Некоторое время назад одно из популярных изданий взяло у меня интервью. Прошло время, но материал так и не был опубликован: редакция отказалась от него по каким-то внутренним соображениям, когда текст уже был согласован. Мне и моим коллегам интервью понравилось, поэтому мы публикуем его здесь в том виде, в котором оно должно было выйти. Надеюсь, вам тоже покажется интересным.
Евгений Глухоедов производит интересное впечатление. Он похож на человека с обложки глянцевого журнала – атлетическая фигура, голливудская улыбка, стильный дорогой костюм и аксессуары. Но когда узнаёшь, что за его плечами восхождения на Эльбрус, Килиманджаро и Аконкагуа, старты в триатлонах и соревнованиях типа Iron Star, а главное – больше 20 лет предпринимательской карьеры, которая привела его на пост генерального директора группы компаний «Обонато» и совладельца федеральной сети магазинов рыбы и морепродуктов «Икорный» с оборотами в несколько миллиардов рублей, начинаешь задавать себе вопрос: как у него всё это получается? В чём его секрет?
Путь предпринимателя
Юрий: Насколько мне известно, ваша предпринимательская карьера началась ещё в школе – с того, что вы вместе со своим товарищем сдавали напрокат мобильный телефон его отца в те годы, когда мобильная связь ещё была в диковинку.
Евгений: Да. У нас в юности была целая компания таких, как я – парней, которые начали зарабатывать, ещё будучи школьниками. Все были из семей разного достатка, но можно сказать, что никто особо не бедствовал. Тем не менее ни один из нас не готов был довольствоваться карманными деньгами, которые выделяли родители: мы были амбициозны, хотели большего и искали любые возможности заработать.
Будучи старшеклассниками, мы с этими же ребятами ездили в посёлок Ванино, куда в те годы из Японии привозили легковые автомобили под видом автометаллолома (это называлось «распил»), а потом сваривали корпуса и собирали из них вполне пригодные к эксплуатации машины. Мы сначала вскладчину, а потом и самостоятельно выкупали такие «дважды рождённые» судзуки и хонды, перегоняли их в Хабаровск и перепродавали.
Потом, уже после школы, мы с товарищем организовали таксопарк — сначала из одной, потом из двух подержанных японских машин. Это были времена «бомбил», которые подбирали людей на остановках общественного транспорта. Своеобразный был бизнес, в нём регулярно случались какие-нибудь форс-мажоры. А ещё спустя некоторое время я начал заниматься рыбой и, в общем, в том или ином виде занимаюсь ею до сих пор.
Детские прививки
Юрий: Как вы считаете, какие качества позволили вам пройти путь от школьника, сдававшего в аренду мобильный телефон отца своего товарища, до директора и совладельца «Обонато»?
Евгений: Я думаю, во-первых, это беспокойство. Кажется, Арнольд Шварценеггер как-то говорил – для того чтобы добиваться успеха, нужно быть всегда немножко голодным. Вот человек вовремя не поест и испытывает беспокойство, неудовлетворённость. Он голоден, он высматривает возможности. Шварценеггер для меня – человек-успех, и, на мой взгляд, он это очень верно подметил. Можно сказать, что я всё время испытываю чувство голода (в переносном, конечно, смысле), даже если только что «перекусил». Это беспокойство заставляет меня всё время искать новые возможности.
Если ты удовлетворил свой «голод», ты попадаешь в состояние покоя, у тебя всё хорошо, ты всего добился, тебе больше ничего не надо. И в этот момент начинается стагнация, а за ней неизбежно придёт и очередь деградации. Человек начинает тормозить своё собственное развитие. Можно добиться большего, если научиться сознательно покоя и удовлетворённости избегать.
Хорошо это или плохо — большой вопрос. Образно говоря, от большого аппетита можно и расползтись, потерять форму. «Слишком хорошо» превращается в «плохо»: глоток алкоголя в каких-то обстоятельствах может пойти на пользу, а вся бутылка — во вред. Если твоё беспокойство переходит в бесконтрольное состояние, могут наступить фатальные последствия.
