Оля задумалась:
- Неужели Анна Егоровна не видела, что её внук - талантливый человек, ведь это трудно не заметить?!
Она принесла всю оставшуюся бумагу, которую нашла у бабушки, положила перед Павликом:
- Что хочешь рисуй, ладно. А я пока придумаю, как рассадить цветы во дворе, чтобы было красиво и они никому не мешали.
И сама тоже взяла несколько листов бумаги, пытаясь уловить и запечатлеть все идеи насчёт двора, которые приходили ей в голову. Она не поняла, сколько прошло времени, но тут калитка открылась и во двор торопливо зашла Анна Егоровна с двумя большими пакетами в руках.
- Оленька, внук мой тебя не утомил? Ты извини, проездили мы почти два часа, но ведь не я хозяйка машины, не скажешь, чтобы поторопились.
- Всё хорошо, Анна Егоровна, мы с Павликом отлично проводим время. Он, оказывается, отлично рисует, я просто поражена. Вы об этом знаете?
- Да как мне не знать-то, он же с году со мной?! И куда ему, такому-то, с этим талантом? - у Анны Егоровны навернулись слёзы. - Складываю все его рисунки стопочкой, потом перевязываю и в чулан кладу. Пробовала их сжигать, да Павлик такой рёв поднял, что я махнула рукой — пусть лежат, хлеба не просят ведь.
- А можно мне посмотреть?
Анна Егоровна пожала плечами:
- Если Павлик позволит. Тебе, я думаю, он разрешит. А вот что — пойдём-ка с нами пообедаем, у меня уже всё готово, осталось только разогреть, - она посмотрела на внука. - Павлик, пойдём домой, обедать пора. И давай теперь Олю к нам пригласим.
Он, бросив все рисунки на столе, подбежал к Оле, взял её за руку:
- Пойдём.
Оля, посмотрев на Павлика, на мгновение задумалась, потом сказала:
- Вы идите, я сейчас позвоню родителям, скажу, что я буду в гостях у вас, и догоню. А ты, Павлик, бабушке помоги сумки нести, хорошо?
Анна Егоровна протянула пакеты внуку:
- Да, да, помоги мне, - потом ласково погладила его по плечу. - Ты ведь мой помощник золотой...
Павлик от такой похвалы расцвёл добродушной, детской улыбкой:
- Оля, а я - бабушкин помощник.
Подождав, пока они уйдут со двора, Оля позвонила матери:
- Мам, я сейчас пойду в гости к Павлику и Анне Егоровне, меня не теряйте. И у меня к тебе просьба, купи, пожалуйста, всё, что нужно для рисования — бумагу, цветные и простые карандаши, акварельные краски, кисточки. И вот что - бумаги побольше. Мам, не спрашивай для чего, приедете, я всё расскажу и даже покажу. Побегу, меня там ждут.
Оля закрыла дом и направилась к дому Анны Егоровны. Павлик ждал её у калитки, не заходя во двор.
- Ну, вот и я! - воскликнула Оля. - Пошли, Павлик, обедать.
Он в ответ улыбнулся такой детской, бесхитростной улыбкой, что у Оли защемило сердце.
Она взяла его за руку:
- Ну, веди меня к вам в гости.
Уже за столом, Анна Егоровна довольно сказала:
- Так удачно я сегодня съездила за продуктами! Спасибо тебе, Оля, выручила меня.
- Да что вы, мы с Павликом так хорошо время провели! И теперь я знаю, что Павлик такой молодец, так здорово рисует.
- Павлик, а ты мне покажешь свои рисунки? - обратилась она к парню.
Он соскочил с места, бросив ложку на стол.
- Павлик, подожди, сначала поешь и дай Оле поесть, - Анна Егоровна усадила внука обратно за стол. - Потом покажешь Оле все рисунки, хорошо?
После обеда Анна Егоровна сказала:
- Давайте будем смотреть рисунки на улице во дворе, они пыльные, столько лет там лежат.
Когда Анна Егоровна и Павлик вынесли с десяток больших связок бумаги, Оля воскликнула:
- Это столько ты, Павлик, нарисовал?!
- Замучилась бумагу ему покупать. Вот смотри, тут и тетрадки, и альбомы, всё изрисовано, - Анна Егоровна развязала первую связку. - Оля, смотри, это он совсем недавно нарисовал тебя.
Оля взяла тонкую картонку от какой-то коробки. На ней была изображена девушка, в которой Оля с трудом узнала себя, потому что её глаза Павлик нарисовал очень странными — немного прищуренными, с каким-то странным блеском.
Она протянула рисунок Павлику и хотела спросить, где он её такой видел. Но он неожиданно выхватил рисунок у неё из рук и испуганно воскликнул:
- Оля, не ходи больше в лес!
Оля взяла наугад одну связку рисунков и стала раскладывать их перед собой. Неожиданно она увидела рисунок нескольких крепких берёз, а около одной — поваленное дерево, это ей сразу напомнило то место, где она тогда уснула.
- Павлик, - с тревогой спросила она, - ты где это видел?
Он опустил глаза и тихо произнёс:
- Там, в лесу, там очень страшно.
