Про Анастасию Нестерову написано, что её стиль – модерн. И я согласен. Хоть более 100 лет тому назад появившийся этот стиль почему-то у меня никогда не ассоциировался с истерикой.
Вот это место.
Вот только если я по другим картинам её думал, что она из натурокорёжения применяет только цветокорёжение, то тут, вижу, она ещё и 4 несуществующих островка пририсовала.
А почему я применяю слово «натурокорёжение»? – Потому что в натуре такой красоты не бывает, это с одной стороны, а с другой, она, применяя натуралистские приёмы (например, создавая впечатление внимательности: аж листья, вроде, видишь на первом плане), намекает, мол, это с натуры срисовано.
И от чудовищного разочарования во всём Этом мире так далеко удирают – аж, можно сказать, в метафизическое иномирие. Где всё не так. Даже физика.
«эпоха, о которой мы с вами начинаем сегодня разговор, кажется далекой — больше века прошло! Мы уже воспринимаем ее как чуть-чуть придуманный мир, где все движется по каким-то другим законам, где все красиво и здорово, но как-то по-другому. Это один взгляд на историю. С другой стороны, это переломная эпоха, после которой очень сильно поменялось не только что-то, связанное с бытом и жизнью людей, а действительно произошли какие-то большие сломы, которые так или иначе привели и культуру, и историю, и искусство к тому, что мы имеем сейчас. Мне кажется важным, что в эпохи перемен, в переломные эпохи — а мне думается, многие из нас определяют время, в котором мы сейчас живем, примерно так же, что у нас действительно меняется очень много вещей в режиме реального времени, и это сложно — можно синхронизироваться с похожим ощущением эпохи, пускай она была чуть больше, чем 100 лет назад…
…этот стиль прожил очень недолго с точки зрения хронологии в истории искусств — по сути дела, это примерно 20 лет. Опять-таки, в разных странах есть люфт по времени, но обычно мы считаем, что в чистом модерновском виде стиль отсчитывается где-то с 1890-х годов, а интерес к нему теряется примерно в 1910-е годы, то есть Первая мировая война обрубает всю эту историю. Стиль модерн длится 20-25 лет, в некоторых странах и того меньше…
…существуют люди, и люди в этой переломности тоже находятся в некотором, скажем так, шатком положении…
Вдумайтесь: а что дает нам это ощущение жизни в конце времени, если мы так определяем эту эпоху? Ведь если мы живем в последние времена (я сейчас иронизирую, но они тогда не иронизировали), если воспринимать свою жизнь как последнюю точку, после которой ничего не будет, как ты будешь жить эту жизнь? Конечно, они стараются жить ее на максимум. Для модерна это будет очень важно — повышать градус всего до максимума, чтобы жить максимально ярко во всех смыслах этого слова, максимально страстно. Как будто бы уходят все полутона, как будто бы не становится больше никаких пастельных цветов. Все становится либо кроваво-красным, либо очень черным, либо очень белым, либо очень золотым. В этом ярком, бесконечном празднике, немного с оттенками практически шизофренической истории или даже истерики, люди пребывают очень недолгое, но очень яркое время» (Елена Охотникова).
Многое как бы повторяется.
«Орешника» тогда ещё не было (я считаю, что он более-менее гарантирует, что вместо термоядерной войны, будет иная третья мировая), а к ядерной всё покатилось же.
Тут полное беззаконие для целей торжества красок. Белая ночь. Вечерняя заря слева за нашей спиной, судя по тени на удаляющейся от нас стене крайнего левого сарая. Эта заря, можно согласиться, заставляет светиться синим светом дождевые облака прямо перед нами. Но как их смог пробить свет месяца? – Для красоты. И уж совсем не надо было делать его растущим, раз солнце закатилось не справа от нас, а слева, судя по упомянутой тени.
А ведь на репродукции в одном из сайтов написано: реализм!
До её сознания, явно не доходит весь ужас пессимизма её подсознательного идеала метафизического иномирия, в который этот идеал убежал от крайней нехорошести Этого мира.
23 апреля 2025 г.