать из кузова последнюю посылку, но она слишком большая, мне одному с ней не справиться. Зову на помощь напарника. Он вздыхает и выходит из кабины. Вместе мы вытаскиваем увесистый ящик на тележку. По-прежнему льёт дождь, и Иван всё время оглядывается по сторонам. Я знаю, что он ищет, но у меня нет слов, чтобы его успокоить. Потому что меня это тоже пугает.
Наконец, подкатываю тележку к двери подъезда. В разговоре с клиентом выясняется, что грузовой лифт не работает, и придётся тащить ящик по лестнице. Оглядываюсь на фургон. Иван понимает мой взгляд правильно и присоединяется ко мне.
— Какой этаж?
— Третий.
Он кивает:
— Давай уже покончим с этим.
На верху последнего пролёта нас ожидают. Конечно же, это ещё одна кошка. Она просто сидит там, смотрит на нас сверху вниз, как будто ожидает, когда мы подойдём поближе. Хорошо, что Иван идёт первым спиной вперёд и её не видит. Ну и хорошо, нет смысла снова волновать его.
Когда мы поднимаемся на площадку, кошки там уже нет. Странно. Я не видел, как она уходила.
***
Мы выходим из кафе, сытые и довольные после обильной еды и честно заработанной стопки горячительного. Уже совсем темно, но дождь наконец прекратился, хотя над городом ещё нависают низкие, тяжёлые облака. Городские огни отражаются от них, заливая улицы красноватым сиянием.
Иван вздыхает.
— Ну вот, разве это не стоило того, чтобы немного побегать под дождем?
— Наверное, — пожимаю я плечами и подмигиваю напарнику. — Но если завтра, например, зеркало разобьется, то психану уже я и буду прятаться в фургоне, пока ты будешь бегать с посылками.
— Справедливо, — смеется Иван. — Ну, я пошел. Меня кровать уже заждалась.
— Передавай привет жене.
— Обязательно, — Иван поворачивается и неспеша направляется вдоль по улице.
Мне же нужно на другую сторону. Когда перехожу дорогу, оглядываясь по сторонам, замечаю, что мой напарник замер на тротуаре.
— Ваня? — мой голос прорезает тишину ночи, но Иван будто не слышит меня.
Почти бегом возвращаюсь к нему. Не далее чем в пяти метрах впереди него движется очередная маленькая фигура. Ещё одна кошка, и она идёт прямо к Ивану.
А моего друг будто парализовало. Уверен, что он сейчас просто в ужасе.
Я делаю несколько шагов вперёд, надеясь спугнуть кошку, но тут она переводит взгляд на меня. Что-то в нём останавливает меня, не давая пошевелиться и будто предупреждая, что мне лучше не вмешиваться в то, что происходит.
Всего в нескольких шагах от Ивана кошка останавливается, затем поворачивается в сторону и уходит. Я наблюдаю, как она исчезает в темноте. Моё оцепенение спадает, и я, слегка смущенный, чувствую прилив облегчения.
— Ваня, чего застыл? — говорю я, делая шаг к напарнику и хлопая его по плечу. На языке уже крутятся шутки о том, что он испугался маленького животного.
Иван резко вздрагивает и отшатывается от меня. В мерцающем сиянии облаков над головой я вижу, как его лицо искажается в гримасе боли, а руки сжимают грудь.
— Ваня! — я подхватываю напарника и не знаю, стоит ли мне попытаться удержать его на ногах или опустить на землю.
С его губ слетает тихий хрип, и он обвисает у меня на руках, оседая на тротуар.
— Сейчас, Ваня, — шепчу я, набирая телефон скорой. — Потерпи немного.
Но мне ясно, что уже слишком поздно. Остекленевший взгляд устремлён к облакам, дыхания нет. А я просто стою рядом с другом и не знаю, кто его убил — я или кошка.
Что-то касается моей ноги, заставляя меня вздрогнуть. Взглянув вниз, вижу маленькую чёрную кошку. Она смотрит мне в глаза этим странным, всё понимающим взглядом. А затем, взмахнув хвостом, уходит, неторопливо растворяясь в темноте.
Автор: Нина Зорина