Когда речь заходит о вероучении хлыстов, в научных дискуссиях отсутствует единая версия о его духовных истоках.
Одна из гипотез говорит, что хлысты, с их упором на личное откровение и радикальное отрицание официозных обрядов, могли напрямую или бессознательно заимствовать идеи от западных мистических движений. Протестантские секты раннего Нового времени уделяли пристальное внимание непосредственному «приходу» Святого Духа и преодолению формального богослужения.
Ещё одна точка зрения ориентируется на более раннее южное влияние — традиции болгарских богомилов, чьи взгляды в свою очередь имели корни в древнем манихействе. Богомильство, распространённое на Балканах, знаменовалось дуалистической идеей о противоборстве сил света и тьмы, критикой храмовой системы и официальной церковной иерархии.
Согласно противоположному подходу, хлысты — это во многом подлинно русский феномен, в котором слились крестьянская тяга к непосредственной, почти шаманской связи с высшими силами и наследие дохристианских славянских культов. При таком взгляде можно даже обнаружить некоторые параллели. «Радения», где участники входят в особый транс, уж больно напоминают языческие обряды-хороводы.
Церковно-центричное объяснение связывает появление хлыстов с духовным поиском 17 столетия, вызванным старообрядческим кризисом и напряжёнными религиозными дискуссиями после церковной реформы патриарха Никона. Здесь фигурирует мнение, что часть хлыстов впитала принципы исихастской молитвы, в частности устремлённость к «обожению» — личному единению с Богом. Молитвенные практики исихастов, сконцентрированные на внутреннем созерцании и призыве имени Иисуса, при особом рвении могли легко переходить в экстатические формы. А радикальные ветви старообрядчества, ушедшие в подполье, как раз и предоставили вольнодумную «среду», где новая секта обрела почву и развила уникальный культ «Христа в себе».
За отсутствием утвержденной версии можно выбирать любую и лично мне очень нравится та, что видит корни хлыстоверов в дохристианской Руси. В пользу этого не подтвержденные, надо признать, свидетельства о том, что эти сектанты признавали переселение душ.
Но более убедительным выглядит попытка увидеть в теологии хлыстов синкретический винегрет, где охристианевшиеся языческие древне-славянские и фино-угорские представления постоянно сплетались со всеми возможными направлениями не официальной религиозной мыли, будь то баптизм, масоны или вольнодумцы от старообрядчества.
