Валера признался, что хочет сказать мне что-то важное, и я была уверена: он сделает мне предложение. Ну не зря же Валера привез меня сюда, где мы когда-то познакомились, — в маленькое придорожное кафе, у которого я в тот день остановилась выпить кофе, а он как раз выходил.
— Девушка, извините... Кажется, ваше лицо мне знакомо.
— Да? Может быть, вы тоже учились в медицинском?
— Нет, не учился, к сожалению. Но если бы знал, что вы там учитесь, то непременно поступил бы. Это случилось четыре года назад, но казалось, будто вчера - я всё так же замирала, глядя вего фисташковые глаза, и каждый раз боялась: сейчас кто-то разбудит меня, и всё вдруг окажется всего лишь сном. Однако, как в любой сказке, в нашей тоже было не всё гладко: я хотела замуж (тридцать пять лет, как-никак!), а он не спешил.
— Настя, — сказал Валера, когда мы сели за столик в памятном кафе и заказали травяной чай.
— Мы вместе уже достаточно давно, я люблю тебя и хочу, чтобы ты была счастлива...
— Я тоже тебя люблю, — проговорила я, нервно стискивая под столом вспотевшие ладони: сейчас, сейчас!
—... Но так же хочу, чтобы и я был счастливым, — продолжил Валера с улыбкой. -А это возможно только при условии, что ты всегда будешь рядом! - после этих слов он с таинственным видом достал из внутреннего кармана и положил передо мной... ключ!
- Ты переедешь ко мне?
— Но мы и так почти живем вместе, — пробормотала я. И это правда: в собственной квартире я проводила максимум два дня в неделю, всё остальное время - у Валеры.
— Ну, теперь мы будем жить официально! - расплылся в улыбке Валера. Я не нашлась, что ему сказать, да и не сумела бы: глаза жгли непрошеные слезы, а в горле стоял ком. Четыре года - и вот я наконец заслужила личный экземпляр ключей от его квартиры... Фантастика! Это же сколько придется ждать, чтобы он надел мне на палец заветное кольцо? До сорока, что ли?! Я вскочила и выбежала из кафе, Валера устремился за мной:
— Милая, что случилось?
— Уходи, — дрожа от возмущения, выдавила я. - Не хочу тебя больше видеть, понял?
Он и не понял, что меня так возмутило. А я, разочаровавшись, вообще не захотела объяснять и даже не оглянулась ему вслед.
Мы расстались на пустынной дороге, у придорожного кафе - там, где встретились четыре года назад... Наверное, я долго переживала бы наш разрыв, но уже на следующий день все мысли о Валере вытеснило другое несчастье: у меня умерла бабушка. Много лет она болела, практически не вставала с постели, но это не сделало ее уход менее болезненным и горьким для нас. Взяв отпуск за свой счет, я в тот же день помчалась в маленькую деревню у границы с Белоруссией, где в детстве проводила почти каждое лето. Туда же приехали родители и обе моих сестры с мужьями.
— Мамочка, ты отдыхай, мы с Катей и Людой всё уладим, - пообещала я убитой горем матери и взвалила на свои плечи целую гору забот, связанных с похоронами. Сестры оказались не слишком хорошими помощницами: Катерина нянчила годовалого сынишку, который почти не слезал у нее с рук, Людмила же то безутешно рыдала, то пререкалась с мужем.
Забегая домой только для того, чтобы перехватить что-нибудь поесть и срочно бежать дальше — в церковь, на кладбище, в бюро ритуальных услуг - я постоянно наблюдала одну и ту же картину: мужья сестер сидят на диване перед телевизором и жуют бутерброды, словно смерть нашей бабушки стала для них неожиданным отпуском, небольшим, но приятным сюрпризом. А по вечерам я становилась готовить и мыть посуду, накопившуюся за день в мойке... Валера приехал в день похорон. Привез какие-то продукты, помог найти катафалк. Я не сказала
ему ничего, но была очень благодарна за то, что он решил поддержать меня, несмотря на нашу ссору. А после поминок, когда все разошлись, Валера, не говоря ни слова, стал помогать мне убирать со стола, пока остальные мужики курили во дворе...
Знаете, мы так привыкли любить за что-то конкретное, что иногда забываем: ни один человек просто не может на сто процентов соответствовать идеалу, существующему в нашей голове. Потому иногда нужно любить вопреки: наперекор тому, что ваши желания порою не сходятся, назло тем, кто считает, будто с вами что-то не так. В конце концов, никто не обещал нам, что будет легко...