Оля показала рисунок Анне Егоровне:
- Это он когда нарисовал?
Та внимательно посмотрела:
- Это уже давно. Он же много рисует такого, что я никогда у нас не видела, а он тем более не мог нигде увидеть, - она вздохнула. - Не знаю, что у него в головушке творится, но есть рисунки, где он нарисовал медведя. И где он его видел, не понимаю... У нас они не водятся, в зоопарке он никогда не был. Если только в книжке какой-нибудь.
У Оли перехватило дыхание и она подумала, что Павлик мог видеть медведя там же, где и она — в том мире, где она недавно была.
- Анна Егоровна, а бывает так, что Павлик гуляет один по лесу?
- Нет, он боится даже близко к нему подходить, - махнула рукой Анна Егоровна. - Один раз, он ещё маленький был, лет пять ему было... Я чем-то на кухне занялась, а он во дворе играл. А потом смотрю, его нет нигде. Я тогда по деревне-то побегала, потом к лесу побежала и смотрю, он идёт, насмерть перепуганный, весь исцарапанный, в репьях. Спрашиваю, где был, молчит, только весь трясётся, - у неё дрогнул голос, - он потом неделю не разговаривал. Дозвонилась до дочери, чтобы его в больницу свозить. Так пока она собиралась приехать, у него потихоньку стала речь восстанавливаться. Вот после этого он даже издалека смотрит на лес со страхом.
- Может быть, всё-таки надо было его к врачу свозить, ведь чего-то он сильно испугался?
Анна Егоровна тяжело вздохнула:
- Мать его мы так и не дождались. Она даже не позвонила, чтобы узнать, как у нас дела. А мне самой хлопотно — с ребёнком, да я ещё ничего там в городе не знаю. Хоть и дочь она мне, вот что я скажу — Бог её накажет за сына.
Она покосилась на внука, который сосредоточенно разглядывал свои старые рисунки:
- А я и жалеть её не буду.
Оля тихо спросила:
- А мог этот стресс как-то повлиять на его развитие? Ну, что он такой стал?
- Не знаю. Когда дочь привезла его ко мне, он был такой заморыш — худенький, болезненный, не разговаривал до трёх лет, сядет где-нибудь и сидит, как старичок. То камушки раскладывает, то цветочки во дворе рассматривает. Потом стал покрепче, начал говорить, но всё равно какой-то странный был, не как все дети. Вот ещё в лесу чего-то напугался. Короче, всё к одному.
Она подошла к внуку, ласково погладила его по голове:
- И всё равно люблю я его больше жизни, кровиночку мою.
Оля, вздохнув, сказала:
- Может быть, всё и наладится у него.
Анна Егоровна покачала головой:
- Вряд ли... Он уже ведь взрослый парень. Ничего, пока я жива, никому не дам его в обиду. А вот когда... - голос у неё прервался, но потом она взяла себя в руки. - Всё у нас будет хорошо. Знаю, что Бог не оставит нас.
Оля, посмотрев на Павлика, спросила:
- Павлик, а можно я некоторые рисунки дома у себя посмотрю? Но обещаю — я верну, ты же мне веришь?
Она показала на связку бумаг, в которой был рисунок с деревьями:
- Я вот эти возьму, хорошо?
Павлик молча кивнул, подвинув связку к Оле поближе.
Она взялась за бечёвку, которой была перевязана стопка бумаг:
- Ого, тяжёлая. Павлик, ты молодец, столько нарисовал. А я пойду домой, скоро мои родители должны подъехать. Спасибо вам за обед, было очень вкусно.
Придя домой, Оля стала смотреть рисунки Павлика. И чем больше она смотрела, тем больше крепло её убеждение, что Павлик видел в том лесу то же самое, что и она. Только вот он почему-то не попал в тот мир, где была она.
Она так увлеклась, что не услышала, что к воротам подъехала машина. А когда внезапно услышала голос отца:
- А ты чего нас не встречаешь? - вздрогнула от неожиданности и воскликнула:
- Вы меня напугали!
Мать сразу протянула ей большой пакет:
- Вот то, о чём ты просила. Ты решила заняться рисованием?
Оля, улыбнувшись, протянула ей рисунок Павлика:
- Смотри, как тебе?
Подошёл отец, взглянул на рисунок:
- Это кто так здорово рисует?
- Павлик.
Мать всплеснула руками:
- Да ты что, неужели?!
- Да, - коротко ответила Оля. - Пойду отнесу пакет, обрадую его.
Оля зайдя во двор Анны Егоровны, увидела, что Павлик всё ещё сидит, разглядывая свои рисунки.
- Павлик, смотри, что я тебе принесла, - она стала выкладывать из пакета содержимое.
Вышла Анна Егоровна. Увидев, как Павлик зачарованно рассматривает большую коробку цветных карандашей, воскликнула:
- Оля, а что так много, это же дорого?!
- Анна Егоровна, ваш Павлик очень талантлив, пусть рисует, не жалея бумаги, я ещё потом привезу.
Оля, возвращаясь домой и вспоминая восторженное лицо Павлика, чувствовала себя очень счастливой, и это было с ней впервые после возвращения из леса.
***
Продолжение: