Часть 1: Трещина в дверном косяке
Лёд на подоконнике таял, оставляя мокрые круги на подоконнике. Лида вытирала их старой футболкой мужа, когда услышала скрип входной двери. Через приоткрытую щель в ванную просочился голос свекрови: "Сереженька, я в туалет не могу сходить — очередь как в мавзолей!"
Два месяца назад эта трещина в дверном косяке казалась смешной. "Поживём втроём пару недель, пока им ремонт делают", — уговаривал Сергей, целуя её в макушку. Теперь же щель расширилась до размера ладони, пропуская в их 38-метровую двушку мать мужа, его сестру-студентку и её кота Мурзика, который уже дважды метил на Лидино свадебное платье.
— Ты чего там засела? — голос Сергея пробился сквозь шум воды. — Мама пирожки с капустой принесла.
Лида провела пальцем по плитке, где когда-то висела её косметичка. Теперь там ютились три зубных щётки, мужской гель для бритья и баночка с вставной челюстью свекрови. "Коммуналка какая-то", — подумала она, смахивая со щеки каплю, которая могла быть как водой, так и слезой.
Часть 2: Геометрия дивана
К восьми утра кухня превращалась в вокзал. Сестра мужа Юлька грела гречку в микроволновке, свекровь разогревала чайник в третий раз ("Чтобы убить микробы!"), а Сергей пытался пролезть между ними к холодильнику, роняя пакет с засохшим хлебом.
— Лид, ты банку с огурцами не видела? — кричала свекровь из коридора. — Юлька говорит, вчера ещё была.
— Мы их съели, — ответила Лида, глядя на пятно от компота на своём любимом чехле для стула. — С вашим-то аппетитом...
Вечером, когда все расходились по углам, Сергей включал телевизор громче, чем обычно. Его рука на талии Лиды теперь напоминала формальный жест — как объятие коллеги на корпоративе.
— Может, купим раскладушку? — предложил он вчера, когда Юлька в пятый раз пожаловалась на боли в спине от дивана.
— Куда? — фыркнула Лида. — В ванную? Или пусть над нашей кроватью подвесим, как в поезде?
Часть 3: Арифметика на салфетке
В субботу свекровь устроила скандал из-за счёта за воду. "Ты что, джакузи каждый день принимаешь?" — тыкала она пальцем в бумажку. Лида молча выложила на стол квитанции за последние три месяца.
— До вашего приезда мы платили 2 300, теперь — 5 700, — её голос дрожал, как первый лёд на луже. — Хотите посчитать, сколько стоит ваш ежедневный чай с пятью пакетиками?
Сергей разнимал их, как дерущихся кошек. "Они же родня", — шептал он позже в темноте, а Лида впервые задумалась — что тяжелее: чувство долга или любовь.
Часть 4: Теория трещин
В воскресенье, пока все были на рынке, Лида нашла свою разбитую кружку с совой — подарок мамы. Осколки лежали аккуратно сложенными в газету "Комсомольская правда".
— Это Мурзик, — сказала Юлька, не отрываясь от телефона. — Он у нас нервный из-за переезда.
Той ночью Лида встала попить воды и застала свекровь за странным ритуалом. Та стояла посреди кухни в ночной рубашке и шептала: "Святитель Спиридон, устрой жильё рабам твоим..." В руках дрожала иконка, подаренная на свадьбу.
— Молитесь, чтобы я раньше не лопнула? — хотелось спросить Лиде. Но она просто захлопнула дверцу холодильника громче обычного.
Часть 5: Физика расставаний
Взрыв прогремел в среду утром. Лида опоздала на работу из-за очереди в ванную. Когда она вернулась, на пороге стояла мать Сергея с чемоданом 70-х годов.
— Мы с Юлькой съездим к тётке в Рязань, — объявила она. — А то вы тут из-за нас ссоритесь.
Сергей молчал, вертя в руках пульт от телевизора. Лида вдруг заметила, что его волосы на висках стали седыми — точь-в-точь как у его отца на той фотографии в коридоре.
— Осталось ведь всего пару недель, — сказал он позже, когда Юлька уже тащила чемодан в лифт. — Может, перетерпим?
Лида смотрела, как Мурзик царапает обои в прихожей. Трещина в дверном косяке теперь напоминала молнию на старом стекле.
— А что будет через две недели? — спросила она. — Они вернутся. Или приедет твой брат с детьми. Или...
Снизу донёсся гудок лифта. Свекровь кричала что-то про благодарность. Сергей взял куртку.
— Я их до метро провожу, — сказал он, не глядя в глаза.
Лида стояла у окна, наблюдая, как три фигурки с чемоданами бредут через двор. Соседский мальчик пускал кораблик в луже. Где-то хлопнула форточка. Кот Мурзик мяукнул у её ног, требуя еды.