Совсем идиотического сочетание. Потому что Наташа была… нет слов, какая гуманистка. Но беззаветность у неё была ещё большей. – Анекдот… Мы ехали в турпоход по Южному берегу Крыма на поездах. С пересадкой в Джанкое. Ранним утром вышли там на перрон – скоро должен был прибыть поезд на Керчь. – На Наташе был обтягивающий тренинг, прямо светящийся в рассветных сумерках. И его ей пришлось через полчаса выбросить. – Вдали на путях загорелся паровоз. Наташа скомандовала бежать помогать его тушить. Бросилась сама, и на первом же шаге споткнулась, упала и разодрала свой сияющий тренинг. Что стало с её ногой, я почему-то не помню. Наверно, пустяк, ибо память моя не сохранила никакой у неё ни хромоты, ни повязки. – Но какая долесекундная готовность к самоотверженности… Я так не мог. Она меня возненавидела в будущем на те секунды, когда я ей рассказал, как я не смог укричать сына, чтоб он – на велосипеде двухколёсном (он только учился) – не сворачивал с тротуара на дорогу, ибо по ней, обычно пустой, поехала машина. Сколько я ни кричал – он свернул, и под машину попал. – Сын мамы самоотверженной. Тротуар был узкий и его весь занимали две разговаривающие женщины. Объехать их было невозможно. Тормозить сын ещё не умел. А наехать на женщин ему и в голову не могло прийти. Шофёр, не могший ожидать, что вдруг выедет на проезжую часть велосипед, не успел затормозить так, чтоб совсем не коснуться сына. Переднее колесо велосипеда было помято. Сын цел. Мне пришлось дать шофёру расписку, что я не имею к нему претензий. Зато Наташа мне простить эту аварию не могла. Она считала, что я должен был выскочить на дорогу и стать между сыном и машиной. Я соглашался, но объяснял, что у меня скорость реакций не такая. Ничто с её точки зрения. И я понимаю. Она росла и самовоспитывалась в готовности к героическому поступку. На примерах героев революции. Именно её. Ибо в ТУ войну у героизма был чуть другой акцент – более страновой, а не революционный. Она, например, была одним из тех нескольких человек в турклубе «Романтик» Одесского политехнического института, с которых развилось всесоюзное движение «По местам боевой славы». Они откопали во время турпохода в снегу Эльбруса трупы советских солдат, похоронили их, и на следующий год притащили туда и поставили памятник. Она жила в героизме трудных турпоходов, понимаемых как самотренинг, необходимый для строительства коммунизма при всеобщем заболевании вещизмом. А я был последний человек в классе по физкультуре и бывал только бит, но никогда не бил сам. Я раз пропустил пять ударов в челюсть, пока вынул из кармана правую руку. Я не забил ни одного гола, ни разу не срезал через волейбольную сетку и т.д. – Она не принимала никаких доводов. И вот такой пришлось жить при закате революционности.
А я вдруг вспыхнул ожиданием социалистической революции в Португалии. В 1974 году. Наташа же, решив выйти замуж за меня, отрешилась от своей былой гражданской активности. – А какая могла у меня быть гражданская активность в связи с Португальской революцией? – Никакой. Но я волновался. И это произвело, не побоюсь сказать, сильное впечатление на…
Он был, Наташа говорила мне, на год младше её и с 8-го класса был в неё влюблён. «Он маленького роста и некрасивый. Мне было его жалко», - рассказала Наташа. И из жалости (или всё-таки благодарности, что вот: человек много лет влюблён в неё) она с ним переписывалась и пыталась на расстоянии его спасти как-то морально, потому что он скатывался в чёрное разочарование во всём-всём. Он становился антисоветчиком. Она же была ультрасоветской.
И вот он не выдержал и напросился в гости. Когда у нас уже был двухлетний сын. Я понимаю – посмотреть, хорошо ли ей замужем за мной и, если плохо, в последний раз предложить ей себя.
И он был сражён, красно говоря. Я не помню, почему я это знаю… Он ей сказал: «Видишь? Он – не мы. Он весь живёт мыслями о Португальской революции». И, убитый верностью Наташиного выбора меня в мужья, уехал. А Наташа, как-то помнится, пожала плечами: она стала аполитичной? Но бросила переписку с ним: его уже от антисоветизма не спасёшь… Вот если б революция в Португалии стала социалистической и победила…
24 декабря 2024 г.