Во-вторых, не могу не отметить влияние родителей, благодаря которым я сформировался таким, какой я есть. Каждый из них по-своему пытался передать мне свои представления о том, что такое хорошо и что такое плохо. Мой отец – он про ограничения, про контроль, про осторожность, которая основана на недоверии к людям и обстоятельствам. А мама – она художник, архитектор, большой ценитель всего красивого: зданий, интерьеров, мебели, одежды, предметов искусства. В детстве наша квартира была завалена модными журналами и разными заграничными каталогами, они постоянно были у меня перед глазами.
Папа и сейчас тренирует борцов, и я в детстве прошёл у него борцовскую школу. Он научил меня железной самодисциплине, целеустремлённости, умению добиваться результата, контролировать свои эмоции. А мама научила видеть и понимать красоту. Они, конечно, очень разные. Отец говорил, что, если у тебя есть десятка, лучше купить две футболки по три рубля, а остальное отложить на всякий случай. А мама, условно — что нужно купить самую лучшую, качественную и красивую футболку за 10 рублей и долго и с удовольствием её носить.
Можно сказать, что по мере моего взросления мамин подход победил.
В юности это порождало трения, и не всегда все проходило гладко. Помню первые золотые часы, которые я купил себе на заработанные деньги, и негодование, которое они вызвали у отца. «Зачем тебе это надо?» – говорил он, – «Кому нужны эти понты?» — ну и всё такое. Для него это вроде как про самолюбование. Но я относился и отношусь по-другому. Мне было нужно, чтобы любые люди, с которыми меня сталкивала жизнь, воспринимали меня всерьёз, без поправки на возраст или опыт. Да и сегодня старая поговорка «встречают по одёжке» продолжает оставаться актуальной.
На качелях: баланс между амбициями и контролем
Юрий: Это ощущение беспокойства или, в терминах современной психологии, повышенная тревожность – она сказывается на остальных сферах вашей жизни? Или это, грубо говоря, обычное предпринимательское «шило в заднице», которое не даёт стоять на месте?
Евгений: Грань довольно тонкая. То, что хорошо для бизнеса, может перерасти в нечто большее, в триггеры, которые сработают и бабахнут в самый неподходящий момент в другом контексте. Поэтому важно не терять контроль, принимая риски, концентрируясь на преодолении и достижении того, что поначалу кажется нереальным и… следить за уровнем стресса.
Для этого есть известные и понятные инструменты, которые не мы придумали. Некоторым из них по тысяче лет, некоторым другим – сотни. Я понемногу к этому пришёл, просто потому, что всему своё время. Каждый предприниматель, выходя на определённый уровень, к этому рано или поздно приходит, понимает, что необходимо свой режим жизни менять.
Я стал рано ложиться и рано просыпаться, поменял режим питания, начал медитировать, заниматься йогой, делать растяжку, плавать в бассейне. Эти вещи отпускают, снимают то самое ощущение беспокойства и неудовлетворённости. Знаете, основатель «Магнита» Сергей Галицкий как-то признался в одном давнем интервью: «У меня по российским дорогам ездит 6 тысяч грузовиков, 20 тысяч водителей. Когда случается ДТП, я вздрагиваю». Большой бизнес – это большая ответственность, и когда такой объём ответственности становится ежедневной нормой, то и состояние беспокойства превращается в норму, если ты не умеешь с этим работать. Тогда и появляются и панические атаки, и бессонные ночи.
Мы однажды разговаривали с нашим коммерческим директором, и она сказала, что менеджеры по продажам делятся на две категории. Одни (обычно молодые девчонки), когда срывается крупная сделка, на которой они могли заработать десятки или сотни тысяч рублей, прямо плачут — а другие, более опытные, не изменясь в лице говорят: «Ну что ж, звоним ещё, работаем дальше». Так что вопрос в том, как относиться.
Юрий: Это чем-то напоминает мне историю о людях, которые живут на склоне вулкана.
Евгений: Чем больше у тебя денег и возможностей, тем больше под тобой вулкан. Это верно на 100%. Если оборот компании, например, 100 миллионов рублей в год, и деньги стоят 5%, то у компании есть определенные риски, но они сопоставимы с её товарооборотом.
