Предыдущая серия:
Эпизоды. Короткие (а может не очень) тексты никак или незначительно связанные с основным сюжетом, а может и наоборот. Да. В общем так сразу и не разобрать...
А потом всё завертелось со скрипом, тряской и прочими спецэффектами... Совсем как сломанная карусель в детском парке.
Технически помещение, в которое мы попали, не было непосредственно допросной, это была комната наблюдения, сама допросная находилась за стеной — небольшое помещение, три метра на три, не больше. Серые бетонные стены, «украшенные» полосой цвета охры по периметру и числом 13 на одной из них, разрывающим эту полосу надвое. Пол и потолок — квадраты чёрного глянца.
Посреди помещения простой металлический стол и такой же стул. Мы видели допросную на огромном экране, висящем на стене, на который подавалось изображение с нескольких камер.
На стуле сидела девушка, руки лежали на столе ладонями вниз, голова опущена, волосы закрывали лицо, поэтому я его не видел, несмотря на несколько разных точек съёмки. Она сидела неподвижно, казалось, даже не дышала.
Когда мы вошли, офицер, сидевший перед монитором за почти таким же столом, как и в допросной, даже не повернул голову в нашу сторону, неотрывно глядя на изображение. В каком-то смысле он был почти зеркальным отражением сидящей в соседнем помещении девушки. Занятно.
Свет здесь был приглушён, у дальней стены едва слышно гудели, перемигиваясь контрольными лампами, два серверных шкафа, ещё тут было несколько металлических стульев, вешалка, лампа на столе, внутренний телефон на стене у двери... Ну и всё, собственно. На столе стояла пепельница, в воздухе ощутимо витало дымом, поэтому я достал сигарету, прикурил, офицер, не отрывая взгляда от монитора, передвинул пепельницу на мою сторону стола, я выпустил дым через ноздри... И тут началось...
Селектор на стене вдруг замигал красным сигналом и мерзко запищал. Лейтенант подошёл, снял трубку, немного послушал, потом сказал: «Да, проведите», повесил трубку и повернулся к нам: «Агенты, дежурный сообщил мне, что прибыла ваш консультант, сейчас её сопроводят сюда. Конечно, я не ожидал... Вы сказали, что...»
— Она прикомандированный сотрудник, лейтенант, подчиняется непосредственно секретариату замдиректора Корина, а секретариат замдиректора далеко не всегда сообщает нам о своих решениях. Вы же знаете, как это бывает... Руководство руководит, руководствуясь своим пониманием ситуации! — сказал я и для убедительности развёл руками.
— Очевидно, да, — сказал Кронски. Вот бы замдиректора Корин удивился, услышав это.
Ясно дело, что Таринн Шелли обычно звали по-другому. Ну вы поняли. Мы с Лирой придумали ей эту роль консультанта, имя она сама где-то вычитала, а дальше уже дело техники и её способностей.
Дело в том, что О.С.И. категорически запрещалось использовать каким-либо образом фликкеров в своей деятельности. Максимум в роли информаторов...
Участие их в оперативных мероприятиях полностью исключалось. Но именно в этих мероприятиях она нам и была нужна. Пришлось хитрить... И если наши полномочия без проблем подтверждались в О.С.И., то про консультанта Таринн Шелли там знать не знали, да и не должны были.
Но так как мы могли при необходимости самостоятельно привлекать сторонних специалистов, то однажды в нашем офисе появилась высокая стройная блондинка, совсем немного за тридцать на вид, с голубыми глазами и слегка грубоватыми чертами лица.
Бедняга Эрхио чуть шею не свернул, провожая её взглядом. Обычно он облизывался на Лиру... А тут... Почти 180 сантиметров концентрированной страсти.
Знал бы он... Кто это на самом деле. Но он не знал... Никто не знал, кроме меня и Лиры.
Вот только что она, чёрт побери, тут делает? Лира была, конечно, не в курсе подробностей произошедшего между мной и Эрикой по дороге сюда. Она вообще была не в курсе очень многого, что происходило между мной и Эрикой, но я был, и её появление здесь, которое было даже для Лиры событием непонятным, для меня являлось непонятным в степени...
— Ээээ, лейтенант! — впервые за всё время подал голос офицер, сидевший за монитором. Когда мы обсуждали проблемы системы управления и координации рабочего процесса, то отвлеклись от созерцания транслируемой на экран картинки. Мы все повернулись к монитору.
Он был разделён на несколько сегментов, три относительно небольших слева, такие же три справа и один большой посредине. С него на меня смотрело знакомое, очень знакомое лицо.
— Ого! — сказала Лира, которая никогда не видела, в отличие от меня, настоящую Эрику.
— Хуже, — сказал я и подумал, что вся эта карусель мне совершенно не нравится.
— Это она. Это Эрика Карис. При этих словах девушка на экране вдруг улыбнулась. Радостно так, широко... Во все свои сорок или сколько у неё там зубов. А потом в дверь постучали...