Дьякон Илья Кокин — кандидат богословия и культурологии, член Союза писателей Москвы, сценарист. На заре своего церковного служения ему довелось нести послушание иподиакона у Патриарха Московского и всея Руси Алексия II.
<...> Моё воцерковление - путь исканий. Я не принял православную традицию сразу открытым сердцем, а подвергал сомнению вещи, которые мне открывали религиозные книги.
После прочтения Евангелия я стал испытывать себя, стоит ли мне доверять всему тому, что я прочитал и узнал, и в какой-то момент потребовал от Бога чуда в подтверждение того, что Он существует. Господь мне такое чудо послал.
Я каждое лето ездил в пионерский лагерь. Однажды организовали олимпиаду по стрельбе среди двенадцати окрестных лагерей. Я вызвался участвовать. Подхожу к месту, где должны проводиться соревнования, и вижу, что все ребята приехали со своими винтовками, а мне сейчас дадут какую-то кривую… Тогда я первый раз в своей жизни помолился: «Господи, если Ты есть, сделай так, чтобы я занял первое место. Тогда я буду в Тебя верить, буду знать, что Ты существуешь и что Ты меня сейчас услышал…» Отстрелялся как мог, а в конце смены на линейке мне вручили диплом за первое место в соревнованиях по стрельбе. Я ни разу не попал в «десятку», но стрелял кучно. Судьи поняли, что винтовка была кривая, поэтому засчитали победу. То есть Господь, с одной стороны, выполнил мою просьбу, а с другой — совершил чудо. Он показал, что одного умения и мастерства недостаточно. Не всё зависит от человека. Этот случай стал для меня точкой невозврата.
<...>
Вы пять лет несли служение иподиакона патриарха Алексия ІІ. Не могу не спросить, каким вы запомнили Святейшего и чему он вас научил?
Святейший Патриарх Алексий, конечно, был невероятным, удивительным человеком. Он оказал сильнейшее влияние и на меня, и, наверное, на всех, кто так или иначе с ним соприкасался, даже ненадолго. А сказать, чему я у него научился, наверное, будет слишком дерзновенно. Сказать, какие уроки он преподал своим приближенным, будет правильнее.
Наверное, я упомянул бы про три урока, их Святейший преподал мне и ребятам, которые иподиаконствовали. Первый урок — самоотверженного служения.
Как-то была поездка в Белгород. Два дня я сопровождал Святейшего. Обычно мы менялись, а тут то ли про меня забыли, то ли старший как-то решил меня проверить на прочность. И вот двое суток, что шла эта поездка, с раннего утра до позднего вечера я был при Святейшем. Меня поразило, насколько это изматывающее служение: это литургия, проповедь, потом какой-нибудь торжественный прием, встреча с интеллигенцией, встреча с губернатором, какой-то концерт… Я был мальчишкой, задачей которого было подать посох, забрать цветы и всё. Вникать в происходящее, как-то эмоционально или интеллектуально в это включаться мне было не нужно. Но спустя два дня я чувствовал себя как выжатый лимон. А Святейший везде находился в центре внимания. Ему нужно было говорить слова на камеры, общаться с первыми лицами региона, то есть нести несоизмеримо большую ответственность. И Святейший это нес изо дня в день, хоть и был все-таки намного старше, чем я, двадцатилетний мальчишка. Мне приоткрылось только маленькое окошечко в этом плотном графике патриарха.
Однажды была поездка в Вену, и после литургии митрополит Венский, тогда владыка Ириней, обращается к Святейшему с приветственным словом на амвоне. Патриарх говорит ответное слово митрополиту и собравшимся прихожанам. Тут его речь на полуслове прерывается, и я вижу, как Святейший спиной падает на царские врата. Естественно, все подбежали. Занесли Святейшего в алтарь. Расстегнули воротник, открыли окна, чтобы свежий воздух впустить. Приехала скорая. Сделали какой-то укол. Все ждали, что сейчас Святейшего увезут в больницу, но не тут-то было. Когда патриарх пришел в сознание, он встал, надел мантию, куколь, взял жезл, вышел и продолжил свою проповедь с того места, на котором остановился. Это, конечно, было потрясающе. Такой урок ответственности перед Богом и людьми!
Второй урок — молитва, потому что на протяжении трех лет из пяти я был у Святейшего на книге. Я держал вот этот архиерейский чиновник, по которому Святейший молился. То есть фактически видел, как патриарх молится, на расстоянии вытянутой руки. Действительно, Святейший был молитвенником. Когда меня рукоположили в диакона, один пожилой мудрый протодиакон мне сказал: «Знаешь, какая главная задача диакона? Создать на службе в алтаре условия, чтобы священник не отвлекался от молитвы». Я думаю, что во многом это относится и к иподиаконскому служению. Надо создавать такие условия, чтобы Святейший мог спокойно и самоотверженно молиться с полным погружением в процесс.
А третий урок — удивительное смирение. Святейший практически каждый год в день памяти преподобных Сергия и Германа посещал монастырь на Валааме. С детства его очень любил. В одну из таких поездок в середине дня как-то поменялись планы и нужно было решить, куда двигаться дальше. Святейшего привезли в главный скит и отвели в кабинет наместника, чтобы он там немножко передохнул, пока решались организационные вопросы. Так получилось, что в кабинете остались патриарх, я и еще келейник наместника — такой молодой паренек лет восемнадцати. Святейший ходит, рассматривает книги, а посреди кабинета стоит огромный аквариум. Патриарх Алексий любил всякую живность. У него и в резиденции были разные козочки, собачки. Он любил с ними возиться. И вот, естественно, он переходит от книжек к аквариуму, рассматривает рыбок. Причем он знал, какая порода этих рыбок. Потом подзывает келейника и спрашивает: «Слушай, а как ты их кормишь?» Тот отвечает, что каждый день. Святейший: «А я своих через день кормлю. Ты сегодня уже кормил их?» Коля говорит, что нет, еще не кормил. И тут Святейший этого послушника спрашивает: «А можно я покормлю?» Это меня настолько поразило! Патриарх мог просто сказать: «Дай мне корм, я их сейчас покормлю». И я для себя это так объяснил: у послушника Коли было послушание кормить этих рыбок, и в этом вопросе он важнее, поэтому Святейший у него спрашивает разрешения. Для меня это тоже был очень важный урок. Не знаю, научился ли я у Святейшего смирению, но по крайней мере держу в памяти, что даже он проявлял такое смирение. Для меня очень важно такое знание.
Полную статью-интервью можно прочитать на нашем сайте, перейдя по ссылке.