А когда ваши 100 миллионов в год превращаются в 10 миллиардов, а ставка по кредиту в 21%, то используемые денежные и товарные кредиты начинают стоить уже несколько миллионов долларов. И эта арифметика, изначально здоровая, уже становится экстремальной, так как размер обязательств может в любой момент достигнуть размеров всех ваших активов: имущества, поручительств и так далее. У многих получится в таких обстоятельствах быстро засыпать по вечерам и радостным и бодрым просыпаться по утрам?
Борьба: на ковре и в бизнесе
Юрий: Мы упоминали борцовскую секцию, но не коснулись травмы, из-за которой вы ушли из этого вида спорта.
Евгений: Да, в 14 лет я получил серьёзную травму позвоночника прямо на борцовском ковре во время соревнований. Мой отец на руках выносил меня из зала, и потом целых четыре года я имел серьёзные физические проблемы. На что пошли мои родители, чтобы снова поставить меня на ноги, и как это произошло – отдельная история.
Но дело не только в спорте, который научил меня, что ты ничего не добьёшься, если не умеешь раз за разом падать и подниматься снова, научил рассматривать поражения как бесценный опыт, который приведёт тебя к победам. Вести бизнес в Хабаровске в начале нулевых – это тоже была серьёзная школа.
Здесь я должен отметить роль окружения, в котором я рос и развивался. В нём всегда были ребята, которые и жили лучше меня, и выглядели лучше меня, и в спорте добивались большего, и одевались дороже. В этой компании всегда было ощущение конкуренции, так же, как и в спортзале. Были в ней и такие, которым их родители дарили золотые цепи в палец толщиной. Смешно, но было время, когда и я хотел себе золотую цепь. И в итоге я иду по двору и нахожу её на асфальте. Говорил потом, что родители подарили, но никто не верил. Через пару лет с меня её в какой-то драке сорвали, но я уже к тому моменту не мыслил себя без неё, так что заработал денег и новую купил.
Окружение, в котором ты существуешь, заметно определяет твоё сознание. Я думаю, что умение падать и подниматься бесконечное количество раз, вся эта закалка, полученная мной в этой среде – она осталась со мной навсегда. В бизнесе ведь много примеров, когда ложишься спать миллионером, а просыпаешься – и у тебя ноль. И ты снова начинаешь с нуля.
Труд vs везение
Юрий: Чего в вашем успехе больше – упорного труда и несгибаемой стойкости или везения и влияния вашего окружения, друзей, партнёров и так далее?
Евгений: Знаете принцип Парето? 20 процентов стручков гороха дают 80 процентов горошин, а остальные 80 – всего 20. В бизнесе принцип «20 на 80» работает так: 80% – это упорный труд, 20% – удача, сочетание обстоятельств, когда точно совпали твои возможности, время и место. Практически как в альпинизме. Если тебе не повезло с погодой — как бы упорно ты ни готовился, на вершину не попадёшь. Ну нет погодного окна и всё тут! И поэтому ты должен терпеть, терпеть и ещё сто раз терпеть. Умираешь, но терпишь.
С кем бы из своих коллег и товарищей, которые достигли серьёзных успехов, я ни говорил, каждый отмечает влияние удачи, везения.
Юрий: Везению можно научиться?
Евгений: Есть вещи, которые влияют – такие, как интуиция и опыт. Но со своей стороны я должен сказать, что, чтобы находить такие уникальные возможности, нужно общаться с людьми. Чем больше ты общаешься, проявляешь себя, встречаешься и тратишь своё время на, казалось бы, пустые разговоры, какие-то с виду бесполезные кофе-брейки на мероприятиях и деловые завтраки, тем лучше.
Я в какой-то момент полностью поменял своё отношение, перестал дистанцироваться, стал максимально открытым. Потому что во время общения происходит диалог, тебя узнают, и ты находишь людей и идеи, которые делают тебя и твой бизнес сильнее. Конечно, в человеке это должно быть заложено. Если другие люди тебе в принципе не интересны, то, как ни старайся, ничего не выйдет.
Знаете, есть ещё такая сильная книга, называется «Тандемократия: искусство рулить вдвоём» Гора Нахапетяна и Виктории Михайловой. Там говорится о том, что любой человек добивается успеха в тандеме. То есть невозможно прийти к успеху в одиночку. Есть открытые тандемы, а есть скрытые, когда ты даже не знаешь о том, что тебя кто-то поддерживает, оберегает, где-то замолвил за тебя слово, где-то тебя кому-то упомянул и порекомендовал и так далее, и так далее.
Если резюмировать, то успех возникает из совокупности твоего упорного труда, работы плюс везения.
Расчёт или предпринимательское чутьё
Юрий: Как развивать интуицию?
Евгений: Только количеством: через опыт, через общение. Мне всегда были интересны люди, и, в отличие от многих начинающих предпринимателей, я их не боялся. Бывает, люди говорят себе: он такой крутой, важный, богатый, как я к нему подойду.
Это, кстати, к нашему разговору о том, что встречают по одежке. Со своих 17−18 лет я стремился выглядеть так, чтобы меня сразу воспринимали всерьёз. Дорогие часы, хороший автомобиль, одежда и так далее. Статус в известной мере необходимо соблюдать и поддерживать, тогда проще идти на контакт с кем угодно. Конечно, люди все разные, и для кого-то это имеет значение, а для кого-то – нет. Но, как ни крути, 80% встречают тебя всё-таки по одёжке
Юрий: Если оглянуться назад на то время, когда вы ездили в Ванино покупать сваренные иномарки или запускали свой хабаровский таксопарк — что в вас за эти годы изменилось сильнее всего?
Самое главное – я с годами смог умерить своё эго, потому что в те времена для меня было только два мнения: моё и неправильное. Я никого и ничего не считал авторитетом. Может, на том этапе это и было преимуществом, трудно сказать. С годами я понял, что есть и другие умные люди, достойные уважения и того, чтобы к их словам прислушаться. Вот что главное – я научился слушать.
Раньше я брал на работу людей для того, чтобы они делали то, что я им скажу. И за это им платил. Сейчас я беру на работу людей, чтобы они говорили мне, что нужно делать. Они предлагают решение.
Юрий: Это была эволюция, или к перемене отношения привело какое-то событие?
Это был постепенный процесс, который шёл много лет и привел к тяжелейшей точке в 2021 году, когда от меня ушёл мой старый партнёр, бывший в нашем предприятии генеральным директором. Он предложил выкупить его долю, и так я оказался собственником и руководителем большого сложившегося коллектива, у которого были устоявшиеся взгляды на то, как следует работать. У меня опыта руководства такими большими коллективами на тот момент не было, я был узким специалистом в конкретной области.
Моя попытка навязать свою волю и своё видение закончилась тем, что люди попросту отказывались выполнять мои указания и поручения, не признавая моего авторитета. Это был тихий бунт, и я по глупости начал его подавлять с позиции силы, используя материальные санкции. Сейчас я понимаю, что нарушил тогда все правила разумного менеджмента, и расплата наступила быстро: команда стала рассыпаться, доходы схлопнулись, перспективы покрылись туманом. На этом фоне у меня самого всё стало валиться из рук и даже начались проблемы со здоровьем.
И вот, в подтверждение моих слов о везении и необходимости общения, положение спас мой товарищ Александр Басенко. Он помог мне не просто выйти из кризиса и восстановить действующий бизнес, но и создать в итоге нашу общую с ним компанию «Обонато». За три года, которые прошли с той поры, мы проделали вместе огромный путь и стали друзьями.
Юрий: Вы выглядите как человек с обложки глянцевого журнала. Насколько этот образ для вас органичен? Вы воспринимаете себя как знаменитость?
Евгений: По сравнению с настоящими знаменитостями, у которых миллионы поклонников, я чувствую себя тем самым самозванцем. Синдром самозванца периодически стучится в мои двери и напоминает мне о том, что нужно было стараться больше, добиться большего. Я не считаю себя знаменитостью. Но могу откровенно сказать, что мне хотелось бы признания. Мне бы хотелось, чтобы кто-то сказал — блин, ну он реально крутой, он создал серьёзный бизнес.
Сейчас в нашу группу компаний пришел новый финансовый директор из очень большого бизнеса. И когда он говорит о ком-то как о серьёзной компании с выручкой в 100 миллиардов рублей (то есть, условно, в 20 раз больше нас), для меня это – критерий.
Стать знаменитостью
Юрий: Вы стали публичной фигурой недавно, фактически чуть больше года назад. Насколько это было сознательное решение и как вы его приняли?
Евгений: До тридцати трёх лет у меня был такой стереотип: максимальная дистанция, никакого тесного общения, строго по имени-отчеству, встречи только по записи в назначенное время, даже для своих сотрудников. Я как бы формировал собственную недоступность. Меня не было в социальных сетях, у меня даже статуса в WhatsApp не было.
Потом, когда мы придумали бренд «Обонато», я понял, что сама эта идеология, которую мы в неё заложили, мне очень близка. Для меня это настоящая история, меня пробивает, я понял, что я не могу быть счастливым, когда остальные рядом со мной не счастливы. И это касается не только меня и моей семьи, родителей и так далее. Это и про мою команду, и про нашу компанию, и про всё общество, в котором я живу и в котором существует мой бизнес.
Раньше был диссонанс: люди, которые делают всё для того, чтобы я мог распоряжаться серьёзными ресурсами — а я от них отстраняюсь. Поэтому я стал, так сказать, выходить на публику, хотя для меня это была реально довольно тяжёлая история. Раньше для меня представляло проблему начать с кем-то общаться, не имея цели заработать на этом человеке деньги, а чтобы дать развитие своему окружению.
Позже мы стали размышлять о том, чтобы и бизнес сделать публичной компанией, выйти на биржу, так что нам уже сегодня необходимо начать о себе хотя бы что-то рассказывать, как-то проявляться.
Юрий: И какие шаги вы предприняли?
Евгений: Банальные: поставили фотографии, статусы, опубликовали кое-какую информацию обо мне. Потом я завёл Telegram и начал публиковать stories, потом – внутренний чат компании для сотрудников. Оказалось, что людям это интересно и важно, что это реально работает, влияет на лояльность, причем в обе стороны. Каждый из нас хочет признания!
Сначала это были самостоятельные попытки, потом я запустил инстаграм и понял, что для того, чтобы вести его регулярно, нужен SMM-специалист. Я нанял SMM-менеджера в частном порядке, мы стали пытаться что-то освещать, покупать контекстную рекламу и так далее. Потом в какой-то момент мы поняли, что нам нужен системный подход в работе с пиаром, профессиональная команда и журналисты с выходом на серьёзные СМИ и опытом в блогах, которые могут показать результаты и подтвердить их аналитикой.
Если честно, выбором подрядчика занимался не я, а Александр Басенко. Мы с ним часто придерживаемся принципа «сначала отрежь, а потом измерим», схожего с тем, что говорил Марк Цукерберг — «ошибайся быстро». Александр нашёл агентство PRslon (возможно, кто-то из знакомых посоветовал), мы встретились с его основателем Алексеем Галицким, это был видеосозвон. Он рассказал понятные вещи, рациональные. Решение было принято быстро: будем действовать, а дальше посмотрим.
В поле воин: сам и все вместе
Юрий: Представим себе, что вы можете переиграть всю партию с самого начала, прямо начиная со сдачи в аренду мобильного телефона отца своего школьного товарища. Что бы вы с высоты своего сегодняшнего опыта сделали по-другому?
Евгений: Я ни о чем не жалею, но это другой вопрос. Единственное, что я сделал бы по-другому, касается в первую очередь отношений с людьми. В моей жизни было, я думаю, как минимум несколько десятков человек, с которыми можно было бы войти в более глубокие, доверительные и эффективные взаимоотношения. С ними я мог бы добиться больших успехов, но так как я сомневался и никому не доверял, рассчитывая только на себя, я эти шансы упустил.
Меня ведь воспитывали в духе «хочешь сделать хорошо – сделай сам», «не верь, не бойся, не проси» и так далее. И мне это нравилось, я получал удовлетворение от того, что сам сделал. Я один, я сам это заработал, сам построил, сам буду двигаться дальше. Многие отношения с прекрасными людьми и соответствующие возможности были с годами потеряны из-за этого. Но, надеюсь, многое всё ещё впереди.
* * *
Больше интересных публикаций о бизнесе – на моём телеграм-канале.
(Беседу провёл Юрий Тимошенков)
Познакомиться с поближе с ГК «Обонато» можно тут:
🐟 Для тех, кому интересна уникальная франшиза
🐟 Это вкусная рыбная продукция в интернет-магазине «Икорный»
🐟 Здесь уникальные полуфабрикаты «Рецепты Океана»